Ѕелла јхмадулина. —борник стихов

Ѕелла јхмадулина. —борник стихов

 
  • Ѕелла јхмадулина. —борник стихов
  • —Ќџ ќ √–”«»»
  • √–”«»Ќ— »’ ∆≈Ќў»Ќ »ћ≈Ќј
  • x x x
  • јЅ’ј«— »≈ ѕќ’ќ–ќЌџ
  • x x x
  • „”∆ќ≈ –≈ћ≈—Ћќ
  • x x x
  • ƒ≈Ќ№ ѕќЁ«»»
  • Ќќ¬јя “≈“–јƒ№
  • —“ј–»ЌЌџ… ѕќ–“–≈“
  • ћј«”– ј Ўќѕ≈Ќј
  • ¬”Ћ јЌџ
  • —јƒќ¬Ќ» 
  • Ћ”Ќј“» »
  • x x x
  • x x x
  • Ѕќ√
  • x x x
  • “¬ќ… ƒќћ
  • ј¬√”—“
  • јѕ–≈Ћ№
  • Ќ≈∆Ќќ—“№
  • Ќ≈—ћ≈яЌј
  • x x x
  • x x x
  • —≈Ќ“яЅ–№
  • I
  • II
  • III
  • IV
  • V
  • ƒ≈ јЅ–№
  • x x x
  • ћќ“ќ–ќЋЋ≈–
  • √ј«»–ќ¬јЌЌјя ¬ќƒј
  • “ќ— ј ѕќ Ћ≈–ћќЌ“ќ¬”
  • —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»≈, Ќјѕ»—јЌЌќ≈
  • ¬ќ ¬–≈ћя Ѕ≈——ќЌЌ»÷џ
  • ¬ “Ѕ»Ћ»—»
  • ѕ–ќўјЌ»≈
  • x x x
  • ћќ» “ќ¬ј–»ў»
  • 1.
  • 2.
  • ћјЋ≈Ќ№ »≈ —јћќЋ≈“џ
  • ћј√Ќ»“ќ‘ќЌ
  • —ќЌ
  • «ј Ћ»ЌјЌ»≈
  • x x x
  • —Ћќ¬ќ
  • Ќ≈ћќ“ј
  • ƒ–”√ќ≈
  • ¬—“”ѕЋ≈Ќ»≈ ¬ ѕ–ќ—“”ƒ”
  • ¬ќ— –≈—Ќџ… ƒ≈Ќ№
  • —”ћ≈– »
  • ¬ ќѕ”—“≈¬Ў≈ћ ƒќћ≈ ќ“ƒџ’ј
  • ƒќ∆ƒ№ » —јƒ
  • x x x
  • ќ—≈Ќ№
  • ЅќЋ≈«Ќ№
  • ѕ≈…«ј∆
  • «»ћј
  • Ѕ»ќ√–ј‘»„≈— јя —ѕ–ј¬ ј
  • ”–ќ » ћ”«џ »
  • x x x
  • —¬≈„ј
  • —Ќ≈√ќѕјƒ
  • ћ≈“≈Ћ№
  • —»ћќЌ” „» ќ¬јЌ»
  • √ќ—“»“№ ” ’”ƒќ∆Ќ» ј
  • «»ћЌяя «јћ Ќ”“ќ—“№
  • 1
  • ¬ј–‘ќЋќћ≈≈¬— јя Ќќ„№
  • x x x
  • –»—”Ќќ 
  • Ќ≈ ѕ»—ј“№ ќ √–ќ«≈
  • x x x
  • x x x
  • ѕ–ќўјЌ»≈ —  –џћќћ
  • x x x
  • ¬ќ—ѕќћ»ЌјЌ»≈ ќ яЋ“≈
  • —≈ћ№я » Ѕџ“
  • ќѕ»—јЌ»≈ Ќќ„»
  • ќѕ»—јЌ»≈  ќћЌј“џ
  • ќѕ»—јЌ»≈ ЅќЋ»
  • ¬ —ќЋЌ≈„Ќќћ —ѕЋ≈“≈Ќ»»
  • x x x
  • ѕЋќ’јя ¬≈—Ќј
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • —Ќ»ћќ 
  • x x x
  • Ё“ќ я...
  • x x x
  • x x x
  • Ћ≈–ћќЌ“ќ¬ » ƒ»“я
  • ћ≈ƒЋ»“≈Ћ№Ќќ—“№
  • x x x
  • јЌƒ–≈ё ¬ќ«Ќ≈—≈Ќ— ќћ”
  • ћ≈“≈Ћ№
  • ќ∆»ƒјЌ»≈ ≈Ћ »
  • јƒј
  • x x x
  • x x x
  • ћ≈“≈Ћ№
  • —“–ќ ј
  • ѕќƒ–ј∆јЌ»≈
  • x x x
  • x x x
  • ƒј„Ќџ… –ќћјЌ
  • x x x
  • x x x
  • —ќЌ
  • ƒќћ » Ћ≈—
  • x x x
  • »« ÷» Ћј "∆≈Ќў»Ќџ » ѕќЁ“џ"
  • Ќќ„№ ѕ≈–≈ƒ ¬џ—“”ѕЋ≈Ќ»≈ћ
  • x x x
  • ќ“–џ¬ќ  »« ћјЋ≈Ќ№ ќ… ѕќЁћџ
  • ќ ѕ”Ў »Ќ≈
  • 1. ќЌ » ќЌј
  • 2. ќЌ - ≈й
  • ¬«ќ…“» Ќј —÷≈Ќ”
  • x x x
  • ƒќћ
  • ƒ¬ј √≈ѕј–ƒј
  • x x x
  • x x x
  • ¬ќ—ѕќћ»ЌјЌ»≈
  • ‘≈¬–јЋ№ Ѕ≈« —Ќ≈√ј
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»≈,
  • Ќјѕ»—јЌЌќ≈ ƒј¬Ќџћ-ƒј¬Ќќ
  • x x x
  • ћќ— ¬ј
  • Ќќ„№ё ѕ–» —Ќ≈√ќѕјƒ≈
  • x x x
  • ѕќЅ≈ƒј
  • 24
  • јЌЌ≈  јЋјЌƒјƒ«≈
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • ѕ”“Ќ» 
  • — ј« ј ќ ƒќ∆ƒ≈
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
  • 11
  • 12
  • 13
  • ќ«ЌќЅ
  • ѕ–» Ћё„≈Ќ»≈
  • ¬ јЌ“» ¬ј–Ќќћ ћј√ј«»Ќ≈
  • √Ћј¬ј »« ѕќЁћџ
  • I
  • II
  • Ћ”√ «≈Ћ≈Ќџ…
  • ¬—“”ѕЋ≈Ќ»≈
  • √ќ–ќƒ
  • ћј—“≈–— јя
  • «≈Ћ≈Ќџ… Ћ”√
  • ƒ≈¬”Ў ј
  • √ќ–ќƒ
  • ћќ–≈
  • — ”Ћ№ѕ“”–ј
  • «≈Ћ≈Ќџ… Ћ”√
  • ’”ƒќ∆Ќ» 
  • ћќЌќЋќ√ ’”ƒќ∆Ќ» ј
  • ƒ≈¬”Ў ј
  • √ќ–ќƒ
  • ћќя –ќƒќ—Ћќ¬Ќјя
  • ќ“ ј¬“ќ–ј
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 7
  • 9
  • 10
  • 11
  • 12
  • 13

    * ѕ≈–≈¬ќƒџ *

  • ћ≈–јЌ»
  • ѕќЁ«»я-ѕ–≈∆ƒ≈ ¬—≈√ќ
  • “≈Ѕ≈ “–»Ќјƒ÷ј“№ Ћ≈“
  • ѕ≈–—» ќ¬ќ≈ ƒ≈–≈¬ќ
  • ћ≈–»
  • —Ќ≈√
  • ќ–Ћџ ”—Ќ”Ћ»
  • — ќ–≈≈ - «Ќјћ≈Ќј!
  • ѕЋј“јЌџ Ў»Ќƒ»—»
  • x x x
  • Ќј“ЁЋј »« ÷»ЌјЌƒјЋ»
  • »« –ј—— ј«јЌЌќ√ќ Ћ”Ќќ…...
  • x x x
  • x x x
  • ћќ… ѕјќЋќ » ћќ… “»÷»јЌ
  • x x x
  • x x x
  • Ќј„јЋќ
  • ћќ–— јя –ј ќ¬»Ќј
  • x x x
  • ћ≈“≈’»
  • ѕ–≈ –ј“»ћ Ё“» –≈„»
  • Ќј ћ»√...
  • Ќј ЌјЅ≈–≈∆Ќќ…
  • ќ“ Ё“ќ√ќ ѕќ–ќ√ј...
  • ќЋ≈Ќ» Ќј √”ћЌ≈
  • Ѕџ »
  • јЌјЌ»я
  • ¬ —»√Ќј’», Ќј √ќ–≈
  • √–≈ћ— јя  ќЋќ ќЋ№Ќя
  • ѕќ ѕ”“» ¬ —¬јЌ≈“»ё
  • «јƒ”ћјЌЌќ≈ ѕќ¬≈ƒј… ќЅЋј јћ
  • ƒ≈¬я“№ ƒ”Ѕќ¬
  • “–» —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»я ќ —≈–ј‘»“≈
  • –ј«ƒ”ћ№я ќ —≈–ј‘»“≈
  • «ќ¬” —≈–ј‘»“”
  • √–јЌј“ќ¬ќ≈ ƒ≈–≈¬ќ
  • ” √–ќЅЌ»÷џ —≈–ј‘»“џ
  • — ј«јЌЌќ≈ ¬ќ ¬–≈ћя ЅќћЅ≈∆ »
  • ќ— ќЋ » √Ћ»ЌяЌќ… „јЎ»
  • ∆»«Ќ№ Ћќ«џ
  • I
  • II
  • III
  • IV
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • –”—— ќћ” ѕќЁ“” - ћќ≈ћ” ƒ–”√”
  • Ќј —ћ≈–“№ ѕќЁ“ј
  •  ќ–Ќ»
  • ’¬јћЋ»
  • ќѕ”—“≈¬Ўјя ƒј„ј
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • ƒјЋ≈ јя Ў’≈Ћƒј
  •  јћ≈Ќ№
  • ¬≈—Ќј
  • ѕјћя“№
  • x x x
  • »« —“»’ќ¬ “”–ћјЌј “ќ–≈Ћ»
  • 1. Ќј Ѕќ…Ќ≈
  • 2. ≈ƒ»Ќ—“¬≈ЌЌџ… —¬≈“
  • x x x
  • ћ–ј¬јЋ∆јћ»≈–
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • ¬ «≈ƒј«≈Ќ»
  • ¬ Ў»ќћ√¬»ћ≈
  • ¬’ќƒ»Ћј ¬ √”–»ё  јЋјЌƒј
  • ѕќ ƒќ–ќ√≈ ¬ Ѕ≈“јЌ»ё
  • x x x
  • x x x
  • «¬≈«ƒџ
  • x x x
  • –ј«√ќ¬ќ– — „»јћј–»≈…
  • ¬ ƒ≈Ќ№ ѕќЅ≈ƒџ
  • я —Ћ≈„”, —»–≈Ќ№...
  • x x x
  • x x x
  • я -
  • я —ќ¬—≈ћ ћјЋ≈Ќ№ јя ¬≈“ќ„ ј...
  • x x x
  • ќ ћј√ЌќЋ»я,  ј  я ’ќ„”
  • Ѕџ“№ — “ќЅќ…!
  • ћќЋ»“¬ј «ћ≈»
  • “ј“ј– ≈ ƒ≈¬”Ў ≈
  • Ѕ”ЅЌџ
  • x x x
  • — ј∆» ћЌ≈, „»јћј–»я...
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • Ћјƒќ ј—ј“»јЌ»
  • x x x
  • ќЅЋј ј
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • “”“ј
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • x x x
  • √ј√–ј
  • ѕјЌ
  • »« Ќ≈ѕќ—ЋјЌЌќ√ќ ѕ»—№ћј
  • ¬ ѕќ≈«ƒ≈
  • ѕ–ќƒќЋ∆≈Ќ»≈ —Ћ≈ƒ”≈“
  • 31 ƒ≈ јЅ–я
  • —ќЅЋёƒјёў»… “»Ў»Ќ”
  •  ќЌ≈÷ ќ’ќ“Ќ»„№≈√ќ —≈«ќЌј
  • — “≈’ ѕќ–
  • x x x
  • Ћ»–»„≈— »… –≈ѕќ–“ј∆
  • — ѕ–ќ—ѕ≈ “ј –”—“ј¬≈Ћ»
  • ƒј„Ќјя —ё»“ј
  • —≈¬≈–Ќјя ЅјЋЋјƒј
  • x x x
  • Ќќ—“јЋ№√»я
  • x x x
  • ћј—Ў“јЅџ ∆»«Ќ»
  • x x x
  • —≈¬≈–Ќџ… ѕ≈…«ј∆
  • x x x
  • —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»≈
  • — ѕ–ќѕ”ў≈ЌЌќ… —“–ќ ќ…
  • ѕ≈—Ќя
  • x x x
  • x x x
  • ѕќ—¬яў≈Ќ»≈
  • Ѕ≈√—“¬ќ ќ“ “≈Ѕя ¬ ћ÷’≈“”
  • x x x
  • Ќј —ћ≈–“№ Ё. ’≈ћ»Ќ√”Ёя
  • “»…ё
  • —ќЋЌ≈„Ќџ… «»ћЌ»… ƒ≈Ќ№
  • ѕ≈“≈–√ќ‘
  • x x x
  • x x x
  • —Ќ≈√
  • x x x
  • x x x
  • Ў≈Ћ ƒќ∆ƒ№...
  • ѕ»÷”Ќƒј
  • Ѕ≈——ќЌЌ»÷ј
  • x x x
  • ѕ≈–¬џ… ƒ≈Ќ№ ќ—≈Ќ»
  •  ќћЌј“ј
  • —ќЌ
  • Ѕ≈Ћќ≈ ѕќЋ≈
  • ‘≈–«≈¬џ… √јћЅ»“






  • —Ќџ ќ √–”«»»


    —ны о √рузии - вот радость! » под утро так чиста виноградова€ сладость, осен€вша€ уста. Ќи о чем € не жалею, ничего € не хочу - в золотом —вети-÷ховели ставлю бедную свечу. ћалым камушкам во ћцхета воздаю хвалу и честь. √осподи, пусть будет это вечно так, как ныне есть. ѕусть всегда мне будут в новость и колдуют надо мной милой родины суровость, нежность родины чужой.

    √–”«»Ќ— »’ ∆≈Ќў»Ќ »ћ≈Ќј


    “ам в море паруса плутали, и, непричастные жаре, медлительно цвели платаны и осыпались в но€бре.
    » лавочка в старинном парке бела вставала и нема, и смутно виноградом пахли грузинских женщин имена.
    ќни переходили в лепет, который к морю выбегал и выплывал, как черный лебедь, и странно шею выгибал.
    —ме€лась женщина Ћамара, бежала по камн€м к воде, и каблучки по ним ломала, и губы красила в вине.
    » мокли волосы ћедеи, вплета€сь утром в водопад, и капли сохли, и мелели, и загорались невпопад.
    », заглуша€ олеандры, собравши все в одном цветке, витало им€ јриадны и раствор€лось вдалеке.
    ≈два опершийс€ на сваи, там приникал к воде причал. "÷исана!" - из окошка звали. "Ќатэла!" - голос отвечал...

    x x x


    —ме€сь, лику€ и бунту€, в своей безвыходной тоске, в ћахинджаури, под Ѕатуми, она сто€ла на песке. ќна была така€ горда€ - вообразив себ€ рекой, она входила в море гола€ и море трогала рукой. ќсвобод€сь от ситцев лишних, так шла и шла наискосок. ќна расстегивала лифчик, чтоб сбросить лифчик на песок.
    » вид ее предплечь€ смутного дразнил и душу бередил. “ам белое пошло по смуглому, где раньше ситец проходил.
    ќна сме€лас€ от радости, в воде ладон€ми плеща, и перекатывались радуги от головы и до плеча.

    јЅ’ј«— »≈ ѕќ’ќ–ќЌџ


    ƒве девочки бросали георгины, бросали бережливо, иногда, и женщины устало говорили: - ÷веты сегодн€ дороги - беда...
    » с жадным страхом улица гл€дела, как девочки ступали впереди, как в отблесках дешевого глазета белым-белели руки на груди.
    Ќесли венки, т€желые, скупые, старушек черных под руки влекли. ƒа, все, что на приданое скопили, все превратилось в белые венки.
    Ќа кладбище зате€ли поминки, все оживились, вздрогнули легко, и лишь глаза у женщины поникли и щеки провалились глубоко.
    Ќо пили, пили стопкою и чашкой - и горе отпустило, отлегло, и на дороге долго пахло чачей, и голоса звучали т€жело.
    » веселились песни хоровые, забывшие нарочно про беду... “ак девочку √еули хоронили. ƒавно уже - не в нынешнем году -

    x x x

    - ¬се это надо перешить, - сказал портной, - ведь дело к маю. -¬се это надо пережить- сказала €, - € понимаю.
    » в кольцах камушки сменить, и челку рыжую подрезать, и в край другой себ€ сманить, и вновь по √рузии поездить.

    „”∆ќ≈ –≈ћ≈—Ћќ


    „ужое ремесло мной помыкает. Ќа грех наводит, за собой ман€. мо€ работа мне не помогает и мстительно сторонитс€ мен€.

    я ей вовеки соблюдаю верность, пишу стихи у краешка стола, и все-таки мен€ снедает ревность, когда твор€т иные мастера.
    ѕоет высоким голосом кинто, и у мен€ в тбилисском том духане, в картинной галерее и в кино завистливо заходитс€ дыханье.
     огда возводит красную трубу печник на необжитом новом доме, € тоже вытираю об траву замаранные глиною ладони.
    ќ, сделать так, как сделал оператор - послушно перен€ть его пример и, пристально приникнув к аппаратам, прищуритьс€ на выбранный предмет.
    ќ, эта жадность деревце сажать, из лейки лить на гр€дках неполитых и линии натурщиц отражать, размазыва€ краски на палитрах!
    “ак власть чужой работы надо мной мен€ жестоко требует к ответу. Ќо не прошу € участи иной. Ѕлагодарю скупую радость эту.

    x x x


    “ы говоришь - не надо плакать. ј может быть, и впр€мь, и впр€мь не надо плакать - надо плавать в холодных реках. Ќадо вплавь
    одолевать ночную воду, плывущую из-под руки, чтоб даровать себе свободу другого берега реки.
    Ќедаром мне вздыхалось сладко в —ибири, в чистой стороне, где доверительно и слабо растень€ никнули ко мне.
     ак привести тебе примеры того, что делалось со мной? ћерцают в пам€ти предметы и отдают голубизной.
    Ѕайкала потаенный омут, где среди медленной воды
    посверкива€ ходит омуль и перышки его видны.
    » те дома, и те сараи, заметные на берегах, и цвета €ркого саранки, мгновенно сникшие в руках.
    » в белую полоску чудо - внезапные бурундуки,
    так испытующе и чутко в мен€ впер€вшие зрачки.
    “ак завлекала и казнила мен€ тех речек глубина. √ранена€ вода  изира была, как пламень, холодна.
    » опровергнуто лукавство мое и все слова твои напоминающей лекарство целебной горечью травы.
    ѕрипоминаетс€ мне снова, что там, среди земли и ржи, мне не пришлось сказать ни слова, ни слова маленького лжи.

    ƒ≈Ќ№ ѕќЁ«»»


     акой безумец празднество зате€л и щедро ƒнем поэзии нарек? ѕо той дороге, где мой след затер€н, стекаетс€ на празднество народ.
    ќ славный день, твои гул€ки буйны. » на себ€ их смелость не беру. “ы дл€ мен€ -торжественные будни. Ќе пировать мне на твоем пиру.
    ј в публике - доверье и смущенье.  ак добра€ душа ее проста. ¬еликого и малого смешенье не различает эта доброта.
    ѕока дурачит слух ее невежда, пока никто не видит в этом зла, мне остаетс€ смутна€ надежда, что праздники случаютс€ не зр€.
    Ќе зр€ слова поэтов осен€ют, не зр€, когда звучат их голоса, у мальчиков и девочек си€ют восторгом и неведеньем глаза.

    Ќќ¬јя “≈“–јƒ№


    —мущаюсь и робею пред листом бумаги чистой. “ак стоит паломник у входа в храм. ѕред девичьим лицом так опытный потупитс€ поклонник.
     ак будто школьник, новую тетрадь € озираю алчно и любовно, чтобы потом пером ее терзать, мара€ ради замысла любого.
    „истописань€ сладостный урок недолог. ѕеревернута страница. Ѕумаге белой нанесен урон, бесчинствует мой почерк и срамитс€.


    “ак в глубь тетради, словно в глубь лесов, € безрассудно и навечно кану, одна среди си€ющих листов нес€ свою ликующую кару.

    —“ј–»ЌЌџ… ѕќ–“–≈“


    Ёта женщина минула, в холст глубоко вошла. ј была она мила€, молода€ была.
    ѕрожила б она красива€, вс€ задор и полнота, если б проголодь крысина€ не сточила полотна.
     ак металас€ по комнате, как кручинилась по нем. ≈е пальцы письма комкали и держали над огнем.
    ј когда входил уверенно, громко спрашивал вина - как заносчиво и ветрено улыбалас€ она.
    ¬ зале с черными колоннами маскерады затевал и манжетами холодными ее руки задевал.
    ѕокор€лись руки бедные, обнимали сгор€ча, и взвивались пальцы белые у цыгана скрипача.
    ќн опускалс€ на колени, смычком далеким обольщал и тонкое лицо калеки к высоким звездам обращал.
    ...ј под утро в спальне темной тихо свечку зажигал, перстенек, мизинцем теплый, он в ладони зажимал.
    » смотрел, смотрел печально, как, счастлива€ сполна, безрассудно и прощально эта женщина спала.
    Ќадевала платье черное и смотрела из дверей, как к крыльцу подвод€т чопорных, приоз€бших лошадей.
    ѕоцелуем долгим, маетным приникал к ее руке, становилс€ тихим, маленьким колокольчик вдалеке.
    ќ высокие клавиши разбивалась рука.  ак над нею на кладбище трава глубока.

    ћј«”– ј Ўќѕ≈Ќј


     ака€ участь нас постигла, как повезло нам в этот час, когда бегуща€ пластинка одна лишь раздел€ла нас!
    —начала тоненько шипела, как уж, изъ€тый из камней, но очертани€ Ўопена приобретала все слышней.
    » тоненька€, как мензурка внутри с водицей голубой, сто€ла девочка-мазурка, покачива€ головой.
     ак эта с бедными плечами, по-польски личиком бела, разведала мои печали и на себ€ их прин€ла?
    ќна прот€гивала руки и исчезала вдалеке, сосредоточив эти звуки в иглой расчерченном кружке.

    ¬”Ћ јЌџ


    ћолчат потухшие вулканы, на дно их падает зола. “ам отдыхают великаны после соде€нного зла.
    ¬се холоднее их владень€, все т€желее их плечам, но те же грешные видень€ €вл€ютс€ им по ночам.
    »м снитс€ город обреченный, не знающий своей судьбы, базальт, в колонны обращенный и обрамл€ющий сады.
    “ам девочки берут в охапки цветы, что расцвели давно, там знаки подают вакханки мужчинам, т€нущим вино.
    ¬се разгора€сь и глупе€, там пир идет, там речь груба. ќ девочка мо€, ѕомпе€, дит€ царевны и раба!
    ¬ плену судьбы своей везучей о чем ты думала, о ком, когда так храбро о ¬езувий ты опиралась локотком?
    «аслушалась его рассказов, расширила зрачки свои, чтобы не вынести раскатов безудержной его любви.
    » он челом своим умнейшим тогда же, на исходе дн€, припал к ногам твоим умершим и закричал: "ѕрости мен€!"

    —јƒќ¬Ќ» 


    я не скрипеть прошу калитку, € долго около стою. я глажу тонкую калину по загорелому стволу.
    », прита€сь в листве веселой, смеюсь тихонько в кулаки. ¬от он сидит, мой друг высокий, и почин€ет башмаки.
    —мешной, с иголкою и с дратвой, еще не знает ничего, а € кричу свирепо: "«дравствуй!" - и налетаю на него.
    ј он смеетс€ или плачет и топчет гр€дки босиком, и красный сеттер возле пл€шет, в мен€ нацел€сь €зыком.
    «абыв в одной руке ботинки, чудак, садовник, педагог, он в подпол лезет и бутылки из темноты мне подает.
    ќн бегает, очки рон€€, и, на мен€ взгл€нув тайком, он вытирает пыль с ро€л€ своим рассе€нным платком.
    јх, неудачник мой, садовник! —оседей добрых весел€, о, сколько фруктов несъедобных он подн€л из теб€, земл€!
    я эти фрукты ем покорно. ќни солены и крепки, и слышно, как скребут по горлу сем€н их острых коготки.
    » верю € одна на свете, что зацветут его сады, что странно заси€ют с веток их совершенные плоды.
    ќн говорит: - “ы представл€ешь - быть может, через дес€ть лет ты вдруг письмо мне присылаешь, а € пишу тебе в ответ...
    я представл€ю, и деревь€ € вижу - глаз не оторву. –азмеренные ударень€ т€желых €блок о траву...
    ќн машет вилкою с селедкой, глазами голодно блестит, и персик, твердый и соленый, на крепких челюст€х хрустит...

    Ћ”Ќј“» »


    ¬стает луна, и мстит она за муки надменной отдаленности своей. Ћунатики прот€гивают руки и обреченно следуют за ней.
    Ќа крыль€х одичалого сознань€, весомостью дневной утомлены, лет€т они, прозрачные создань€, прислушива€сь к отсветам луны.
    ћерца€ так же холодно и скупо, взамен не обеща€ ничего, влечет мен€ далекое искусство и требует соглась€ моего.
    —могу ли побороть его мучень€ и оба€нье всех его примет и вылепить из лунного свечень€ т€желый ос€заемый предмет?..

    x x x


    „еловек в чисто поле выходит, травку клевер зубами берет. ” него ничего не выходит. ¬се выходит наоборот.
    » в работе оп€ть не выходит. и в любви, как всегда, не везет. „то же он в чисто поле выходит, травку клевер зубами берет?
    ƒл€ чего он лицо поднимает, улыбаетс€, в небо гл€дит?
    „то он видит там, что понимает и кака€ в нем дерзость гудит?
    „еловече, тесно ль тебе в поле? ѕогоди, не спеши умереть. Ќо оп€ть он до звона, до боли хочет в белое небо смотреть.
    ≈сть на это разгадка проста€. Ќас единой заботой свело. „еловечеству сроду пристало делать дерзкое дело свое.
    ¬ нем согласье беды и таланта и готовность оп€ть и оп€ть эти древние муки “антала на большие плеча принимать.
    ¬ металлическом блеске конструкций, в устремленном движенье винта жажда вечна€ - неба коснутьс€, эта т€жка€ жажда видна.
    ѕосреди именин, новоселий нет удачи желанней, чем та не уставша€ от невезений, восси€вша€ правота.

    x x x


    ¬лечет мен€ старинный .слог. ≈сть оба€нье в древней речи. ќна бывает наших слов и современнее и резче.
    ¬скричать: "ѕолцарства за кон€!" - кака€ вспыльчивость и щедрость) Ќо снизойдет и на мен€ последнего задора тщетность.
     огда-нибудь очнусь во мгле, навеки проиграв сраженье, и вот придет на пам€ть мне безумца древнего решенье.
    ќ, что полцарства дл€ мен€! ƒит€, наученное веком, возьму кон€, отдам кон€ за полмгновень€ с человеком,
    любимым мною. Ѕог с тобой, о конь мой, конь мой, конь ретивый. я безвозмездно повод твой ослаблю - и табун родимый
    нагонишь ты, нагонишь там, в степи пустой и порыжелой. ј мне наскучил тарарам этих побед и поражений.
    ћне жаль кон€! ћне жаль любви! » на манер средневековый ложитс€ под ноги мои лишь след, оставленный подковой.

    Ѕќ√


    «а то, что девочка Ќастась€ добро чужое стерегла, боса€ бегала в ненастье за водкою дл€ старика, -
    ей полагалс€ бог красивый в чертоге, солнцем залитом, щеголеватый, справедливый, в старинном платье золотом.
    Ќо посреди хмельной икоты, среди убожества всего две почерневшие иконы не походили на него.
    «а это - вдруг расцвел цикорий, порозовели жемчуга, и раздалось, как хор церковный, простое им€ жениха.
    ќн разом вырос у забора, поднес ей желтый медальон и так вполне сошел за бога в своем величье молодом.
    » в сердце было св€то-св€то от той гармошки гулевой, от вин, от сладкоглась€ свата и от рубашки голубой.
    ј он уже гл€дел обманно, платочек газовый снимал и у соседнего амбара ей плечи слабые сминал...
    ј Ќаст€ волос причесала, вз€ла платок за два конца, а Ќаст€ пела, причитала, держала руки у лица.
    "јх, что со мной ты понаделал, какой беды понатворил! «ачем ты в прошлый понедельник мне белый розан подарил?
    јх, верба, верба, мо€ верба, не в€нь ты, верба, погоди.  уда девалась мо€ вера- осталс€ крестик на груди".
    ј дождик солнышком смен€лс€, и не случалось ничего, и бог над девочкой сме€лс€, и вовсе не было его.

    x x x


    ¬от звук дожд€ как будто звук домбры, - так тренькает, так удар€ет в здань€. ѕрохожему на площади ¬осстань€ € говорю: - ќ, будьте так добры.
    я объ€сн€ю мальчику: - Ўали. -   его курчавой головенке никну и говорю: - ѕусти скорее нитку, освободи зеленые шары.
    Ќа улице, где публика галдит, мне бела€ встречаетс€ собака, и взгл€дом понимающим собрата собака долго на мен€ гл€дит.
    » в магазине, в первом этаже, по бледности € отличаю скр€гу. ќблюбовав одеколона скл€нку, томитс€ он под вывеской "“эжэ".
    я говорю: - ќ, отвлекись скорей от жадности своей и от подагры, приобрети богатые подарки и отнеси возлюбленной своей.
    ƒа, что-то не везет мне, не везет. ћеж мальчиков и девочек пригожих и взрослых, чем-то на мен€ похожих, мороженого катитс€ возок.
    “ак прохожу € на исходе дн€. “еней € замечаю удлиненье, а также замечаю удивленье прохожих, озирающих мен€.

    “¬ќ… ƒќћ


    “вой дои, не веда€ беды, мен€ встречал и в щеку чмокал.  ак будто рыба из воды, сервиз выгл€дывал из стекол.
    » пес выскакивал ко мне, как галка маленький, орущий, и в беззащитном всеоружьи торчали кактусы в окне.
    ќт неур€диц всей земли € шла оз€бшим делегатом, и дом смотрел в глаза мои и добрым был и деликатным.
    Ќа голову мою стыда он не навлек, себ€ не выдал. ƒом кл€лс€ мне, что никогда он этой женщины не видел.
    ќн говорил: - я пуст, я пуст. - я говорила: - √де-то, где-то... - ќн говорил: - » пусть. » пусть. ¬ходи и позабудь про это.
    ќ, как бо€лась € сперва платка или иной приметы, но дом твердил свои слова, перетасовывал предметы.
    ќн заметал ее следы. ќ, как он притворилс€ ловко, что здесь не падало слезы, не облокачивалось локт€.
     ак будто тщательный прибой смыл все: и туфель отпечатки, и тот пустующий прибор, и пуговицу от перчатки.
    ¬се сговорились: пес забыл, с кем он играл, и гвоздик малый не ведал, кто его забил, и мне давал ответ туманный.
    “ак были зеркала пусты, как будто выпал снег и ста€л. ѕрипомнить не могли цветы, кто их в стакан граненый ставил...
    ќ дом чужой! ќ милый дом! ѕрощай! ѕрошу теб€ о малом: не будь так добр. Ќе будь так добр. Ќе утешай мен€ обманом.

    ј¬√”—“


    “ак щедро август звезды расточал. ќн так бездумно приступал к владенью, и обращались лица ростовчан и всех южан - навстречу их паденью.
    я добрую благодарю судьбу. “ак падали мне на плечи созвездь€, как падают в заброшенном саду сирени неопр€тные соцветь€.
    ѕодолгу наблюдали мы закат, соседей наших клавиши сердили, к старинному ро€лю музыкант склон€л свои печальные седины.
    ћы были звуки музыки одной. ќ, можно было инструмент расстроить, но твоего созвучи€ со мной нельз€ было нарушить и расторгнуть.
    ¬ ту осень так горели ма€ки, так недалеко звезды пролегали, бульварами шагали мор€ки, и девушки в косынках пробегали.
    ¬се то же там паденье звезд и зной, все так же побережье неизменно. Ћишь выпали из музыки одной две ноты, вз€тые одновременно.

    јѕ–≈Ћ№


    ¬от девочки - им хочетс€ любви. ¬от мальчики - им хочетс€ в походы. ¬ апреле изменени€ погоды объедин€ют всех людей с людьми.
    ќ новый мес€ц, новый государь, так ищешь ты к себе расположень€, так ты бываешь щедр на одолжень€, к амнисти€м склон€€ календарь.
    ƒа, выручишь ты реки из оков, приблизишь ты любое отдаленье, безумному даруешь просветленье и исцелишь недуги стариков.
    Ћишь мне твоей пощады не дано. Ќет алчности просить теб€ об этом. “ы спрашиваешь - медлю € с ответом и свет гашу, и в комнате темно.

    Ќ≈∆Ќќ—“№

    “ак ощутима эта нежность, вещественных полна примет. » нежность обретает внешность и воплощаетс€ в предмет.
    —таринной вазою зеленой вдруг станет на краю стола, и ты склонишьс€ удивленный над чистым омутом стекла.
    ¬стревожитс€ квартира ваша, и будут все поражены. - ќткуда по€вилась ваза? - ты строго спросишь у жены.
    - » антиквар какую плату спросил? - ќ, не кори жену - то просто € смеюсь и плачу и в отдалении живу. » слезы мои так стекл€нны, так их падень€ т€желы, они звен€т, как бы стаканы, разбитые средь тишины.
    «а то, что мне теб€ не видно, а видно - так на полчаса, € безобидно и невинно свершаю эти чудеса.
    ¬друг облаком теб€ покроет, как в горных выс€х повелось. “ы закричишь: - ћне нет покою! ќткуда облако вз€лось?
    Ќо суеверно, как кресть€нин, не бойс€, "чур" не говори те нежности моей кристаллы осели на плечи твои.
    я так немудрено и нежно наколдовала в стороне, и вот образовалось нечто, напомина€ обо мне.
    Ќо по привычке добрых бестий, оп€ть игра€ в эту власть, € сохраню теб€ от бедствий и тем себ€ утешу всласть.
    ѕрощай! » занимайс€ делом! «абудетс€ игра мо€. Ќо сказки твоим малым дет€м останутс€ после мен€.

    Ќ≈—ћ≈яЌј

    “ак и сижу - царевна Ќесме€на, ем €блоки, и €блоки горчат. - ÷аревна, отвори нам! Ќас немало! - под окнами прохожие кричат.
    ќни гл€д€т глазами голубыми и в горницу €вл€ютс€ гурьбой, здороваютс€, клан€ютс€, им€ "÷аревич" говор€т наперебой.
    —то€т и похвал€ютс€ богатством, проход€т, златом-серебром звен€. Ќо вам своим богатством и бахвальством, царевичи, не рассмешить мен€.
     ак ум моих царевичей напр€гс€, стара€сь ради красного словца! Ќо и сама слыву € не напрасно глупей глупца, мудрее мудреца.
     ричат они: -  акой верна прис€ге,. царевна, ты - в суровости своей? - я говорю: - ÷аревичи, прис€дьте. ÷аревичи, постойте у дверей.
    «ачем кафтаны новые надели и шапки пример€ли к головам? Ќа той неделе, о, на той неделе - сме€лась €, как не сме€тьс€ вам. ¬ходил он в эти низкие хоромы, сам из татар, гул€вших по –уси, и € кричала: "«дравствуй, мой хороший! - ¬ина отведай, хлебом закуси".
    - ј кто он был? Ѕогат он или беден? ¬ какой он проживает стороне? - —ме€лась €: - Ѕогат он или беден, рум€н иль бледен - не припомнить мне..
    Ќикто не покарает, не измерит вины его. Ќе вышло ни черта. » все же он, гул€ка и изменник, не вам чета. Ќет. ќн не вам чета.

    x x x


    ¬ тот мес€ц май, в тот мес€ц мой во мне была така€ легкость, и, расстила€сь над землей, влекла мен€ погоды летность.
    я так щедра была, щедра в счастливом предвкушенье пень€, и с легкомыслием щегла € окунала в воздух перь€.
    Ќо, слава богу, стал мой взор и проницательней, и строже, н каждый вздох и каждый взлет обходитс€ мне все дороже.
    » € причастна к тайнам дн€. ќткрыты мне его €влень€. ¬округ огл€дываюсь € с усмешкой старого евре€.
    я вижу, как грачи галд€т, над черным снегом нависа€, как скучно женщины гл€д€т, склонившиес€ над в€заньем.
    » где-то, в дудочку дуд€, не соблюда€ клумб и гр€док, чужое бегает дит€ и нарушает их пор€док.

    x x x


    Ќе удел€й мне много времени, вопросов мне не задавай. √лазами добрыми и верными руки моей не задевай.
    Ќе проходи весной по лужицам, по следу следа моего. я знаю - снова не получитс€ из этой встречи ничего.
    “ы думаешь, что € из гордости хожу, с тобою не дружу? я не из гордости - из горести так пр€мо голову держу.


    —≈Ќ“яЅ–№


          ё. Ќагибину

    I


    „то за погода нынче на дворе? ј впрочем, нет мне до погоды дела - и в €нваре живу, как в сент€бре, настойчиво и оголтело. —ент€брь, не отводи твое крыло, твое крыло оранжевого цвета. ќтсрочь твое последнее число и подари мне промедленье это.
    ѕовремени и не клонись ко сну. ќхваченный желанием дарень€, как и тогда, транжирь свою казну, побалуй все растущие деревь€.
    „то делалось!  ак напр€глась трава, чтоб зеленеть с такою полнотою, и дерево, как медна€ труба, си€ло и играло над землею.
    Ќа палисадники, набитые битком, все тратилась и тратилась природа, и георгин показывал бутон, и замирал, и ожидал прироста.
    »спуганных художников толпа на цвет земли смотрела воровато, толпилась, вытирала пот со лба, кричала, что она не виновата:
    она не затевала кутерьму, и эти краски красные пролиты не ей - и в доказательство тому казала свои бедные палитры.
    Ќет, вы не виноваты. ¬се равно обречены мен€ть окраску ветви. Ќо все это, что желто и красно, что зелено, - пусть здравствует вовеки.
     ак пачкались, как били по глазам, как нарушались прежние расцветки. » в этом упоении базар все понижал на €блоки расценки.

    II


    » мы увиделись. “ы вышел из дверей. ¬се кончилось. ¬се начиналось снова. ƒо этого не начисл€лось дней, как накануне рождества ’ристова.
    » мы увиделись. » в двери мы вошли. » дома не было за этими двер€ми. ћы встретились, как старые вожди, с закинутыми головами -
    от гордости, от знань€, что к чему, от недовери€ и напр€жень€. ѕо твоему челу, по моему челу мелькнуло это темное движенье.

    ћы встретились, как дети поутру, с закинутыми головами - от нежности, готовности к добру и робости перед словами.
    —ент€брь, сент€брь, во всем тво€ вина, ты действовал так слепо и неверно. —вобода равнодушь€, ты одна будь прокл€та и будь благословенна.
    —частливы подзащитные твои - в пределах крепости, поставленной тобою, неу€звимые дл€ боли и любви, как мстительно они след€т за мною.
    » мы увиделись. —правл€л свои пиры сент€брь, не про€вл€€ недоверь€. Ќо, оценив значительность игры, отпр€нули все люди и деревь€.

    III


    ѕрозрели мои руки. ј глаза - как руки, стали действенны и жадны. ќбильные возникли голоса в моей гортани, высохшей от жажды
    по новым звукам. Ёту суть свою впервые € осознаю на воле. ¬от так стоишь ты. “ак и € стою - звучаща€, открыта€ дл€ боли.
    —ент€брь добавил нашим волосам оранжевый оттенок ув€дань€. ќн жить учил нас, как живет он сам, - напр€гшись дл€ последнего свидань€...

    IV


    “емнеет наше отдаленье, нарушенное, позади.  ак щедро это одаренье мен€ тобой! Ќо погоди -
    любимых так не привечают. ќ нежности перерасход! ќн все пределы превышает.   чему он дальше приведет?
    “ак жемчугами осыпают, и не спасает нас навес, так - музыкою осен€ют, так - дождик падает с небес.
    “ак ты прот€гиваешь руки навстречу моему лицу, и в этом - запахи и звуки, как будто вечером в лесу.
    “ак - головой в траву ложатс€, так - держат руки на груди и в небо смотр€т. “ак - лишаютс€ любимого. Ќо погоди -

    сент€брь ответит за растрату и волею календар€ еще изведает расплату за то, что крал у окт€бр€.
    » мы причастны к этой краже. —ент€брь, все кончено? Ћисты уж падают? Ќо мы-то - краше, но мы надежнее, чем ты.
    ƒа, мы немалый шанс имеем не проиграть. » говорю: - Ћюбимый, будь высокомерен и холоден к календарю.
    Ќаш праздник им не обозначен. ¬не расписани€ его мы вместе празднуем и плачем на гребне пира своего.
    ¬се им предписанные будни как воскресени€ лет€т, и музыка играет в бубны, и карты бубнами лежат.
    «ато как Ќовый год был жалок. –азлука, будни и беда пл€сали там. Ѕыл воздух жарок, а лед был груб. Ќо и тогда
    там елки не было. “ам было иное дерево. ќно - си€ло и звалось р€бина, как в сент€бре и быть должно.

    V


    —ент€брь-чудак и выживать мастак. Ѕыть может, он не разминетс€ с нами, пока не будет так, не будет так, что мы его покинем сами.
    » станет он покинутый тобой, и осень обнажит свои прорехи, и мальчики и девочки гурьбой по€в€тс€, чтоб собирать орехи.
    ¬от щелкают и потрошат кусты, репейники приклеивают к платью и говор€т: - ј что же плачешь ты? - „то плачу €? „то плачу?
    Ќаладитс€ така€ тишина, как под водой, как под морской водою. » надо жить. ” жизни есть одна привычка - жить, что б ни было с тобою.
    »зображать счастливую чету, и отдышатьс€ в этой жизни мирной, и преступить заветную черту - блаженной тупости. Ќо ты, мой милый,
    ты на себ€ не принимай труда печалитьс€. —реди зимы и лета, в другие мес€цы - нам никогда не испытать оранжевого цвета. ќтпразднуем последнюю беду. –€биновые доломаем ветки.  л€нусь тебе двенадцать раз в году: € в сент€бре. » буду там вовеки.

    ƒ≈ јЅ–№


    ћы соблюдаем правила зимы. »граем мы, не уступа€ смеху, и, придава€ очертань€ снегу, приподнимаем белый снег с земли.
    », будто бы предчувству€ беду, прохожие толп€тс€ у забора, снедает их т€жела€, забота: а что с тобой имеем мы в виду.
    ћы бабу лепим, только и всего. ќ, это торжество и удивленье, когда и высота и удлиненье завис€т от движень€ твоего.
    “ы говоришь:-—мотри, как € леплю.- ƒействительно, как хорошо ты лепишь и форму от бесформенности лечишь. я говорю: - —мотри, как € люблю.
    —нег уточн€ет все свои черты и слушаетс€ нашего приказа. » вдруг € замечаю, как прекрасно лицо, что к снегу обращаешь ты.
    ѕроходим мы по белому двору, мимо прохожих, с выраженьем дерзким. — лицом таким же пристальным и детским, любимый мой, всегда играй в игру.
    ѕоддайс€ его долгому труду, о моего любимого работа! ƒаруй ему удачливость ребенка, рисующего домик и трубу.

    x x x


    - ћы расстаемс€ - и одновременно овладевает миром перемена, и страсть к измене так в нем велика, что берегами брезгает река, охладевают к небу облака, кивает правой лева€ рука и ей надменно говорит: - ѕока!
    јпрель уже не предвещает ма€, да, ма€ не видать вам никогда, и распадаетс€ »ван-да-ћарь€. ќ, желтого и синего вражда!
    —вои растень€ вытравл€ет лето, долготы отстранились от широт, и белого не существует цвета - остались семь его цветных сирот.
    ѕрирода подвергаетс€ разрухе, отливы превращаютс€ в прибой, и молкнут звуки - по вине разлуки мен€ с тобой.

    ћќ“ќ–ќЋЋ≈–


    «авиден мне полет твоих колес, о мотороллер розового цвета! —лежу за ним, не унима€ слез, что льют без повода в начале лета.
    » девочке, припавшей к седоку с ликующей и гибельной улыбкой, кажусь € приникающей к листку, согбенной и медлительной улиткой.
    ѕрощай! “вой путь лежит поверх мен€ и меркнет там, в зеленых отдалень€х. ƒве радуги, два неба, два огн€, бесстыдница, гор€т в твоих колен€х.
    » тело твое светитс€ сквозъ плащ, как стебель тонкий сквозь стекло и воду. ¬друг из мен€ какой-то странный плач выпархивает, пискнув, на свободу.
    “ак слабенький твой голосок поет, и песенки мотив так прост и вечен. Ќо, видишь ли, веселый твой полет недвижностью моей уравновешен.
    «атем твои качели высоки и не опасно головокруженье, что по другую сторону доски € делаю обратное движенье.
    ѕока ко мне нисходит тишина, твой шум летит в лужайках отдаленных. ѕока мо€ походка т€жела, подъемлешь ты два крылышка зеленых.
    “ак проносись! - покуда € стою. “ак лепечи! - покуда € немею. ¬сю легкость поднебесную твою € искупаю т€жестью своею.

    √ј«»–ќ¬јЌЌјя ¬ќƒј


    ¬от к будке с газированной водой, всех автоматов баловень надменный, таинственный ребенок современный подходит, как к игрушке заводной.
    «атем, самонаде€нный фантаст, монету влажную он опускает в щелку, и, нежным брызгам подставл€€ щеку, стаканом ловит розовый фонтан.
    ќ, мне б его уверенность на миг и фамиль€рность с тайною простою!
    Ќо нет, € этой милости не стою, пускай прольетс€ мимо рук моих.
    ј мальчуган, причастный чудесам, несет в ладони семь стекл€нных граней, и отблеск их летит на красный гравий и больно удар€ет по глазам.

    –обе€, € сама вхожу в игру и поддаюсь с блаженным чувством риска соблазну металлического диска, и замираю, и стакан беру.
    ¬оспр€нув из серебр€ных оков, родитс€ омут сладкий и соленый, неведомым дыханьем населенный и свежей толчеею пузырьков.
    ¬се радуги, возникшие из них, пронзают небо в сладости короткой, и вот уже, разнеженный щекоткой, семь вкусов спектра пробует €зык.
    » автомата темна€ душа взирает с добротою старомодной, словно кресть€нка, что рукой холодной даст путнику напитьс€ из ковша.

    “ќ— ј ѕќ Ћ≈–ћќЌ“ќ¬”


    ќ √рузи€, лишь по твоей вине, когда зима гр€зна и белоснежна, печаль мо€ печальна не вполне, не до конца надежда безнадежна.
    ќдну теб€ € счастливо люблю, € лишь твое лицо не лицемерно. –ука тво€ на голову мою ложитс€ благосклонно и целебно.
    ћне не застать врасплох твоей любви. ќткрытыми объ€ти€ ты держишь. ¬се говоры, все шепоты твои мне на ухо нашепчешь и утешишь.
    Ќо в этот день не так € молода, чтоб выбирать меж севером и югом. —вершилась поздней осени беда, былой уют украсив неуютом.
    Ћишь черный зонт в моих руках гремит. ∆ивой и мрачной силой он напр€гс€. “о, что теб€ покинуть норовит, - пускай покинет, что держать напрасно.
    я отпускаю зонт и не смотрю, как будет он использовать свободу. я медленно иду по окт€брю, сквозь воду и холодную погоду.
    ¬ чужом дому, не знаю почему, € бег моих колен остановила. ¬ы пробовали жить в чужом дому? “ам хорошо. » вот как это было.
    Ѕыл подвиг одиночества свершен. и € могла уйти. Ќо так случилось, что в этом доме, в ванной, жил сверчок. поскрипывал, оказывал мне милость.
    ћо€ душа тогда была слаба и потому - с доверьем и тоскою -

    тот слабый скрип, той песенки слова € полюбила слабою душою.
    ѕривыкла вскоре добра€ семь€, что так, друг друга не опроверга€, два пуст€ка природы - он и € - живут тихонько, песенки слага€.
    »так - € здесь. ћы по ночам не спим, € запою - он отвечать умеет. Ќу, хорошо. ј где же снам моим, где им-то жить? √де их бездомность реет?
    ќни все там же, там, где € была, где высочайший юноша вселенной меж туч и солнца, меж добра и зла сто€л вверху горы уединенной.
    ќ, там, под покровительством горы, как в медленном недоуменье танца, течени€ јрагвы и  уры ни встретитьс€ не могут, ни расстатьс€.
    ¬низу так чист, так мрачен ћцхетский храм. ƒуши его воинственна молитва. ¬ ней гром мечей, и лошадиный храп, и вечна€ за эту землю битва.
    √де он сто€л? ¬от здесь, где монастырь еще живет всей свежестью размаха, где малый камень с легкостью вместил великую тоску того монаха.
    „то, мальчик мой, великий человек? „то сделал ты, чтобы воскреснуть болью в моем мозгу и чернотой меж век, все плачущей над маленьким тобою?
    » в этой, богом замкнутой судьбе, в своей нижайшей муке превосходства, хот€ б сверчок любимому, тебе, сверчок играл средь твоего сиротства?
    —той на горе! Ќе уходи туда, где-только-то! - через четыре года сомкнетс€ над тобою навсегда пуста€, совершенна€ свобода!
    —той на горе! я по твоим следам найду теб€ под солнцем, возле ћцхета.
    ¬озьму себе всем зреньем, не отдам, и ты спасен уже, и вечно это.
    —той на горе! Ќо чем к тебе добрей чужой земли таинственна€ новость, тем €ростней соблазн земли твоей, нужней ее сладчайша€ суровость.

    —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»≈, Ќјѕ»—јЌЌќ≈

    ¬ќ ¬–≈ћя Ѕ≈——ќЌЌ»÷џ

    ¬ “Ѕ»Ћ»—»

    ћне - пл€шущей под мцхетскою луной, мне - плачущей любою мышцей в теле, мне - ставшей тенью, слабою длиной, не умещенной в храм —вети-÷ховели, мне - обнаженной ниткой, серебра продернутой в твою иглу, “билиси, мне - жившей под звездою, до утра, оз€бшей до крови в твоей теплице, мне - не умевшей засыпать в ночах, безумьем растлевающей знакомых, имеющей зрачок кон€ в очах, отпр€нувшей от снов, как от загонов, мне - в час зари поющей на мосту: "ѕрости нам, утро, прегрешень€ наши. ќбугленных желудков нищету позолоти своим подарком, хаши", мне - скачущей наискосок и всп€ть в бессоннице, в ее дурной потехе, - о господи, как мне хотелось спать в глубокой, словно колыбель, постели. —пать - засыпа€. ѕросыпа€сь - спать. —пать - медленно, как пригубл€ть напиток. ќ, спать и сон посасывать, как сласть, пролив слюною сладости избыток. ѕроснутьс€ поздно, глаз не открывать, чтоб дальше искушать себ€ секретом погоды, осен€ющей кровать пока еще не прин€тым приветом. ћозг слеп, словно остывша€ звезда. ѕульс тих, как сок в непробужденном древе. » - снова спать! —пать долго. —пать всегда. —пать замкнуто, как в материнском чреве.

    ѕ–ќўјЌ»≈


    ј напоследок € скажу: прощай, любить не об€зуйс€. — ума схожу. »ль восхожу к высокой степени безумства.
     ак ты любил? “ы пригубил погибели. Ќе в этом дело.  ак ты любил? “ы погубил, но погубил так неумело.
    ∆естокость промаха... ќ, нет тебе прощень€. ∆иво тело, и бродит, видит белый свет, но тело мое опустело.
    –аботу малую висок еще вершит. Ќо пали руки, и стайкою, наискосок, уход€т запахи и звуки.

    x x x


    ѕо улице моей который год звучат шаги - мои друзь€ уход€т. ƒрузей моих медлительный уход той темноте за окнами угоден.
    «апущены моих друзей дела, нет в их домах ни музыки, ни пень€, и лишь, как прежде, девочки ƒега голубенькие оправл€ют перь€.
    Ќу что ж, ну что ж, да не разбудит страх вас, беззащитных, среди этой ночи.   предательству таинственна€ страсть, друзь€ мои, туманит ваши очи.
    ќ одиночество, как твой характер крут! ѕосверкива€ циркулем железным, как холодно ты замыкаешь круг, не внемл€ уверень€м бесполезным.
    “ак призови мен€ и награди! “вой баловень, обласканный тобою, утешусь, прислон€сь к твоей груди, умоюсь твоей стужей голубою.
    ƒай стать на цыпочки в твоем лесу, на том конце замедленного жеста найти листву, и поднести к лицу, и ощутить сиротство, как блаженство.
    ƒаруй мне тишь твоих библиотек, твоих концертов строгие мотивы, и - мудра€ - € позабуду тех, кто умерли или доселе живы.
    » € познаю мудрость и печаль, свой тайный смысл довер€т мне предметы. ѕрирода, прислон€сь к моим плечам, объ€вит свои детские секреты.
    » вот тогда - из слез, из темноты, из бедного невежества былого друзей моих прекрасные черты по€в€тс€ и раствор€тс€ снова.

    ћќ» “ќ¬ј–»ў»


    1.


    - ѕока! - товарищи прощаютс€ со мной. - ѕока! - € говорю. - Ќе забывайте! - я говорю: - ѕочаще здесь бывайте! - пока товарищи прощаютс€ со мной. ћои товарищи по лестнице идут, и подымаютс€ их голоса обратно. »м надо долго ехать-де јрбата, до набережной, где их дома ждут.
    я здесь живу. » пам€тны давно мне все приметы этой обстановки. ћои товарищи сто€т на остановке, и долго € смотрю на них в окно.
    »м летний дождик брызжет на плащи, и что-то занимаетс€ другое. «акрыв окно, € говорю: - ќ горе, входи сюда, бесчинствуй и пл€ши!
    ћои товарищи уехали домой, они сидели здесь и говорили, еще восходит над столом дымок - это мои товарищи курили.
    Ќо вот приходит человек иной. Ћицо его покойно и довольно. » € смотрю и говорю: - ƒовольно! ћои товарищи так хороши собой! ќн улыбаетс€: - я уважаю их. Ќо вр€д ли им удастс€ отличитьс€. - ќ, им еще удастс€ отличитьс€ от всех постылых подвигов твоих.
    ”дачам все завидуют твоим - и это тоже важное искусство, и все-таки другое есть »скусство,- мои товарищи, оно открыто им.
    » снова € прощаюсь: - Ќу, всего хорошего, во всем тебе удачи! ћоим товарищам не надобно удачи! ћои товарищи добьютс€ своего!

          ј.¬ознесенскому

    2.


     огда моих товарищей кор€т, € понимаю слов закономерность, но нежности моей закаменелость мешает слушать мне, как их кор€т.
    я горестно упрекам этим внемлю, € головой киваю: слаб јндрей! ќн держитс€ за рифму, как јнтей держалс€ за спасительную землю.
    «а ним € знаю недостаток злой: кощунственно венчать "гараж" с "геранью", и все-таки о том судить √ераклу, подн€вшему јнте€ над землей.
    ќторопев, он свой автопортрет сравнил с аэропортом, - это глупость. √ораздо больше в нем азарт и гулкость напоминают мне автопробег.
    » € его корю: зачем ты лих? «ачем ты воздух детским лбом таранишь? ¬се это так. Ќо все ж он мой товарищ. ј € люблю товарищей моих.
    Ћюблю смотреть, как, прыгнув из дверей, выходит мальчик с резвостью жонглера. ѕо правилам московского жаргона люблю ему сказать: "ѕривет, јндрей!"
    Ћюблю, что слова чистого глоток, как у скворца, поигрывает в горле. Ћюблю и тот, неведомый и горький, серебр€ный какой-то холодок.
    » что-то в нем, хвали или кори, есть от пророка, есть от скомороха, и мир ему - гор€ч, как сковородка, сжигающа€ руки до крови.
    ¬се остальное ждет нас впереди. ƒа будем мы к своим друзь€м пристрастны! ƒа будем думать, что они прекрасны! “ер€ть их страшно, бог не приведи!

    ћјЋ≈Ќ№ »≈ —јћќЋ≈“џ


    јх, мало мне другой заботы, обремен€ющей чело, - мне маленькие самолеты все сн€тс€, не пойму с чего.
    »м все равно, как снитьс€ мне: то, как птенцы, с моей ладони они зерно берут, то в доме живут, словно сверчки в стене.
    »ль тычутс€ в мен€ они носами глупыми: рыбешка так ходит возле ног ребенка, щекочет и смешит ступни.
    ѕорой вкруг моего огн€ они толкаютс€ и слепнут, читать мне не дают, и лепет их крыльев трогает мен€.
    ≈ще придумали: детьми ко мне пришли, и со слезами, едва с моих колен слезали, кричали: "Ќа руки возьми!"
    ѕрогонишь - снова тут как тут: из темноты, из блеска ваксы. кос€ белком, как будто таксы, тела их долгие плывут.
    „то ж, он навек дарован мне - сон жалостный, сон современный, и в нем - ручной, несоразмерный тот самолетик в глубине?
    » все же, отрезвев от сна, иду € на аэродромы- следить огромные те громы, озвучившие времена.
     огда в преддверье высоты всесильный действует пропеллер, € думаю - ты все проверил, мой маленький? Ќе вырос ты.
    “ы здесь огромным серебром всех обманул - на самом деле ты крошка, ты дит€, ты еле заметен там, на голубом.
    » вот мерцаем мы с тобой на разных полюсах пространства. Ќаверно бо€зно расстатьс€ тебе со мной - такой большой?
    Ќо там, куда ты вознесен, во тьме всех позывных мелодий, пускай мой добрый, странный сон хранит теб€, о самолетик!

    ћј√Ќ»“ќ‘ќЌ


    ¬ той комнате под чердаком, в той нищенской, в той суверенной, где старомодным чудаком задор владеет современный,
    где вкруг нечистого стола, среди беды претенциозной, капроновые два крыла проносит ангел грациозный, -
    в той комнате, в тиши ночной, во глубине магнитофона, уже не защищенный мной, мой голос плачет отвлеченно.
    я знаю - там, пока € сплю, жестокий медиум колдует и душу слабую мою то жжет, как свечку, то задует.
    » гоголевской  атериной в зеленом облаке окна танцует голосок старинный дл€ развлечень€ колдуна.
    ќн так испуганно и кротко €вл€етс€ чужим очам, как будто девочка-сиротка, запроданна€ циркачам.
    ћой голос, близкий мне досель, воспитанный моей гортанью, лукав€щий на каждом "эль", невн€тно склонный к заиканью,
    возникший некогда во мне, моим губам еще родимый, вспорхнув, осталс€ в стороне, как будто вздох необратимый.
    ќдет бесплотной наготой, изведавший ее при€тность, уж он вкусил свободы той бесстыдство и неверо€тность.
    » в эту ночь там, из угла, старик к нему взывает снова, в застиранные два крыла целу€ ангела ручного.
    Ќад их объ€тием дурным магнитофон во тьме хлопочет, мой бедный голос п€тки им прозрачным пальчиком щекочет.
    ѕока € сплю - злорадству их он кажет нежные изъ€ны картавости - и снов моих нецеломудренны туманы.

    —ќЌ


    ќ опрометчивость мо€!  ак видеть сны мои решаюсь? “ак дорого платить за шалость- заснуть? Ќо засыпаю €.

    » снитс€ мне, что свеж и скуп сент€брьский воздух. ¬се знакомо: осенн€€ пригожесть дома, вкус €блок, не сход€щий с губ.
    Ќо незнакомый садовод разделывает сад знакомый и говорит, что он законный владелец. » войти зовет.
    ¬ойти?  ак можно? —только раз € знала здесь печаль и гордость, и нежную шагов нетвердость, и нежную незр€честь глаз.
    ”ж минуло так много дней, а нежность-облаком вчерашним, а нежность - обмороком влажным мен€ омыла у дверей.
    Ќо садоводова жена мен€ приветствует жеманно. я говорю: -  ак здесь туманно... » € здесь некогда жила.
    я здесь жила-лет сто назад. -Ћет сто? ¬ы шутите? -ƒа нет же! Ўутить теперь?  огда так нежно столетием прошлым пахнет сад?
    —то лет прошло, а все свежи в ладон€х нежности - к родимой коре деревьев, запах дымный в саду все тот же.
    - Ќе скажи! - промолвил садовод в ответ. «атем спросил: - ѕод паутиной, со старомодной челкой длинной, не ваш ли в чердаке портрет?
    ¬аш сильно изменилс€ взгл€д с тех давних пор, когда в кручине, не помню, по какой причине, вы умерли-лет сто назад.
    - ¬озможно, но - жить так давно, лишь тенью в чердаке остатьс€, и все затем, чтоб не расстатьс€ с той нежностью? ¬от что смешно.

    «ј Ћ»ЌјЌ»≈


    Ќе плачьте обо мне - € проживу счастливой нищей, доброй каторжанкой, оз€бшею на севере южанкой, чахоточной да злой петербуржанкой на мал€рийном юге проживу.
    Ќе плачьте обо мне - € проживу той хромоножкой, вышедшей на паперть, тем пь€ницей, проникнувшим на скатерть, и этим, что малюет божью матерь, убогим богомазом проживу. Ќе плачьте обо мне - € проживу той грамоте наученной девчонкой, котора€ в гр€дущести нечеткой мои стихи, моей рыже€ челкой, как дура будет знать. я проживу.
    Ќе плачьте обо мне - € проживу сестры помилосердней милосердной, в военной бесшабашности предсмертной, да под звездой ћарининой пресветлой уж как-нибудь, а все ж € проживу.

    x x x


    ќднажды, покачнувшись на краю всего, что есть, € ощутила в теле присутствие непоправимой тени, куда-то прочь теснившей жизнь мою.
    Ќикто не знал, лишь бела€ тетрадь заметила, что € задула свечи, зажженные дл€ сотворень€ речи, - без них € не желала умирать.
    “ак мучилась! “ак близко подошла к скончанью мук! Ќе молвила ни слова. ј это просто возраста иного искала неокрепша€ душа.
    я стала жить и долго прожилу- Ќо с той поры € мукою земною зову лишь то, что не воспето мною, все прочее - блаженством € зову.

    —Ћќ¬ќ


    "ѕретерпева€ медленную юность, впадаю € то в дерзость, то в угрюмость, пишу стихи, мне говор€т: порви! ј вы так просто говорите слово, вас любит €мб, и жизнь к вам благосклонна", - так написал мне мальчик из ѕерми.
    ¬ чужих потемках выключатель шар€, хоз€евам вслепую спать меша€, о воздух спотыка€сь, как о пень, стыд€сь своей громоздкой неудачи, над каждой книгой обмира€ в плаче, € вспомнила про мальчика и ѕермь.
    » впр€мь - в ѕерми живет ребенок странный, владеющий высокой и пространной, невн€тной речью, и, когда горит огонь созвездий, прин€тых над ѕермью, оз€бшим горлом, не способным к пенью, ребенок этот слово говорит.
     ак говорит ребенок! Ќеужели во мне иль в ком-то, в неживом ущелье гортани, погруженной в темноту, была така€ чистота проема, чтоб уместить во всей красе объема всезнающего слова полноту?
    ќ нет, во мне - то всхлип, то хрип, и снова насущный шум, зан€вший место слова там, в легких, где тесн€тс€ дым и тень, и шее не хватает мощи бычьей, чтобы дыхань€ суетный обычай вершить было не трудно и не лень.
    «вук немоты, железный и кор€вый, терзает горло ссадиной кровавой, заговорю - и обагрю платок. ¬ безмолвие, как в землю, погребенной, мне странно знать, что есть в ѕерми ребенок, который слово выговорить мог.

    Ќ≈ћќ“ј


     то же был так силен и умен?  то мой голос из горла увел? Ќе умеет заплакать о нем рана черна€ в горле моем.
    —коль достойны хвалы и любви, март, простые де€нь€ твои, но мертвы моих слов соловьи, и теперь их сады - словари.
    - ќ, воспой! - умол€ют уста снегопада, обрыва, куста. я кричу, но, как пар изо рта, округлилась у губ немота.
    ¬дохновенье - чрезмерный, сплошной вдох мгновень€ душою немой, не спасет ее выдох иной, кроме слова, что сказано мной.
    «адыхаюсь, и дохну, и лгу, что еще не останусь в долгу пред красою деревьев в снегу, о которой сказать не могу.
    ќблегчить переполненный пульс - как угодно, неча€нно, пусть! » во все, что воспеть тороплюсь, воплощусь навсегда, наизусть.
    ј за то, что была так нема, и любила всех слов имена, и устала вдруг, как умерла, - сами, сами воспойте мен€.

    ƒ–”√ќ≈


    „то сделалось? «ачем € не могу, уж целый год не знаю, не умею слагать стихи и только немоту т€желую в моих губах имею?
    ¬ы скажете - но вот уже строфа, четыре строчки в ней, она готова. я не о том. ¬о мне уже стара привычка ставить слово после слова.
    ѕор€док этот ведает рука. я не о том.  ак это прежде было?  огда происходило - не строка- другое что-то. “олько что? - «абыла. ƒа, то, другое, разве знало страх, когда шалило голосом так смело, само, как смех, сме€лось на устах и плакало, как плач, если хотело?

    ¬—“”ѕЋ≈Ќ»≈ ¬ ѕ–ќ—“”ƒ”


    ѕрост путь к свободе, к €сности ума - достаточно, чтобы оз€бли ноги. ќсенние прогулки вдоль дороги располагают к этому весьма.
    √рипп в окт€бре-всевид€щ, как господь.  ак ангелы на крыль€х стрекозиных, слетают насморки с небес предзимних и нашу околдовывают плоть.
    ¬от ты проходишь меж дерев и стен, сам дл€ себ€ неведомый и странный, пока еще банальности туманной костей твоих не обличил рентген.
    ≈ще ты скучен, и здоров, и груб, но вот тебе с улыбкой добродушной простуда шлет свой поцелуй воздушный, и медленно он достигает губ.
    ќтныне болен ты. “ы не должник ни дружб твоих, ни праздничных процессий. Ѕлагоговейно подтверждает ÷ельсий твой сан особый средь людей иных.
    “ы слышишь, как щекочет, как течет лад мышкой ртуть, она замрет - и тотчас овределит серебр€на€ точность, какой тебе оказывать почет.
    » аспирина т€гостный глоток дарит тебе непринужденность духа, благие преимущества недуга и смелости недобрый холодок.

    ¬ќ— –≈—Ќџ… ƒ≈Ќ№


    ќ, как люблю € пребыванье рук в блаженстве той свободы пуст€ковой, когда былой уже закончен труд и - лень и сладко труд зате€ть новый.  ак труд былой томил мен€ своим небыстрым ходом! Ќо - за проволочку - теперь сполна € расквиталась с ним, пощечиной в него влепивши точку. ћен€ прощает долгожданный сон. ÷елует в лоб младенческа€ легкость. —вободен - легкомысленный висок. —вободен - сп€щий на подушке локоть. —мотри, природа, - розов и мордаст, так кротко спит твой бешеный сангвиник, всем утомленьем вклеившись в матрац, как зуб в десну, как дерево в суглинок. ќ, спать да спать, терпеть счастливый гнет неведень€ рассудком безрассудным. Ќо день воскресный уж баклуши бьет то детским плачем, то звонком посудным. Ќап€лив одичавший неуют чужой плечам, остывшей за ночь кофты, хоз€йки, чтоб хоз€йничать, встают, и пробуждает ноздри запах кофе. ѕора вставать! Ѕесстрастен и суров, холодный душ уже развесил розги. я прыгаю с постели, как в сугроб - из бани, из субтропиков - в морозы. ѕод гильотину лед€ной струи с плеч голова покорно полетела. ќ умывальник, как люты твои чудовища - вода и полотенце. ѕрекрасен день декабрьской теплоты, когда туманы воздух утолщают и зрелых капель чистые плоды бесплодье зимних веток утешают. Ќу что ж, земл€, сегодн€-отдых мой, ликую € - твой добрый обыватель, вдыхатель твоей влажности густой, твоих сосулек теплых обрыватель. ƒай созерцать твой белый свет и в нем не обнаружить малого пробела, который €, в усердии моем, восполнить бы желала и умела. »гра€ в смех, в иные времена, нога дедок любовно расколола. ћогуществом кофейного зерна €зык так пь€н, так жаждет разговора. », словно дым, затмивший недра труб, глубоко в горле возникает голос.  о мне крадетс€ ненасытный труд, терп€щий новый и веселый голод. ∆дет насыщень€ звуком немота, зи€€ пустотою, как скворешник, весну кор€щий, - разве не могла его наполнить толчеей сердечек? ѕрощай, соблазн воскресный! ћеж дерев мне не бродить. Ќо что все это значит? Ѕумаги белый и отверстый зев ко мне взывает и участь€ алчет. »ду - поить губами клюв птенца, наскучившего и оп€ть родного. ¬ ладонь склон€€сь т€жестью лица, € из безмолвь€ вызвол€ю слово. ¬ неловкой позе у стола присев, располагаю голову и плечи, чтоб обижал и ранил их процесс, к устам влекущий восхожденье речи. я - мускул, нужный дл€ ее затей. –ечь так спешит в молчанье не погибнуть, свершить звукорожденье и затем забыть мен€ навеки и покинуть. я дл€ нее - лишь дудка, чтоб дудеть. ѕускай дудит и веселит окрестность. ј мне оп€ть - заснуть, как умереть, и пробудитьс€ утром, как воскреснуть.

    —”ћ≈– »

    ≈сть в сумерках блаженна€ свобода от €вных чисел века, года, дн€.  огда?-Ќеважно. ¬от открытость входа в глубокий парк, в далекий мельк огн€.
    Ќи в сырости, насытившей соцветь€, ни в деревах, исполненных любви, нет доказательств этого столеть€,- бери себе другое - и живи.
    ќшибкой зрень€, заблужденьем духа возвращена в аллеи старины, бреду по ним. » встречна€ старуха, словно признав, гл€дит со стороны. —редь бела дн€ пустынно это место. Ќо в сумерках мои глаза вольны увидеть дом, где счастливо семейство, где невпопад и пылко влюблены,
    где вечно ждут гостей на именины - шуметь, краснеть и руки целовать, где и мен€ к себе рукой манили, где никогда мне гостем не бывать.
    Ќо коль дано их голосам беспечным стать тишиною неба и воды, - чьи пальчики по клавишам лепечут? - „ьи кружева вступают в круг беды?
     ак мне досталась милость их привета, тот медленный, зате€нный людьми, старинный вальс, старинна€ примета чужой печали и чужой любви?
    ≈ще возможно дл€ ума и слуха вести игру, где действуют река, пустое поле, дерево, старуха, деревн€ в три незр€чих огонька.
    ƒуши моей невн€тна€ улыбка блуждает там, в беспам€тстве, вдали, в той родине, чь€ странна€ ошибка даст мне чужбину речи и земли.
    Ќо темнотой испуганный рассудок трезвеет, рыщет, снова хочет знать живых вещей отчетливый рисунок, мой век, мой час, мой стол, мою кровать.
    ≈ще плута€ в омуте росистом, € слышу, как на диком €зыке мне шлет свое прокл€тие транзистор, зажатый в непреклонном кулаке.

    ¬ ќѕ”—“≈¬Ў≈ћ ƒќћ≈ ќ“ƒџ’ј


    ¬пасть в обморок беспам€тства, как плод, уснувший тихо средь ветвей и гр€док, не сознавать свою живую плоть, ее чужой и грубый беспор€док.
    ¬от €блоко, возникшее вчера. ¬ нем - мышцы влаги, красота пигмента, то тех, то этих действий толче€. Ќо €блоку так безразлично это.
    ј тут, словно с оравою детей, не совладаешь со своим же телом, не предусмотришь всех его затей, не расплетешь его переплетений.
    » так надоедает под конец в себ€ смотреть, как в пациента лекарь, все врем€ слышать треск своих сердец и различать щекотный бег молекул. » отвернутьс€ хочетс€ уже, вот отвернусь, но любопытно глазу. “ак музыка на верхнем этаже мешает и заманивает сразу.
    ¬ глуши, в уединении моем, под снегом, вырастающим на кровле, живу одна и будто бы вдвоем - со вздохом в легких, с удареньем крови.
    “о улыбнусь, то пискнет голос мой, то бьетс€ пульс, как бабочка в ладони. Ќу, слава богу, думаю, живой осталс€ кто-то в опустевшем доме.
    » вот тогда теб€ благодарю, мой организм, живой зверек природы, верши, верши простую жизнь свою, как солнышко, как лес, как огороды.
    » впредь играй, не ведай немоты! ¬ глубоком одиночестве, зимою, € всласть повеселюсь средь пустоты, тесно и шумно населенной мною.

    ƒќ∆ƒ№ » —јƒ


    ¬ окне, как в чуждом букваре, неграмотным € рыщу взгл€дом. я мало смыслю в декабре, что выражен дождем и садом.
    √де дождь, где сад - не различить. «десь свадьба двух стихий творитс€. »х совпаденье разлучить не властно зренье очевидца.
    “ак обн€лись, что и ладонь не вклинитс€! »м не заметен медопролитный крах плодов, расплющенных объ€тьем этим.
    ¬есь сад в дожде! ¬есь дождь в саду! ѕогибнут дождь и сад друг в друге, оставив мне решать судьбу зимы, €вившейс€ на юге.
     ак разниму € сад и дождь дл€ мимолетной щели светлой, чтоб птицы маленька€ дрожь вместилась меж дождем и веткой?
    Ќе говор€ уже о том, что в промежуток их раздора мне б следовало втиснуть дом, где € последний раз бездомна.
    ƒуша желает и должна два раза вытерпеть усладу: страдать от сада и дожд€ и сострадать дождю и саду.
    Ќо дом при чем? ¬ нем все мертво! Ќе € ли совершила это? ѕриют сиротства моего моим сиротством сжит со света. ѕросила € беды благой, но все ж не то и не настолько, чтоб выпрошенной мной бедой чужие вышибало стекла.
    ¬се дождь и сад сведут на нет, изгнав из своего объема не об€зательный предмет вцепившегос€ в землю дома.
    » мне ли в нищей конуре так возгордитьс€ духом слабым, чтобы преп€тствовать игре, зате€нной дождем и садом?
    Ќе врем€ ль уступить зиме, с ее деревь€ми и мглою, чужое место на земле, некстати зан€тое мною?

    x x x


    «има на юге. ƒалеко зашло ее вниманье к моему побегу. ћне - поделом. Ќо югу-то за что? ќн слишком юн, чтоб предаватьс€ снегу.
    Ѕоюсь смотреть, как мучатс€ в саду растений полумертвые подранки. √нев севера мен€ имел в виду, € изменила долгу север€нки.
    „то оставалось выдумать уму? —ил не было иметь температуру, котора€ бездомью моему не даст погибнуть спь€ну или сдуру.
    Ќеосторожный беженец зимы, под натиском ее несправедливым, € отступала в теплый тыл земли, пока земл€ не кончилась обрывом.
    ѕрыжок мой, понукаемый бедой, повис над морем - если море это: волна, недавно бывша€ водой, имеет вид железного предмета.
    Ќад розами творитс€ суд в тиши, мороз кончины им сул€т прогнозы. Ќе твой ли €мб, любовь моей души, шалит, в морозы окуна€ розы?
    ѕростите мне теплицы красоты! я удалюсь и все это улажу. «ачем влекла € в чуждые сады судьбы своей громоздкую поклажу?
    ћой ад - при мне, € за собой т€ну суму своей печали неказистой, так альпинист, взмыва€ в тишину, с припасом суеты берет транзистор.
    » впр€мь-так обнаглеть и занестись,. чтоб дисциплину климата нарушить! ¬ернулась €, и обжигает кисть обледеневшей варежки наручник. «има, мен€ на место водворив, лишила юг опалы снегопада. —ладчайшего цветени€ прилив был возвращен воскресшим розам сада.
    январь со мной любезен, как весна.  раса мурашек серебрит мне спину. », в сущности, € польщена весьма влюбленностью зимы в мою ангину.

    ќ—≈Ќ№


    Ќе действу€ и не дыша, все слаще обмирает улей. ¬се глубже осень, и душа все опытнее и округлей.
    ќна вовлечена в отлив плода, из пуст€ка пустого отлитого.  ак кропотлив труд осенью, как т€жко слово.
    «начительнее, что ни день, природа ум обремен€ет, похожа€ на мудрость лень уста молчаньем осен€ет.
    ƒаже дит€, велосипед влекущее, верт€ педалью, вдруг погл€дит на белый свет с какой-то €сною печалью.

    ЅќЋ≈«Ќ№


    ќ боль, ты - мудрость. —уть решений перед тобою так мелка, и осен€ет темный гений глаз захворавшего зверька.
    ¬ твоих губительных пределах был разум мой высок и скуп, но трав целебных поределых вкус м€тный уж не сходит с губ.
    „тоб облегчить последний выдох, €, с точностью того зверька, принюхавшись, нашла свой выход в печальном стебельке цветка.
    ќ, всех простить - вот облегченье! ќ, всех простить, всем передать и нежную, как облученье, вкусить всем телом благодать.
    ѕрощаю вас, пустые скверы! ѕри вас лишь, в бедности моей, € плакала от смутной веры над капюшонами детей.
    ѕрощаю вас, чужие руки! ѕусть вы прот€нуты к тому, что лишь моей любви и муки предмет, не нужный никому.

    ѕрощаю вас, глаза собачьи! ¬ы были мне укор и суд. ¬се мои горестные плачи досель эти глаза несут.
    ѕрощаю недруга и друга! ÷елую наспех все уста! ¬о мне, как в мертвом теле круга, законченность и пустота.
    » взрывы щедрые, и легкость, как в белых дребезгах перин, и уж не т€гостен мой локоть чувствительной черте перил.
    Ћишь воздух под моею кожей. ∆ду одного: на склоне дн€, охваченный болезнью схожей, пусть кто-нибудь простит мен€.

    ѕ≈…«ј∆


    ≈ще но€брь, а благодать уж сыплетс€, уж смотрит с неба. »ду и хоронюсь от света, чтоб тенью снег не утруждать.
    ќ стеклодув, что смысл дуть€ так выразил в сосульках этих! », запрокинув свой беретик, на вкус их пробует дит€.
    » €, така€ молода€, со сладкой льдинкою во рту, оскальзыва€сь, приседа€, по снегу белому иду.

    «»ћј


    ќ жест зимы ко мне, холодный и прилежный. ƒа, что-то есть в зиме от медицины нежной.
    »наче как же вдруг из темноты и муки доверчивый недуг к ней обращает руки?
    ќ мила€, колдуй, заденет лоб мой снова целебный поцелуй колечка лед€ного.
    » все сильней соблазн встречать обман доверьем, смотреть в глаза собак и приникать, к деревь€м.
    ѕрощать, как бы играть, с разбега, с поворота, и, завершив прощать, простить еще кого-то.


    —равн€тьс€ с зимним днем, с его пустым овалом, и быть всегда при нем его оттенком, малым.
    —вести себ€ на нет, чтоб вызвать за стеною не тень мою, а свет, не заслоненный мною.

    Ѕ»ќ√–ј‘»„≈— јя —ѕ–ј¬ ј


    ¬се началось далекою порой, в младенчестве, в его начальном классе, с игры в многозначительную роль: - быть ћусею, любимой меньше јси.
    Ѕегом, в “арусе, босиком, в росе, без промаха - непоправимо мимо, чтоб стать любимой менее, чем все, чем все, что в этом мире не любимо.
    ƒа и за что любить ее, кому? ѕолюбит ли мышиный сброд умишек то чудище, несущее во тьму всеведень€ уродливый излишек?
    » тот из€щный звездочет искусств и счетовод безумств витиеватых не зр€ не любит излученье уст, пока еще ни в чем не виноватых.
    ћила ль ему незвана€ звезда, чей голосок, неча€нно, могучий, его освобождает от труда старательно соде€нных созвучий?
    ¬ приют ее - меж гр€зью и меж льдом! Ќо в граде чернокаменном, голодном, что делать с этим неуместным лбом? √де быть ему, как не на месте лобном?
    ƒобывша€ двугорбием ума тоску и непомерность превосходства, она насквозь минует терема всемирного бездомь€ и сиротства.
    Ћюба€ милосердна€ сестра жестокосердно примиритс€ с горем, с избытком рокового мастерства - во что бы то ни стало быть изгоем.
    “ы перед ней не виноват, Ѕерлин! “ы гнал ее, как прин€то, как надо, но мрак твоих обоев и белил еще не ад, а лишь предместье ада.
    Ќе обессудь, божественный ѕариж, с надменностью ты целовал ей руки, он все же был лишь захолустьем крыш, провинцией ее державной муки.
    “€гатьс€ ль вам, селени€ беды, с непревзойденным бедствием столицы, где рыщет ћарс над плесенью воды, тревожа тень кавалерист - девицы? «атмивший золотые города, чернеет двор последнего страдань€, где так она нища и голодна, как в высшем средоточье мироздань€.
    ’вала и предпочтение молвы ≈лабуге, пред прочею землею.  унсткамерное чудо головы изловлено и схвачено петлею.
    ¬сего-то было горло и рука, в пути меж ними станет звук строкою, все тот же труд меж горлом и рукою, и смертный час - не больше, чем строка.
    Ќо ждать так долго! ќтгиба€ пр€дь, погл€дывать зрачком - красна ль р€бина, и целый август вытерпеть? ќ, впр€мь ты - сильное чудовище, ћарина.

           Ћ Ќ”—№
    “ем летним снимком на крыльце чужом как виселица, криво и отдельно поставленным, не привод€щим в дом, но вывод€щим из дому. ќдета в неистовый сатиновый доспех, стесн€ющий огромный мускул горла, так и сидишь, уже отбыв, допев труд лошадиный голода и гор€. “ем снимком. —лабым острием локтей ребенка с удивленною улыбкой, которой смерть влечет к себе детей и украшает их черты уликой. “€желой болью пам€ти к тебе, когда, хлеба€ безвоздушность гор€, от задыхани€ твоих тире до крови € откашливала горло. ѕрисутствием твоим крала, несла, брала себе теб€ и воровала, забыв, что ты - чужое, ты - нельз€, ты - богово, теб€ у бога мало. ѕоследней исхудалостию той, добившею теб€ крысиным зубом. Ѕлагословенной родиной св€той, забывшею теб€ в сиротстве грубом. ¬озлюбленным тобою не к добру вседобрым африканцем небывалым, который созерцает детвору. » детворою. » “верским бульваром. “воим печальным отдыхом в раю, где нет тебе ни ремесла, ни муки.  л€нусь убить ≈лабугу твою, ≈лабугой твоей, чтоб спали внуки. —тарухи будут их стращать в ночи, что нет ее, что нет ее, не зна€: "—пи, мальчик или девочка, молчи, ужо придет ≈лабуга слепа€". ќ, как она всей путаницей ног. припуститс€ ползти, так скоро, скоро. я опущу подкованный сапог на щупальцы ее без приговора. ”т€желив собой каблук, носок, в затылок ей - и продержать подольше. ƒетенышей ее зеленый сок мне острым €дом опалит подошвы. ¬ хвосте ее созревшее €йцо € брошу в землю, раз земл€ бездонна, ни словом не обмолв€сь про крыльцо ћарининого смертного бездомь€. » в этом € кл€нусь. ѕока во тьме, зловоньем ила, жабами колодца, примерива€ желтый глаз ко мне, убить мен€ ≈лабуга кл€нетс€.

    ”–ќ » ћ”«џ »


    Ћюблю, ћарина, что теб€, как всех, что, - как мен€, - оз€бшею гортанью не говорю: теб€ - как свет! как снег! - усильем шеи, будто лед глотаю, стараюсь вымолвить: теб€, как всех, учили музыке. (ќ крах учень€!  ак если бы, под богов плач и смех, свече внушали правила свечень€.) Ќе ладили две равных темноты: ро€ль и ты - два совершенных круга, в тоске взаимной глухонемоты терп€ ино€зычие друг друга. ƒва мрачных исподлобь€ сведены в неразрешимой и враждебной встрече: ро€ль и ты - две сильных тишины, два слабых горла музыки и речи. Ќо твоего сиротства перевес решает дело. „то ро€ль? ќн узник безгласности, покуда в до-диез мизинец свой не окунет союзник. ј ты - одна. “ебе - подмоги нет. » музыке трудна тво€ наука - не утружда€ ран€щий предмет, открыть в себе кровотеченье звука. ћарина, до! ƒо - детства, до - судьбы, до - ре, до - речи, до - всего, что после, равно, как вместе мы склон€ли лбы в той общедетской предро€льной позе, как ты, как ты, вцепившись в табурет, - о карусель и √едике ненужность! - раскручивать сорвавшую берет, свист€щую вкруг головы окружность. ћарина, это все - дл€ красоты придумано, в расчете на удачу раз накричатьс€: € - как ты, как ты! » с радостью бы крикнула, да - плачу.

    x x x


    „етверть века, ћарина, тому, как ≈лабуга ластитс€ раем к отдохнувшему лбу твоему, но и рай ему мал и неравен.
    Ќеужели к всеведенью мук, что тебе удалось как удача, € добавлю бесформенный звук дважды мною пропетого плача.
    ƒве бессмыслицы - мертв и мертва, две пустынности, два ударень€ - царскосельских садов дерева, переделкинских рощиц деревь€.
    » усильем двух этих кончин так исчерпана будущность слова. Ќе осталось ни уст, ни причин, чтобы нам затевать его снова.
    ¬прочем, в этой утрате суда есть свобода и есть безм€тежность: перед кем пламенеть от стыда, оскорбл€€ страниц белоснежность?
     ак любила! ¬озможно ли злей? Ѕез прощени€, без обещань€ имена их любовью твоей были сосланы в даль обожань€.
    —реди всех твоих бед и - плетей только два тебе есть утешень€: что не знала двух этих смертей и воспела два этих рождень€.

    —¬≈„ј


    ¬сего-то - чтоб была свеча, свеча проста€, воскова€, и старомодность векова€ так станет в пам€ти свежа.
    » поспешит твое перо к той грамоте витиеватой, разумной и замысловатой, и л€жет на душу добро.
    ”же ты мыслишь о друзь€х все чаще, способом старинным, и сталактитом стеаринным займешьс€ с нежностью в глазах.
    » ѕушкин ласково гл€дит, и ночь прошла, и гаснут свечи, и нежный вкус родимой речи так чисто губы холодит.

    —Ќ≈√ќѕјƒ


    —негопад свое действие начал и еще до свершени€ тьмы ѕеределкино переиначил в безым€нную прелесть зимы.
    ƒома творчества дикую кличку он отринул и вытер с доски и возвысил в пол€х электричку до всемирного звука тоски.
    ќбманувши сады, огороды, их ничтожный размер одолев, возымела значенье природы невелика€ сумма дерев.
    Ќа горе, в тишине совершенной, голос древнего пень€ возник, и уже не села, а вселенной ты участник и бедный должник.


    ¬далеке, меж звездой и дорогой, сам див€сь, что он здесь и таков, пролетел лучезарно здоровый и ликующий лыжник снегов.
    ¬ездесуща€ сила движень€, этот лыжник, земл€ и луна - лишь причина дл€ стихосложень€, дл€ мгновенной удачи ума.
    Ќо, пока в снегопаданье строгом €сен разум и вол€ свежа, в промежутке меж звуком и словом опрометчиво медлит душа.

    ћ≈“≈Ћ№


    ‘евраль - любовь и гнев погоды. », странно восси€в окрест, великим севером природы очнулась скудость дачных мест.
    » улица в четыре дома, открыв длину и ширину, берет себе непринужденно весь снег вселенной, всю луну.
     ак сильно вьюжит! Ќе иначе - метель посв€щена тому, кто эти дерева и дачи так близко принимал к уму.
    –учь€ невзрачное теченье, сосну, понурившую ствол, в иное он вовлек значенье и в драгоценность перевел.
    Ќе потому ль, в красе и тайне, пространство, загрустив о нем, той речи бред и бормотанье имеет в голосе своем.
    » в снегопаде, долго бывшем, вдруг, на мгновенье, прервалась меж домом тем и тем кладбищем печали пристальна€ св€зь.

    —»ћќЌ” „» ќ¬јЌ»


    явитьс€ утром в чистый север сада, в глубокий день зимы и снегопада, когда душа свободна и проста, снегов успокоителен избыток и пресной льдинки маленький напиток так развлекает и смешит уста.
    ¬се нужное тебе - в тебе самом, - подумать, и увидеть, что —имон идет один к заснеженной ограде. ќ, нет, зимой мой ум не так умен, чтобы поверить и спросить: - —имон, как это может быть при снегопаде?
    » разве ты не вовсе одинаков с твоей землею, где, навек заплакав от нежности, все плачет тень мо€, где над  урой, в объ€той богом ћцхете, в садах зимы берут фиалки дети, их называ€ именем "»а"?
    », коль ты здесь, кому теперь видна пуста€ площадь в три больших окна и цирка детский круг кому заметен? ќ, дома твоего беспечный храм, прилив вина и лепета к губам и пение, что следует за этим!
    ћеж тем все просто: р€дом то и это, и в наше врем€ от зимы до лета полгода жизни, лета два часа. » приникаю € лицом к —имону все тем же летом, того же зимою, когда цветам и снегу нет числа.
    ѕускай же все само собой идет: сам прилетел по небу самолет, сам самовар нам чай нальет в стаканы. - Ќе будем звать, но сам придет сосед дл€ добрых восклицаний и бесед, и голос сам заговорит стихами.
    я говорю себе: твой гость с тобою, любуйс€ его милой худобою, возьми себе, не отпускай домой. Ќо уж звонит во мне звонок испуга: оп€ть нам долго не видать друг друга в честь разницы меж летом и зимой.
    ѕростились, ничего не говор€. я предалась заботам €нвар€, вздохнув во сне легко и сокровенно. » снова € тоскую поутру. » в сад иду, и веточку беру, и на снегу пишу €: —акартвело.

    √ќ—“»“№ ” ’”ƒќ∆Ќ» ј



          ёрию ¬асильеву
    »тог ув€дань€ подводит окт€брь. ѕрирода вокруг т€жела, серьезна. ¬ час осени крайний - так скучно локт€м оп€ть ушибатьс€ об угол сиротства. —оседской четы непомерный визит все длитс€, и €, всей душой утомл€€сь, ни слова не вымолвлю - в горле висит кака€-то глухонема€ туманность. ¬ час осени крайний - огонь погасить и вдруг, засыпа€, воспр€нуть догадкой, что некогда звали теб€ погостить в дому у художника, там, за “аганкой. » вот, аспирином задобрив недуг, нап€лив калоши, - скорее, скорее туда, где, рум€ные щеки надув, художник умеет играть на свирели. ќ милое зрелище этих затей! —редь кистей, торчащих из банок и ведер, играет свирель и двух малых детей печальный топочет вокруг хороводик. ƒва детские личика умудрены улыбкой такою усталой и вечной, как будто они в мирозданье должны нестись и описывать круг бесконечный.  ак будто творитс€ века напролет все это: заоблачный лепет свирели и маленьких тел одинокий полет над прочностью мира, во мгле акварели. » €, притаившись в тени голубой, застыв перед тем невесомым весельем, смотрю на суровый их танец, на бой младенческих мышц с т€готеньем вселенным - —лабею, впадаю в см€тенье невежд, когда, восси€в над трубою подзорной, их в обморок вводит избыток небес, терза€ рассудок тоской тошнотворной. Ќо полно! » € по€вл€юсь в двер€х, недаром сюда € брела и спешила. ќ счастье, что кто-то так радостно рад, рад так беспредельно и так беспричинно! явленью моих одичавших локтей художник так рад, и свирель его рада, и щедрые €сные лица детей даруют мне синее солнышко взгл€да. » входит, подходит та, мила€, та, проста€, как холст, не насыщенный грунтом.
    Ќо кроткого, смирного лба простота пугает предчувствием сложным и грустным. ќ скромность холста,
          пока срок не пришел, невинность курка, пока пальцем не тронешь,. звериный, до времени сп€щий прыжок, нацеленный в близь, где играет звереныш.  ак мускулы в ней высоко взведены, когда первобытным следит исподлобьем три тени родные, во тьму глубины запущенные виражом бесподобным. ќ девочка цирка, хран€ща€ дом! ¬се ж выдаст болезненно - звездна€ бледность - во что ей обходитс€ маленький вздох над бездной внизу, означающей бедность.  акие клинки покидают ножны, кака€ неисповедима€ доблесть улыбкой ответствует гневу нужды, камень€ ее обраща€ в съедобность?  ак странно незрима она на свету, как слабо затылок ее позолочен, но неколебимо хранит пр€моту прозрачный, стекл€нный ее позвоночник. » радостно мне любоватьс€ оп€ть лицом ее, облаком неочевидным, и рученьку бо€зно в руку прин€ть, как тронуть скорлупку в гнезде соловьином.
    » € говорю: - ќ, давайте скорей кружитьс€ в одной карусели отвесной, подставив гор€чие лбы под свирель, под ивовый дождь ее частых отверстий! ’удожник на бочке высокой сидит, как ѕан, в свою хитрую дудку дудит.
    ƒавайте, давайте кружитьс€ всегда, и все, что случитс€, - еще не беда, ах, господи боже мой, вот вечеринка, проноситс€ около уха звезда, под веко летит золота€ соринка, и кто мы такие, и что это вдруг цветет акварели голубенький дух, и глина краснеет, как толстый ребенок, и пыль облетает с холстов погребенных, и дивные рожи рум€ных картин €вл€ютс€ нам, когда мы захотим. ѕроносимс€! » посреди тишины целуетс€ красное с желтым и синим, и все одиночества душ сплочены в созвездье одно прит€жением сильным.
    ∆ить в доме художника день или два и дольше, но дому еще не наскучить, случайно узнать, что сто€т дерева под т€жестью белой, повисшей на сучь€х, с утра втихомолку собратьс€ домой, брести облегченно по улице снежной, жить дома, пока не придет за тобой любви и печали порыв центробежный.

    «»ћЌяя «јћ Ќ”“ќ—“№



          Ѕ. ќкуджаве
    —транный гость побывал у мен€ в феврале. —нег занес, мою крышу еще - в €нваре, предоставив мне замкнутость дум и де€ний. я жила взаперти, как огонь в фонаре или как насекомое, что в €нтаре уместилось в простор тесноты идеальной.
    —транный гость предо мною внезапно возник, и тем более странен был этот визит, что снега мою дверь охран€ли сурово. Ќапример - € зерно моим птицам несла. "ћожно ль выйти наружу?" - спросила. -
          "Ќельз€", - мне ответила сильна€ вол€ сугроба.
    —транный гость, говорю вам, неведомый гость. ќн прошел через стенку насквозь, словно гвоздь, кем-то вбитый извне дл€ неведомой цели. ¬прочем, что же еще оставалось ему, коль в дому, замурованном в снежную тьму, не осталась дл€ входа ни двери, ни щели.
    —транный гость - он в гост€х не гостил, а царил. ќн огнем исцелил свой промокший цилиндр, из-за пазухи выпустал свинку морскую и сказал: "ќ, пардон, € продрог, и притом € ушибс€, когда проходил напролом в этот дом, где теперь простудитьс€ рискую".
    я сказала: "ќгонь вас утешит, о гость. √орсть орехов, вина быстротечна€ гроздь -
    вот мой маленький юг среди вьюг справедливых. „то касаетс€ бедной царевны морей - ей давно приготовлен любовью моей плод капусты, взращенный в нездешних заливах".
    —транный гость похвалилс€: "«аметьте, мадам, что € склонен к слезам, но не склонны к следам мои ноги промокшие. ¬есь € - загадка!" я ему объ€снила, что € не педант и за музыкой € не хожу по п€там, чтобы видеть педаль под ногой музыканта.
    —транный гость закричал: "ћне не нравитс€ тон ваших шуток! ѕотом будет жуток ваш стон! ќчень плохи дела ваших духа и плоти! ѕотому без стыда € €вилс€, сюда, что мне ведома бедна€ ваша судьба".. я спросила его: "ѕочему вы не пьете?" —транный гость не побрезговал выпить вина. ќпрометчивость уст его речи свела лишь к ошибкам, улыбкам и доброму плачу: "ѕрот€жение спора угодно душе! ¬ы - дит€ мое, баловень и протеже.
    я судьбу вашу как-нибудь переиначу. ¬едь не зр€ вещий зверь чистой шерстью белел - ошибитесь, возьмите счастливый билет! ¬ыбирайте любую утеху мирскую!" ѕоклонилась € гостю: "¬ы очень добры, до поры отвергаю € ваши дары. Ќо спасите прекрасную свинку морскую!
    Ќе она ль мне по злому сиротству сестра?  ак остра эта грусть - озиратьс€ со сна средь стихии чужой, а к своей не пробитьс€. ќ, как нежно марина, мор€на, мор€ неизбежно ман€т и минуют мен€, оставл€€ мне детское зренье провидца.
    ¬ остальном - благодарна € доброй судьбе. я живу, как желаю, - сама по себе. Ѕог ко мне справедлив и любезен издатель. —тарый пес мой взмывает к щеке, как щенок. » широк дивный выбор всевышних щедрот: €мб, хорей, амфибрахий, анапест и дактиль.
    ј вчера колокольчик в пол€х дребезжал. Ёто старый товарищ ко мне приезжал. «р€ бо€лась - а вдруг он дороги не сыщет? √оворила: когда теб€ вижу, Ѕулат, два зрачка от чрезмерности зрень€ бол€т, беспор€док любви в моем разуме свищет". —транный гость засме€лс€. ќн знал, что € лгу. Ќе бывало саней в этом сиром снегу. ћой товарищ с товарищем пьет в Ћенинграде. » давно уж собака мо€ умерла - стало меньше дыханьем в груди у мен€. » чураютс€ руки пера и тетради.
    —транный гость подтвердил: "¬ы несчастны
          теперь". ¬ это врем€ открылась закрыта€ дверь. —нег все падал и падал, не зна€ убытка. —коль вошедшего облик был смел и пригоже » влекла петербургска€ кожа калош след - лукавый и резвый, как будто улыбка.
    я надеюсь, что гость мой поймет и зачтет, как во мраке лица серебрилс€ зрачок, как был рус африканец и смугл росси€нин? я подумала - скоро конец февралю - и сказала вошедшему: "–адость! Ћюблю! ’орошо, что меж нами не быть расставань€м!" 23

    1

    Ѕелла јхмадуллина "—ны о √рузии"

    ¬ј–‘ќЋќћ≈≈¬— јя Ќќ„№


    я думала в уютный час дожд€: а вдруг и впр€мь, по логике наить€, заведомо безнравственно дит€, рожденное вблизи кровопролить€.
    ¬ ту ночь, когда св€той ¬арфоломей на пир созвал всех алчущих, как тонок был плач того, кто между двух огней еще не гугенот и не католик.
    ≈ще птенец, едва поющий вздор, еще в ходьбе не сведущий козленок, он выжил и присвоил первый вздох, изъ€тый из дыхани€ казненных.
    —коль, н€нюшка, ни пестуй, ни корми дит€ твое цветочным млеком меда, в его опр€тной маленькой крови живет глоток чужого кислорода.
    ќн лакомка, он хочет пить еще, не знает организм непросвещенный, что ненасытно, сладко, гор€чо вкушает дух гортани пресеченной.
    ѕовадилс€ дышать! Ќе виноват в религи€х и гибел€х далеких. » принимает он кровавый чад за будничную выгоду дл€ легких.
    Ќе знаю €, в тени чьего плеча он спит в уюте детства и злодейства. Ќо и палач, и жертва палача равно растл€т незр€чий сон младенца.
     огда глаза откроютс€ - смотреть, какой судьбою в нем взойдет отрава? ќтрадой - умертвить? »ль умереть? »ли корыстно почернеть от рабства?
    ѕривыкшие к излишеству смертей, вы, люди добрые, бранитесь и боритесь, вы так бесстрашна н€нчите детей, что и детей, наверно, не боитесь.
    » коль дит€ расплачетс€ со сна, не беспокойтесь - малость виновата: немного растревожена десна молочными резцами вурдалака.
    ј если что-то гл€нет из ветвей, морозом жути кожу задева€, - не бойтесь! Ёто личики детей, взлеле€нных под сенью злоде€нь€.
    Ќо, может быть, в беспам€тстве, в раю, тот плач звучит в честь выбора другого, и хрупкость беззащитную свою оплакивает маленькое горло
    всем ужасом, чрезмерным дл€ строки, всей музыкой, не объ€сненной в нотах. ј в общем-то - какие пуст€ки! ¬сего лишь - тридцать тыс€ч гугенотов.

    x x x


    ѕоследний день живу € в странном доме, чужом, как все дома, где € жила. «агнав зрачки в укрытие ладони, прохлада дн€ си€ет, как жара.
    ¬ красе земли - беспечность совершенства. Ѕела бумага. «наю, что должна Ѕлаженствовать € в этот час блаженства. Ќо вновь молчит и бедствует душа.

    –»—”Ќќ 


    –исую женщину в лиловом.  акое благо - рисовать и не уметь? ј ту тетрадь с полузабытым полусловом € выброшу! –ука вольна томитьс€ нетерпеньем новым. Ќо эта женщина в лиловом откуда? » зачем она ступает по корн€м еловым в прекрасном парке давних лет? » там, где парк впадает в лес, лесничий ею очарован. –азв€зный!  ак он смел взгл€нуть прилежным взором благосклонным? “а, в платье нежном и лиловом, строга и продолжает путь. „то мне до женщины в лиловом? «ачем мен€ тоска берет, что будет этот детский рот ничтожным кем-то поцелован? «ачем мне жизнь ее грустна? ¬ дому, ей чуждом и суровом, родима€ и вс€ в лиловом, кем мне приходитс€ она? Ќеужто розовой, в лиловом, столь не желавшей умирать, - все ж умереть? ј где тетрадь, чтоб грусть мою упрочить словом?

    Ќ≈ ѕ»—ј“№ ќ √–ќ«≈


    Ѕеспор€док грозы в небесах! Ќе писать! ƒаровать ей свободу - не воспетою быть, нависать над землей, принимающей воду!
    –азве € ей сегодн€ судь€, чтоб хвалить ее: радость! услада! - не по чину поставив себ€ во главе потр€сенного сада!
    –азве € ее сплетник и враг, чтобы, пристально выследив, наспех, величавые лес и овраг обсуждал фамиль€рный анапест?
    ѕусть хоть раз доведетс€ уму быть немым очевидцем природы, не добавив ни слова к тому, что объ€влено в сводке погоды.
    „то за труд - бег руки вдоль стола? Ёто отдых, награда за муку, когда темною т€жестью лба упираешьс€ в правую руку.
    ѕронеслось! ќткрываю глаза. » рука мо€ пишет и пишет. Ќавсегда разминулись - гроза и влюбленный уродец эпитет.
    ћежду тем удаетс€ руке детским жестом придвинуть тетрадку и в любви, в беспокойстве, в тоске все, что есть, описать по пор€дку.

    x x x



          ј. Ќ.  орсаковой
    ¬есной, весной, в ее Ќачале, € опечалившись жила. Ќо там, во мгле моей печали, о, как € счастлива была,
    когда в моем дому любимом и меж любимыми людьми, плыл в небеса опасным дымом избыток боли и любви.
     ем приходились мы друг другу, никто не знал, и все равно - нам, словно замкнутому кругу, терпеть единство суждено.
    » ты, прекрасна€ собака, ты тоже здесь, твой долг высок в том братстве, где собрат собрата терзал и пестовал, как мог.
    Ќо в этом трагедийном детстве Ѕылых и будущих утрат свершалс€, словно сон о детстве, спасающий мен€ антракт,
    когда к обеду накрывали, н жизнь мо€ была проста, и јлександры Ќиколавны €вл€лась странность и краса.
     огда € на нее гл€дела, € думала: не зр€, о, нет, а дл€ таинственного дела мы рождены на белый свет.
    Ќе бесполезны наши муки, и выгоды не сосчитать затем, что знают наши руки, как холст и краски сочетать.
    Ќе зр€ обед, прервавший беды, готов и пахнет, и тверд€т все губы детские обеты и €ства детские ед€т.
    Ќе зр€ средь праздника иль казни, то огненны, то вдруг черны, несчастны мы или прекрасны, и к этому обречены.

    x x x


    ѕрощай! ѕрощай! —о лба сотру воспоминанье: нежный, влажный сад, углубленный в красоту, словно в зан€тье службой важной.
    ѕрощай! ¬се минет: сад и дом, двух душ таинственные распри, и медленный любовный вздох той жимолости у террасы.
    —мотрели, как в огонь костра,- до сна в глазах, до муки дымной, и созерцание куста равн€лось чтенью книги дивной.
    ѕрощай! Ќо сколько книг, дерев нам вверили свою сохранность, чтоб нашего прощань€ гнев поверг их в смерть и бездыханность.
    ѕрощай! ћы, стало быть, из них, кто губит души книг и леса. ѕретерпим гибель нас двоих без жалости и интереса.

    ѕ–ќўјЌ»≈ —  –џћќћ


    ѕеред тем, как ступить на балкон, € велю тебе, богово чудо: пребывай в отчужденье благом! Ќе ищи моего пересуда.
    Ќе впер€й в мен€ рай голубой, постыдись этой детской уловки. я-то знаю твой кроткий разбой, добывающий слово из глотки.
    ћне случалось с тобой говорить, проболтавшийс€ баловень пыток, смертным выдохом ран горловых € тебе поставл€ла эпитет.
    Ќо довольно! ¬сесветлый объем не таращь и предайс€ блаженству. ’ватит рыскать в рассудке моем похвалы твоему совершенству.
    Ќе упорствуй, не шарь в пустоте, выпит мед из таинственных амфор. » по чину ль твоей красоте пример€ть украшенье метафор?
    «нает тот, кто в семь дней сотворил семицветие белого света, как голодным тщеславьем твоим кл€нчишь ты пода€ний поэта?
    ѕрогон€ю, стращаю, кл€ну, выхожу на балкон. ќзираюсь. ¬ижу дерево, море, луну, их беспам€тство и безым€нность.
    ѕлачу, бедствую, гибну почти, говорю: о, даруй мне пощаду, - погуби мен€, только прости! » откуда-то слышу: - ѕрощаю...

    x x x


    ћне вспоминать сподручней, чем иметь.  огда сей миг и прошлое мгновенье соедин€тс€, будто медь и медь, их общий звук и есть стихотворенье.
     ак € люблю минувшую весну, и дом, и сад, чь€ сильна€ природа трудом горы держалась на весу поверх земли, но ниже небосвода.
    Ћюблю сейчас, но, подлежа весне, € ощущала только страх и в€лость к объему мор€, что в ночном окне мерещилось и подразумевалось.
     огда сходились море и луна, студил затылок холодок мгновенный, как будто €, превысив чин ума, посмела фамиль€рничать с вселенной.
    ¬ суть вечности загл€дывал балкон - не слишком ли? Ќо оставалась радость, что, возымев во времени былом день нынешний, - за все € отыграюсь.
    Ќе наглость ли - при море и луне их расточать и обмирать от чувства: они живут воочью, как вчерне и набело, навек во мне очнутс€.
    „то происходит между тем и тем мгновень€ми?  ак долго длитс€ это - в душе крепчает и взрослеет тень оброненного в глушь веков предмета.
    Ќе в этом ли разгадка ремесла, чьи правила: смертельный страх и
          доблесть, - блеск быти€ изжить, спалить дотла и выгадать его бессмертный отблеск?

    ¬ќ—ѕќћ»ЌјЌ»≈ ќ яЋ“≈

    ¬ тот день случилс€ праздник на земле. ƒл€ ликовань€ все ушли из дома, оставив мне два фонар€ во мгле по сторонам глухого водоема.
    ≈ще и тем был сон воды храним, что, намертво рожден из алебастра, над ним то ль нетопырь, то ль херувим улыбкой слабоумной улыбалс€.
    ћы были с ним недальн€€ родн€ - среди насмешек и неодобрень€ он нежно передразнивал мен€ значеньем губ и тщетностью парень€.
    ¬низу, в порту, в ту пору и всегда, неизлечимо и неугасимо пульсировала бледна€ звезда, чтоб звать суда и пропускать их мимо.
    Ћюбовью жегс€ и любви учил вид полночи. я заново дивилась неистовству, с которым на мужчин и женщин человечество делилось.
    » в час, когда луна во всей красе так припекала, что зрачок слезилс€, мне так хотелось быть живой, как все, иль вовсе мертвой, как дит€ из гипса.
    ¬ удобном сходстве с прочими людьми не сводничать чернилам и бумаге, а над великим пуст€ком любви бесхитростно расплакатьс€ в овраге.
    “ак € сидела - при звезде в окне, при скорбной лампе, при цветке в стакане. » безутешно ластилось ко мне причастий шелест€щих пресмыканье.

    —≈ћ№я » Ѕџ“


    —перва дит€ €вилось из потемок небыти€. ¬ наш узкий круг щенок был приглашен дл€ счасть€. ј котенок не столько зван был, сколько одинок.
    — небес в окно упал птенец воскресший. ¬ миг волшебства сама зажглась свеча: к нам шел сверчок, влача нежнейший скрежет, словно возок с пожитками сверчка.
    “ак ширилс€ наш круг непостижимый. ¬се ль в сборе мы? Ќе думаю. ≈два ль. √де ты, гр€дущий новичок родимый? ¬ерти крылами! ”быстр€й педаль!
    ѕокуда вещи движутс€ в квартиры по лестнице - мы отойдем и ждем. Ќо все ж и мы не так наги и сиры, чтоб славной вещью не разжилс€ дом.
    ќстаньс€ с нами, кто-нибудь, вошедший! “ы сам увидишь, как по вечерам мы возжигаем наш фонарь волшебный. ќ смех! ќ лай! ќ скрип! ќ тарарам!
    —тарейшина в беспечном хороводе. вполне бесстрашном, если € жива, проговорюсь моей ночной свободе, как мне страшна забота старшинства.
     уда уйти? ”йду лицом в ладони. —тареет пес. —иротствует тетрадь. » лишь дит€, все больше молодое, все больше хочет жить и сострадать.
    ƒавно уже в ангине, только ожил от жара лоб, так тихо, что почти - подумало, дит€ сказало: - ≈жик, прости мен€, за все мен€ прости.
    » впр€мь - прости, люба€ жизнь жива€! “вою, в упор гл€д€щую звезду не подведу: смертельно убыва€, вернусь, опомнюсь, буду, превзойду.
    ¬итает, выраста€, наша ста€, блиста€ правом жить и ликовать, блаженность и блаженство сочета€, и все это прин€в за благодать.
    —верчок и птица остаютс€ дома. ƒит€, собака, бледный кот и € идем во двор и там непревзойденно свершаем трюк на €рмарке жить€.
    ¬кривь обход€щим лужи и канавы, несущим мысль про хлеб и молоко, что нам пустей, что смехотворней славы? ћеж тем она даетс€ нам легко.
     огда сент€брь, тепло, и воздух хлипок, и все бегут с учений и работ, нас осыпает золото улыбок у станции метро "јэропорт".

    ќѕ»—јЌ»≈ Ќќ„»


    √лубокий плюш казенного Ёдема, разв€зный грешник, € вз€ла себе и хищно н неопытно владела углом стола и лампой на столе.
    Ќа каторге таинственного дела о вечности радел петух в селе, и, пристальна€, как монгол в седле, всю эту ночь € за столом сидела.
    ¬сю ночь в природе длилс€ плач раздора между луной и душами зверей, впадали в длинный воздух коридора, исторгнутые множеством дверей, течени€ полуночного вздора, что спит в умах людей и словарей, и пререкались дактиль и хорей - кто домовой и правит бредом дома.
    ¬с€к сп€щий в доме был чему-то автор, но ослабел дл€ совершень€ сна, из глуби лбов, как из отверстых амфор, рассеивалась спертость ремесла. ќбожествл€ла влюбчивость метафор простых вещей невзрачные тела. » посто€льца прежнего звала его тоска, дичавша€ за шкафом.
    ¬ чем важный смысл чудовищной затеи: вникать в значенье света на столе, участвовать, словно в насущном деле, в судьбе светил, играющих в окне, и выдержать такую силу в теле, что тень его внушила шрам стене! Ќе знаю. Ќо еще зачтетс€ мне бесславный подвиг сотворень€ тени.

    ќѕ»—јЌ»≈  ќћЌј“џ


    “ы, населивший мглу вселенной, то €вно видный, то едва, огонь невн€тный и нетленный материи иль божества, ты - ангелы или природа, спасение или напасть, что ты ни есть, тво€ свобода, тво€ торжественна€ власть. Ќе благодать твою, не почесть, судьба земли, оставь за мной лишь этой комнаты непрочность, ничтожную в судьбе земной. «ачем с разбега бесприютства влюбилась € в ее черты всем разумом-де безрассудства, всем зрением-де слепоты!  ровать, два стула ненадежных, свет лампы, сумерки, графин, и вид на изгородь продолжен красой невидимых равнин. “ворилась в этих бедных стенах, оставшись тайною моей, печаль пустых, благословенных, от всех сокрытых зимних дней. «десь совмещались стол и локоть, тетрадь ждала карандаша, и, провожа€ мимолетность, беспечно мучилась душа.

    ќѕ»—јЌ»≈ ЅќЋ»

    ¬ —ќЋЌ≈„Ќќћ —ѕЋ≈“≈Ќ»»


    —плетенье солнечное - чушь?  оварный л€псус астрономов рассе€нных! ћне дик и чужд недуг светил неосторожных. —плетались бы в сторонней мгле! Ќо хворым силам мироздань€ угодно бедствовать во мне - любимом месте их страдань€. ¬местившись в спину и в живот, вблизи наук, чь€ суть целебна, болел и бредил небосвод в ничтожном теле пациента. Ѕыть может, сдуру, сгор€ча € б умерла в том белом зале, когда бы моего врача √азель ≈вграфовна не звали. - √азель ≈вграфовна! - изрек белейший медик. ќ удача! ”лыбки доблестный цветок, возросший из расщелин плача. ѕокуда стетоскоп глазел на загнанную мышцу страха, она любила ¬ас, √азель, и ¬ашего отца ≈вграфа. “ахикардический бу€н морз€нкою предкатастрофной производил всего лишь €мб, влюбленный €мб четырехстопный. ќн с ¬ашим именем играл! Ќе зр€ душа мо€, как ваза, изогнута (при чем ≈вграф!) под сладкой т€жестью  авказа. ѕростите мне тоску и жуть, мой хрупкий звездочет, мой лекарь! я вам вселенной прихожусь - чрезмерным множеством молекул. Ќе утруждайте нежный ум обзором тьмы нечистоплотной! Ќе стоит бездна скорбных лун печали ¬ашей мимолетной. “рудов моих туманна цель, но жизнь мою спасет от краха воспоминанье про √азель, дит€ добрейшего ≈вграфа. —удьба мо€, за то всегда благодарю твой добрый гений, что смеха детска€ звезда живет во мгле твоих трагедий. Ћишь в этом смысл - марать тетрадь, печалитьс€ в канун весель€, и болью чуждых солнц хворать, и умирать дл€ их спасень€.

    x x x


    —лучилось так, что двадцати семи лет от роду мне выпала отрада жить в замкнутости дома и семьи, расширенной прекрасным кругом сада.
    —еб€ € предоставила добру, с которым справедлива€ природа следит за ув€данием в бору или решает участь огорода.
    ћне нравилось забыть печаль и гнев, не ведать мысли, не промолвить слова и в детском неразумии дерев терпеть заботу гени€ чужого.
    я стала вдруг здорова, как трава, чиста душой, как прочие растень€, не более умна, чем дерева, не более жива, чем до рождень€.
    я улыбалась ночью в потолок, в пустой пробел, где близко и приметно белел во мраке очевидный бог, имевший цель улыбки и привета.
    Ѕыла так неизбежна благодать и так близка больша€ ласка бога, что пр€дь со лба-чтоб легче целовать - € убирала и спала глубоко.
     ак будто бы надолго, на века, € углубл€лась в землю и деревь€. Ќикто не знал, как мука велика за дверью моего уединень€.

          Ќќч№
    ”же рассвет темнеет с трех сторон, а все руке недостает отваги, чтобы пробитьс€ к белизне бумаги сквозь воздух, затвердевший над столом.
     ак непреклонно честный разум мой стыдитс€ своего несовершенства, не допускает руку до блаженства зате€ть €мб в беспечности былой!
    ћеж тем, когда полна значень€ тьма, ожог во лбу от выдумки неточной, мощь кофеина и азарт полночный легко прин€ть за остроту ума.
    Ќо, видно, впр€мь велик и невредим рассудок мой в безумье этих бдений, раз возбужденье, жаркое, как гений, он все ж не счел достоинством своим.
    ”жель грешно своей беды не знать! —облазн так сладок, так невинна малость - нарушить этой ночи безым€нность и все, что в ней, по имени назвать.
    ѕока руке бездействовать велю, любой предмет гл€дит с кокетством женским, красуетс€, следит за каждым жестом, нацеленным ему воздать хвалу.
    ”веренный, что мной уже любим, бубнит и кл€нчит голосок предмета, его душа желает быть воспета, и непременно голосом моим.
     ак € хочу благодарить свечу, любимый свет ее предать огласке и предоставить неусыпной ласке эпитетов! Ќо € оп€ть молчу.
     ака€ боль - под пыткой немоты все ж не признатьс€ ни единым словом в красе всего, на что зрачком суровым любовь мо€ гл€дит из темноты!
    „его стыжусь? «ачем € не вольна в пустом дому, средь снежного разлива, писать не хорошо, но справедливо - про дом, про снег, про синеву окна?
    Ќе дай мне бог бесстыдства пред листом бумаги, беззащитной предо мною, пред €сной и бесхитростной свечою, перед моим, плывущим в сон, лицом.



    ѕЋќ’јя ¬≈—Ќј


    ѕока кл€лись беспечные снега блистать и стыть с прилежностью металла, пока пуховой шали не сн€ла та девочка, котора€ мечтала склонить к плечу оранжевый берет,
    пустить на волю локти и колени, чтоб не ходить, но совершать балет хождень€ по отта€вшей аллее, пока апрель не затевал возни, угодной насекомым и растень€м, - вз€в на себ€ несчастный труд весны, безумцем становилс€ неврастеник.
    —реди гардин зимы, среди гордынь сугробов, ледоколов, конькобежцев он гнев весны претерпевал один, став жертвою ее причуд и бешенств.
    ќн так поспешно окна открывал, как будто смерть предпочитал неволе, как будто бинт от кожи отрывал, не усто€в перед соблазном боли.
    „то было с ним, сорвавшим жалюзи? “о ль сильный дух велел искать исхода, то ль слабость щитовидной железы выпрашивала горьких лакомств йода?
    ќн сам не знал, чьи силы, чьи труды владеют им. Ќо говор€т предань€, что, ринувшись на поиски беды, - как выгоды, он возжелал страдань€.
    ќн закричал: - √решна мо€ судьба! Ќе гений €! », стало быть, впустую, горд€сь огромной выпуклостью лба, леле€л € лишь опухоль слепую!
    ќн стал бо€тьс€ перьев и чернил. ќн говорил в отча€нной отваге: - ќ господи! “вой худший ученик - € никогда не оскверню бумаги.
    ќн сделалс€ неистов и угрюм. ќн все отринул, что грозит блаженством. ∆елал он мукой обострить свой ум, побрезговав его несовершенством.
    ¬ груди птенцы пищали: не хотим! √нуша€сь их красою бесполезной, вбивал он алкоголь и никотин в их слабый зев, словно сапог железный.
    » прокл€л он родимый дом и сад, сказав: -  ак страшно просыпатьс€ утром!  ак жжетс€ этот раскаленный ад, который именуетс€ уютом!
    ќн жил в чужом дому, в чужом саду и, тем платил хоз€йке любопытной, что, голый и огромный, на виду у всех вершил свой пир кровопролитный.
    ≈му давали пищи и пить€, шептались меж собой, но не корили затем, что жутким будн€м их быть€ он приходилс€ праздником корриды.
    ќн то в пустой пельменной горевал, то пил конь€к в гостиных полусвета и понимал, что это - гонорар за представленье: странности поэта.
    ≈му за то и подают обед, который он с охотою съедает, что гость€, умница, искусствовед, имеет право молвить: - ќн страдает!
    » он страдал. ќб острие угла разбил он лоб, казн€ его ничтожность, но не обрел достоинства ума и не изведал истин непреложность.
    ѕроснувшись ночью в серых простын€х, он кл€л дурного мозга неприличье, и высоко над ним плыл ѕастернак в опр€тности и простоте величь€.
    ќн сн€л портрет и тем отверг упрек в проступке суеты и нетерпень€. ¬иновен ли немой, что он не мог использовать гортань дл€ песнопень€?
    ≈го встречали в чайных и пивных, на площад€х и на скамь€х вокзала. », наконец, он головой поник и так сказал (вернее, € сказала):
    - ƒрузь€ мои, мне минет тридцать лет, увы, итог тридцатилеть€ скуден. ћой подвиг одиночества нелеп, и суд мой над собою безрассуден.
    Ѕог точно знал, кому кака€ честь, мне лишь одна, не много и не мало: всегда пребуду только тем, что есть, пока не стану тем, чего не стало.
    “ак в чем же смысл и польза этих мук, привнесших в кожу белый шрам ожога? ”верен в том, что мимолетный звук мне €витс€, и € скажу: так много? «атем свечу зажгу, перо возьму, судьбе моей воздам благодаренье, припомню эту бедную весну и напишу о ней стихотворенье.

    x x x


    я думаю: как € была глупа, когда стыдилась собственного лба - зачем он так от гени€ свободен? —егодн€, став взрослее и трезвей, хочу обедать посреди друзей. Ћишь их привет мне сладок и угоден. ћне снитс€ сон: € мучаюсь и мчусь, лицейскою возвышенностью чувств пылает мозг в честь праздника простого. ƒрузь€ мои, что так добры ко мне, должны собратьс€ в маленьком кафе на площади ¬осстань€ в полшестого. я прихожу и вижу: собрались. Ѕлагословл€€ красоту их лиц, плач нежности стоит в моей гортани.  ак встарь, мо€ кружитс€ голова.  ак встарь, звучат прекрасные слова и пенье очарованной гитары. я просыпаюсь и спешу в кафе, € оставл€ю шапку в рукаве, не веда€ сомнени€ пустого. я твердо помню мой недавний сон и стол прошу накрыть на п€ть персон на площади ¬осстань€ в полшестого. я долго жду и вижу жизнь людей, которую прибоем площадей выносит вдруг на мой пустынный остров. “ак мне пришлось присвоить новость встреча чужие тайны и чужую речь, борьбу локтей неведомых и острых. ¬ошел убийца в сером пиджаке. ”битый им сидел невдалеке. я наблюдала странность их общень€. ѕромолвил первый:
          - ¬от мо€ рука, но все ж не пейте столько конь€ка - » встал второй и попросил прощень€. я у того, кто встал, спросила:
          - ¬ы однажды не сносили головы, неужто с вами что-нибудь случитс€? - ќн мне сказал:
          - я узник прежних уз. ƒит€ мое, €, как тогда, боюсь, - не € ему, он мне ночами снитс€.
    я пон€ла: € быть одна боюсь. ƒрузь€ .мои, прекрасен наш союз! ќ, смилуйтесь, хоть вы не обещали. —овсем одна, словно ћальмгрен во льду, заточена, словно мигрень во лбу. ƒрузь€ мои, € требую пощады!
    » все ж, пока слагать стихи смогу, € вот как вам солгу иль не солгу: они пришли, не ожида€ зова, сказали мне: - —пешат твои часы. - » были наши помыслы чисты на площади ¬осстань€ в полшестого.

    x x x


    “ак дурно жить, как € вчера жила, - в пустом пиру, где все мертвы друг к другу и пошлости нетрезва€ жара свистит в мозгу по замкнутому кругу.
    „удовищем ручным в чужих домах нести две влажных черноты в глазницах и пребывать не сведеньем в умах, а вожделенной притчей во €зыцех.
    ƒовольствоватьс€ роскошью беды - в азартном и злорадном нераденье следить за ув€данием звезды, втем€шенной в мой разум при рожденье.
    ¬след чуждой воле, как в петле лассо, понурить шею среди пекл безводных, от скудных скверов отвращать лицо, не сме€ быть при дет€х и животных.
    ѕережимать исс€кшую педаль: без тех, без лучших мыкалась по свету, а без себ€? Ќе велика печаль! ”ж не копить ли драгоценность эту?
    ƒразнить плащом гор€чий гнев машин, и снова выжить, как это ни сложно, под доблестной защитою мужчин, что и в невесты брать неосторожно.
    ¬сем лицемерьем искушать беду, но хитрой слепотою дальновидной наде€тьс€, что будет ночь в саду оп€ть слагать свой лепет деловитый.
     ака€ тайна влюблена в мен€, чьей выгоде мое спасенье сладко, коль мне дано по окончанье дн€ стать оборотнем, алчущим пор€дка?
    ќ, вот оно! ƒеревь€ и река готовы выдать тайну вековую, и с первобытной меткостью рука привносит плам€ в мертвость восковую.
    ѕодобострастный бег карандаша спешит служить и жертвовать длиною. » так чиста сурова€ душа, словно сейчас излучена луною.
    “ерза€ зреньем небо и леса, всему чужой, ино€зыкий идол, царю во тьме огромностью лица, которого никто другой не видел.
    ѕред днем былым не ведаю стыда, пред новым днем не знаю сожалень€ и медленно стираю пр€дь со лба дл€ пущего удобства размышлень€.

    x x x


     ак долго € не высыпалась, писала медленно, да зр€. ѕрощай, мо€ высокопарность! ѕривет, любезные друзь€!
    ƒа здравствует любовь и легкость! ј то всю ночь в дыму сижу, и т€жко тащитс€ мой локоть, строку влача, словно баржу.
    ј утром, свет опережа€, всплывает в глубине окна лицо мое, словно чужа€ предсмертно бела€ луна.
    Ќе мил мне чистый снег на крышах, мне т€жело мое чело, и все затем, чтоб добрый критик не пон€л в этом ничего.
    Ќу нет, теперь беру тетрадку и, выбравши любой предлог, описываю по пор€дку все, что мне в голову придет.
    я пред бумагой не робею и опишу одну из сред, когда мен€ позвал к обеду сосед-литературовед.
    ќн был настолько выше быта и так воспитан и умен, что обошла его обида былых и нынешних времен.
    ќн обещал мне, что наука, известна€ его уму, откроет мне, кака€ мука угодна сердцу моему.
    — улыбкой грусти и привета открыла дверь в тепло и свет жена литературоведа, сама литературовед.
    ѕока с мен€ пальто снимала их просвещенна€ семь€, ждала € знака и сигнала, чтобы пон€ть, при чем здесь €.
    Ќо, размышл€€ мимолетно, € пон€ла мою вину: что ж за обед без рифмоплета и мебели под старину?
    ¬се так и было: стол накрытый дышал свечами, цвел паркет, и чужеземец именитый молчал, покурива€ кент.
    Ћитературой мы дышали, пока хоз€ин вел нас в зал и говорил о ћандельштаме, ÷ветаеву он также знал.
    ќн оценил их одаренность, и, некрасива, но умна, познань€ т€жкую огромность делила с ним его жена.
    я думала: "√осподь вседобрый! ѕрости мне разум, полный тьмы, вели, чтобы соблазн съедобный отвлек их мысли и умы.
    —кажи им, что пора обедать, вели им хоть на час забыть о том, чем им так сладко ведать, о том, чем мне так страшно быть.
    ѕридвинув спину к их камину, пока не пробил час поэм, за ћандельштама и ћарину € отогреюсь и поем.
    », озира€ мир кромешный, используй, боже, власть твою, чтоб нас простил их прах безгрешный за то, что нам не быть в раю".
    ¬ прощенье мне теплом собрата пове€ло, и со двора вошла прекрасна€ собака, с душой, исполненной добра.
    «атем мы зан€лись обедом. я и хоз€ин пили ром, нет, € пила, он этим ведал, н все же разразилс€ гром.
    ќн знал: коль ложь не бестолкова, она не осквернит уста, € знала: за лукавство слова наказывает немота. ќн, сокруша€сь бесполезно, стал разум мой учить уму, и € ответила любезно: "ѕотом, мой друг, когда умру,
    вы мне успеете ответить. Ќо как же мне с собою быть? ¬едь перед тем, как мною ведать, вам следует мен€ убить".
    ћы помирились в воскресенье. - ” нас обед. ј что у вас? - ј у мен€ стихотворенье. ќно написано как раз.

    x x x


    Ѕьют часы, возвестившие осень: т€желее, чем в прошлом году, удар€етс€ €блоко оземь - столько раз, сколько €блок в саду.
    Ётой музыкой, вн€тной и важной, кто твердит, что часы не сто€т? —овершает поступок отважный, но как будто бездействует сад.
    ¬се заметней в природе печальной выраженье любви и родства, словно ты - не свидетель случайный, а виновник ее торжества.

    —Ќ»ћќ 


    ”лыбкой юности и славы чуть припугнув, но не отторгнув, от лени или дл€ забавы так села, как велел фотограф.
    Ћишь в благоденствии и лете, при вечном детстве небосвода, кл€нетс€ ей в ќспедалетти апрель двенадцатого года.
    —ложила на колен€х руки, гл€дит из кружевного нимба. » тень ее гр€дущей муки защелкнута ловушкой снимка.
    — тем - через "€ть" - сырым и нежным апрелем слившись воедино, как в €нтаре окаменевшем, она пребудет невредима.
    » запоздалый согл€датай застанет на исходе века тот профиль нежно-угловатый, вовек сохранный в сгустке света.

     акой покой в нар€дной даме, в чьем четком облике и лике прочесть известие о даре так просто, как названье книги.
     то эту горестную мету, оттиснутую без помарок, и этот лоб, и челку эту себе выпрашивал в подарок?
    „то ей самой в ее портрете? ѕожмет плечами, как угодно! и выведет: ќспедалетти. јпрель двенадцатого года.
     ак на земле свежо и рано! √р€дущий день, дай ей отсрочку! ѕускай она допишет: "јнна јхматова", - и капнет точку.

    x x x


    ќп€ть сент€брь, как тьму времен назад, и к вечеру мужает юный холод. я в таинствах подозреваю сад: все кажетс€ - там кто-то есть и ходит.
    ћне не страшней, а только веселей, что призраком населена округа. я в доброте моих осенних дней ничьи шаги приму за поступь друга.
    ћне некого спросить: а не пора ль списать в тетрадь - с последнею росою траву и воздух, в зримую спираль закрученный неистовой осою.
    » вот еще: вниманье чьих очей, восприн€тое некогда луною, проделало обратный путь лучей и на земле увиделось со мною?
    Ћюбой, чье зренье вобрала луна, свободен с обожаньем иль укором иных людей, иные времена огл€дывать своим посмертным взором.
    Ќе потому ль в си€нье и красе так мучат нас ее пустые камни? ќ, знаю €, кто пристальней, чем все, ее посеребрил двум€ зрачками!
    “ак € сижу, подслушиваю сад, дл€ вечности в окне оставив щелку. » ѕушкина неотвратимый взгл€д ночь напролет мне припекает щеку.


    Ё“ќ я...


    Ёто € - в два часа пополудни ѕовитухой добытый трофей. Ќадо мною играют на лютне. ћне щекотно от палочек фей. Ћишь расплыв золотистого цвета понимает душа - это € в знойный день довоенного лета озираю красу быти€. "Ѕур€ мглою...", и баюшки-баю, € повадилась жить, но, увы, - это € от войны погибаю под угрюмым присмотром ”фы.  ак белеют зима и больница! «амечаю, что не умерла. ¬ облаках неразборчивы лица тех, кто умерли вместо мен€. — непригожим голубеньким ликом, еле выпростав тело из мук, это € в предвкушенье великом слышу нечто, что меньше, чем звук. Ћишь потом оценю € привычку слушать вечную, точно прибой, безым€нных вещей перекличку с именующей вещи душой. Ёто € - мой нар€д фиолетов, € надменна, юна и толста, но к предсмертной улыбке поэтов € уже приучила уста. —ловно дрожь между сердцем и сердцем, есть меж словом и словом игра. ƒело лишь за бесхитростным средством обвести ее в€зью пера. - Ѕыть словам женихом и невестой! - это € говорю и смеюсь.  ак св€щенник в глуши деревенской, € венчаю их тайный союз. ¬от зачем мимолетные феи осыпали свой шепот и смех. Ћбом и певческим выгибом шеи, о, как € не похожа на всех. я люблю эту мету несходства, и, за дальней добычей спеша, юной гончей мой почерк несетс€, вот настиг - и оз€бла душа. Ёто € проклинаю и плачу. ѕусть бумага пребудет бела. ћне с небес диктовали задачу - € ее разрешить не смогла. я измучила упр€жью шею.  ак другие плетут письмена - € не знаю, нет сил, не умею, не могу, отпустите мен€. Ёто € - человек-невеличка, всем, кто есть, прихожусь близнецом, сплю, покуда идет электричка, пав на сумку невзрачным лицом. ћне не выпало лишней удачи, слава богу, не выпало мне быть заслуженней или богаче всех соседей моих по земле. ѕлоть от плоти сограждан усталых, хорошо, что в их длинном строю в магазинах, в кино, на вокзалах € последнею в кассу стою - позади паренька удалого и старухи в пуховом платке, слившись с ними, как слово и слово на моем и на их €зыке.

    x x x


    „то за мгновенье! –одное дит€ дальше от сердца,
          чем этот обычай: крастьс€ к столу
          сквозь чащобу жить€, зренье возжечь
          и следить за добычей. ќт неусыпной засады моей не упасетс€ ни то и ни это. ѕав неминуемой рысью
          с ветвей, вцепитс€ слово
          в загривок предмета. Ёй, в небесах!
           ак ты любишь мен€! », заточенный
          в чернильную скл€нку, образ вселенной гл€дит
          из темна, муча мен€, как сокровище скр€гу. “ак говорю € и знаю, что лгу. Ќеобитаема высь надо мною. √аснут два фосфорных пекла
          во лбу. Ћютый младенец
          кричит за стеною. —пал, присосавшись
          к сладчайшему сну, ухом не вел, а почу€л измену. ¬се - лишь ему,
          ничего - ремеслу, быть по сему,
          и перечить не смею. ћне - только маленькой
          гибели звук: это чернил перезревша€ влага вышибла пробку.
          Ѕессмысленный круг букв нерожденных
          приемлет бумага. ¬ластвуй, исчадие крови моей!
    ≈сли жива -
          значит, € недалече. „то же, не хуже других матерей € - погубивша€ детище речи. „ем € плачу за улыбку твою, € любопытству людей
          не отвечу. Ћишь содрогнусь
          и глаза притворю, если лицо мое
          в зеркале встречу.

    x x x


    ¬ той тоске, на какую способен человек, озира€сь с утра в понедельник, зимою
          спросонок, в том же месте судьбы,
          что вчера...
    ќн-то думал,
          что некий гроссмейстер, населивший пустой небосвод, его сп€щую душу заметит и спасительно двинет вперед.
    Ќо сторонн€€ мощь
          сновидений, ход светил и раздор государств не внесли никаких изменений в череду его скудных мытарств.
    ќтхлебнув молока из бутылки, он способствует этим тому, что, болевша€ ночью в затылке, мысль нужды приливает к уму.
    “ак зачем над его колыбелью, прежде матери, прежде отца, оснащенный звездой
          и свирелью, кто-то был и касалс€ лица?
    „иркнул быстрым ожогом
          над бровью, улыбнулс€ и скрылс€ вдали. ѕрибежали на крик
          к изголовью - и почтительно прочь отошли.
    ¬ понедельник,
          в потемках рассвета, лбом устав€сь в осколок стекла, видит он, что алмазна€ мета зажила и быльем поросла.
    ...¬ той великой,
          с которою слада не бывает, в тоске - на века, € брела в направленье детсада и дит€ за собою влекла.
    –озовело во мгле небосвода. ¬озжигатель гр€дущего дн€, вождь метели,
          зачинщик восхода, что за дело тебе до мен€?
    ћне ответствовал
          свет безм€тежный и указывал свет или смех, что еще молодою и нежной € ступлю на блистающий снег, что вблизи, за углом поворота, ждет мен€ несказанный удел. ѕолыхнуло во лбу моем что-то, и прохожий мне вслед погл€дел.

    Ћ≈–ћќЌ“ќ¬ » ƒ»“я


    ѕод сердцем, говор€т. Ќе знаю. Ќе вполне. ¬друг сердце вознеслось и взмыло надо мною, сопутствовало мне стороннею луною, и муки было в нем не боле, чем в луне. Ќо люди говор€т, и € так говорю. »наче как сказать? ѕод сердцем - так под сердцем. ¬от сбылс€ листопад. »звечным этим средством не пренебрег окт€брь, склон€€сь к но€брю. я все одна была, иль были мы одни с тем странником, чь€ жизнь все больше оживала. —овпали блажь ума и надобность журнала - о Ћермонтове € писала в эти дни. “от, кто отныне стал значением моим, кормилс€ ручейком невзрачным и целебным. ћне снились по ночам ¬асильчиков и √лебов. ћой исподлобный взгл€д присматривалс€ к ним. Ѕыл город истомлен бесснежным февралем, но вскоре снег пошел, и снега стало много. ¬ тот день потупил взор невозмутимый ћанго пред пристальным моим волшебным фонарем. «има еще была сохранна и цела. ј там - уже июль, гроза и поединок.
    ћой микроскоп ув€з в двух непригл€дных льдинах, изъ€тых из глазниц лукавого цар€. Ќо некто рвалс€ жить, выпрашивал: "—корей!" “омилс€ взаперти и в сердцевине круга. ”спею ль, боже мой, как брата и как друга, благословить теб€, добрейший Ўан-√ирей? ¬се спуталось во мне. » было все равно - что Ћермонтов, что тот, кто восходил из мрака. я рукопись сдала, когда в сугробах марта слабело и текло водою серебро. ¬новь близитс€ декабрь к финалу своему. —нег сыплетс€ с дерев, пока дит€ ликует. Ќо иногда оно затихнет и тоскует, и только мне одной известно - по кому.

    ћ≈ƒЋ»“≈Ћ№Ќќ—“№


    «амечаю: душа не прочна и прерветс€. Ќо как не заметить, что не надо, пора не пришла торопитьс€, есть врем€ помедлить.
    ѕрежде было - страшусь и спешу: есмь сегодн€, а буду ли снова? » на казнь посылала свечу ради тщетного смысла ночного.
     ак умна - так никто не умен, полагала. ј снег осыпалс€. » осталс€ от этих времен горб - натруженность среднего пальца.
    ѕрочитаю добытое им - лишь скуча€, но не сострада€, и прошу: тот, кто молод - любим. ј тогда € была молода€.
    ќтбыла, отспешила.   душе льнет прилив незатейливых истин. —пособ совести избран уже и теперь от мен€ независим.
    —ам придет этот миг или год: смысл неча€нный, нега, вершинность... “олько старости недостает. ќстальное уже совершилось.

    x x x


    ...» отсто€в за упокой в осенний день обыкновенный, вдруг все поймут, что перемены не совершилось никакой.
    „то неоплатные долги вис€т на всех, как и висели, - все те же боли, те же цели, друзь€ все те же и враги.
    » ни у тех, ни у других не поубавилось заботы- существовали те же счеты, когда еще он был в живых.
    » только женщина одна под плеск дожд€ по свежей глине поймет внезапно, что отныне необратимо прощена.

    јЌƒ–≈ё ¬ќ«Ќ≈—≈Ќ— ќћ”


    –емесло наши души свело, заклеймило звездой голубою. я любила значенье свое лишь в св€зи и в соседстве с тобою.
    Ќесказанно была хороша только тем, что в первейшем сиротстве бескорыстно умела душа хлопотать о твоем превосходстве.
    ѕро чело говорила твое: - я видала сама, как дымилось меж бровей золотое тавро, чье значенье - всевышн€€ милость.
    ј про лоб, что взошел надо мной, говорила: не будет он лучшим! Ќе долеплен до п€ди седьмой и до пр€ди седой не доучен.
    Ќо в одном € теб€ превзойду, пересилю и перелукавлю! ¬ час расплаты за божью звезду € спрошу себе первую кару.
    ќсмелею и вып€чу лоб, похвал€€сь: мой дар - безусловен, а второй - он не то, чтобы плох, он - меньшой, он ни в чем не виновен.
    “ак положено мне по уму. “ак исполнено будет судьбою. “олько вот что.  огда € умру, страшно думать, что будет с тобою.

    ћ≈“≈Ћ№

    ќ∆»ƒјЌ»≈ ≈Ћ »

    Ѕлаговолите, сестра и сестра, дочери ≈лизавета и јнна, не шелохнутьс€! ќ, как еще рано, как неподвижен канун волшебства! ≈лизавета и јнна, ни-ни, не понукайте мгновень€, покуда медленный бег неизбежного чуда сам не настигнет крыла беготни.
    Ѕлизитс€ тройки трехглава€ тень, ѕущий минует сугробы и льдины. ≈лизавета и јнна, едины миг предвкушень€ и возраст детей.
    —милуйс€, немилосердна€ мать! «верь добродушный, пришелец желанный, сжальс€ над ≈лизаветой и јнной, выкажи вечнозеленую масть.
    ≈лизавета и јнна, скорей! ¬се вам верну, ничего не отн€вши. √розно живучее шествие наше медлит и ждет у закрытых дверей.
    ѕусть посидит взаперти благодать, изнемога€ и свет исторга€. ≈лизавета и јнна, кака€ радость - мучительно радости ждать!
    ƒрево взирает на дочь и на дочь. Ќадо ль бедой расплатитьс€ за это? »ли же, јнна и ≈лизавета, так нам сойдет в новогоднюю ночь?
    ∆изнь, и страданье, и все это - ей, той, чьей свечой мы сейчас оси€нны.  то это? ≈лизаветы и јнны крик: - Ёто ель! Ёто ель! Ёто ель!

    јƒј


    „то в бедном имени твоем, что в имени неблагозвучном далось мне? я в слезах при нем и в страхе неблагополучном.
    ќно - лишь звук, но этот звук мой напр€женный слух морочил. ќн возникал - и кисти рук мороз болезненный морозил.
    я запрещала быть словам с ним даже в сходстве отдаленном. —лова, € не прощала вам и вашим гласным удлиненным.
    » вот, доверившись концу, € выкликнула им€ это, чтоб повстречать лицом к лицу его неведомое эхо.
    ќно пришло и у дверей вспорхнуло детскою рукою. ќ им€ горечи моей, что названо еще тобою?
    ¬едь € звала свою беду, свою прокл€тую, родную, при этом не имев в виду судьбу несчастную другую.
    » вот сижу перед тобой, не смею ничего нарушить, с закинутою головой, чтоб слез моих не обнаружить.
    ѕрости мен€!  ак этих рук мелки и жалостны приметы. » то - лишь тезка этих мук, лишь девочка среди планеты.
    Ќо что же делать с тем, другим таким же именем, как это? ”жели всем слезам моим иного не сыскать ответа?
    ”жели за моей спиной затем, что многозначно слово, навек осталс€ образ твой по воле совпадень€ злого?
    ”жель какой-то срок спуст€ все по тому же совпаденью и тень тво€, как бы дит€, рванетс€ за моею тенью?
    » там, в лет€щих облаках, останутс€, как знак разлуки, в моих прот€нутых руках твои прот€нутые руки.

    x x x


    ∆ила в покое ока€нном, а все ж душа - белым-бела, и если кто-то океаном и был - то это € была.
    ќ мой купальщик бо€зливый, ты б сам не выплыл - это € волною нежной и брезгливой на берег вынесла теб€.
    „то € наделала с тобою!  ак позабыла в той беде, что стал ты рыбой голубою, взлеле€нной в моей воде!
    » повтор€ют вслед за мною, и причитают все мор€: о ты, дит€ мое родное, о бедное, прости мен€!

    x x x


    ќн поправл€ет пистолет, свеча качнулась, продержалась...  ак т€жело он постарел, как долго это продолжалось.
    » вспомнил он издалека- там, за пределом постарень€, знамена своего полка, сверкань€, трубы, построень€.
    Ќе радостно ему стареть. ¬чера побрел, побрел далеко на первый ледоход смотреть, сто€л там долго, одиноко.
    ѕотом направилс€ домой, шаги т€желые замедлил и вдруг заметил, боже мой, вдруг эту женщину заметил.
    » вспомнилось - давным-давно, гроза, глубокий след ботинка, ее плечо обведено оборкой белого батиста.
    «ачем она среди весны о той весне не вспоминала, сто€ла просто у стены, така€ жалка€ сто€ла.
    » вот непоправимый гром раздастс€, задева€ рюмки, стемнеет, упадут на гроб жены его большие руки.
    ѕридет его старинный друг, успевший прочитать в газете. ƒл€ утешень€ этих рук он поцелует руки эти.
    ќни нальют ему вина, и гл€нет он непринужденно, как на подушке ордена гор€т мертво и отчужденно.

    ћ≈“≈Ћ№


    ѕеределкино снег заметал. —редь белейшей метели не мы ли говорили, да губы немые целовали мороз, как металл?
    Ќе к добру в этой зимней ночи полюбились мы пушкинским бесам. Ќе достичь этим медленным бегством ни крыльца, ни поленьев в печи.
    ¬озносилось к созвездь€м и льдам, ничего еще не означало, но так нежно, так скорбно звучало: мы погибнем, погибнем, Ёльдар.
    ќпал€€ железную нить, вдруг сверкнула вдали электричка, и отта€ла в сердце привычка: жить на свете, о, только бы жить.

    —“–ќ ј



          ...ƒорога, не скажу, куда...
          јнна јхматова
    ѕластинки глупенькое чудо, проигрыватель-вздор какой, и слышно, как невесть откуда, из недр стесненных, из-под спуда корней, сопревших трав и хвой, где закипает перегной, вздыма€ пар до небосвода, нет, глубже мыслимых глубин, из пекла, где пекут рубин и начинаетс€ природа, -
    исторгнут, близитс€, и вот донесс€ бас земли и вод, которым молвлено прот€жно, как будто вовсе без труда, так легкомысленно, так важно: "...ƒорога, не скажу куда..." ћеж нами так не говор€т, нет у людей такого знань€, ни вымыслом, ни наугад тому не подыскать названь€, что мы, в невежестве своем, строкой бессмертной назовем.

    ѕќƒ–ј∆јЌ»≈


    √р€дущий день намечен был вчерне, насущный день так подходил дл€ пень€, и четверо, достойных удивлень€, гребцов со мною плыли на челне.
    Ќа ненагл€дность этих четверых все бы гл€дела до скончань€ взгл€да, и ни о чем заботитьс€ не надо: душа вздохнет - и слово сотворит.
    Ќас пощадили небо и вода, и, уцелев меж бездною и бездной, дл€ совершень€ распри бесполезной поплыли мы, не веда€ - куда.

    ¬ молчании достигли мы земли, до времени сохранные от смерти. Ќо что-нибудь да умерло на свете, когда на берег мы поврозь сошли.
    “вои гребцы погибли, јрион. ћои спаслись от этой лютой доли. Ќо лоб склоню - и опалит ладони сиротства высочайший ореол.
    ¬сех вместе жаль, а на мен€ одну- пускай падут и бур€, и лавина. я дивным, пеньем не прельщу дельфина и дл€ спасень€ уст не разомкну.
    «ачем? Ѕез них - не надобно мен€. » проку нет в упреках и обмолвках. ∆аль - челн погиб, и лишь в его обломках нерасторжимы наши имена.

    x x x


    ѕредутренний час драгоценный спасите, свеча и тетрадь! ¬ предсмертных потемках за сценой мне выпадет нынче сто€ть.
    ¬змыть голой циркачкой под купол! Ќо € лишь однажды не лгу: бумаге мол€сь неподкупной и пристальному потолку.
    Ќасильно € петь не умею, но буду же наверн€ка, мучительно выпростав шею из узкого воротника.
     акой бы мне жребий ни выпал, никто мне не сможет помочь. я знаю, как √розен мой выбор, когда восхожу на помост.
    ѕогибну без вашей любови, погибну больней и скорей, коль вслушаюсь в ваши ладони, сочту их заслугой своей.
    ќ, только б хвалы не восстраждать, вернутьс€ в родной неуют, не веда€ - дивным иль страшным - удел мой потом назовут.
    ќчнутьс€ живою на свете, где будут во все времена одни лишь собаки и дети бедней и свободней мен€.

    x x x



          ё. оролеву
    —обрались, завели разговор, долго длились их важные речи. я смотрела на маленький двор, чудом выживший в «амоскворечьи.
    „тоб красу предыдущих времен возродить, а пока, исковеркав, изнывал и бранилс€ ремонт, исцел€ющий старую церковь.
    Ћюбоватьс€ еще не пора: купол слеп и весь вид не осанист, но уже по камень€м двора восхищенный бродил иностранец.
    я сидела, смотрела в окно, тосковала, что жить не умею. —лово "скоросшиватель" влекло разрыдатьс€ над жизнью моею.
     ак вблизи расторопной иглы, с невредимой травою зеленой, с бузиною, затмившей углы, уцелел этот двор непреклонный?
    ѕрорастание мха из камней и хмельных мал€ров перебранка становились надеждой моей, ободр€ющей вестью от брата.
    ƒочь и внучка московских дворов, объ€вл€ю: мой срок не окончен. ѕосреди сорока сороков не исс€кла душа-колокольчик.
    ќ запекшийс€ в сердце моем и зазубренный мной без запинки белокаменный свиток имен ћаросейки, ¬арварки, ќрдынки!
    я, как старые камн€, жива. ƒождь веков нас омыл и промаслил. Ќа клею золотого желтка нас возвел незапам€тный мастер.
     ак живучие эти дворы, уцелею и €, может статьс€. Ќу, а нет - так придут мал€ры. ј потом приведут чужестранца.

    ƒј„Ќџ… –ќћјЌ


    ¬от вам роман из жизни дачной. ќн начиналс€ в окт€бре, когда зимы кристалл невзрачный мерцал при утренней заре. » тот, столь счастливо любивший печаль и блеск осенних дней, был зрень€ моего добычей и пленником души моей.
    Ќедавно, добрый и почтенный, сосед мой умер, и вдова, дл€ совершень€ жизни бренной, уехала, а дом сдала. “ак по€вились брат с сестрою. ѕо вечерам в чужом окне си€ла кроткою звездою их жизнь, неведома€ мне.
    ¬ благовоспитанном соседстве поврозь мы дождались зимы, но, с тайным любопытством в сердце, невольно сообщались мы.  огда вблизи моей тетради встречались солнце и сосна, тропинкой, скрытой в снегопаде, спешила к станции сестра. я полюбила тратить зренье на этот мимолетный бег, и длилась целое мгновенье улыбка, свежа€, как снег.
    Ѕрат был свободен и не должен вставать, пока не встанет день. " то он? - € думала. - ’удожник?" ј думать дальше было лень. ¬сю зиму € жила привычкой их лица видеть поутру и знать, с какою электричкой брат пуститс€ встречать сестру. я наблюдала их проказы, снежки, огни, когда темно, и знала, что они прекрасны, а кто они - не все ль равно? я вгл€дывалась в них так остро, как в глушь ино€зычных книг, и слаще €вного знакомства мне были вымыслы о них. »х дней цветущие картины растила € меж сонных век, сослав их образы в куртины, в заглохший сад, в старинный снег.
    ¬есной мы сблизились - не тесно, не участив случайность встреч. »х лица были так чудесно €сны, так благородна речь. ћы сиживали в час заката в саду, где липа и скамь€. Ѕрат без сестры, сестра без брата, как ими любовалась €! я шла домой и до рассвета зрачок держала на луне.
     огда бы не несчастье это, была б несчастна € вполне.
    “ек август. ƒвум моим сосед€м прискучила его жара. ѕришли, и молвил брат: - ћы едем. - ћы едем, - молвила сестра. ѕростились мы - скорей степенно, чем пылко. ¬ыпили вина. ќни уехали. —темнело. »х ключ осталс€ у мен€.
    «атем пришло письмо от брата: " оли прогневаетесь ¬ы, € не страшусь: мне нет возврата в соседство с ¬ами, в дом вдовы. «ачем, простак недальновидный, € тронул на снегу ¬аш след?  ак будто фосфор €довитый в мен€ вселилс€ - еле видный, доныне излучает свет ладонь..." - с печалью деловитой € пон€ла, что он - поэт, и заскучала... “ем не мене отвыкшие скрипеть ступени € поступью моей бужу, когда в соседний дом хожу, одна играю в свет и тени и дл€ таинственной затеи часы зачем-то завожу и долго за полночь сижу. Ќи брата, ни сестры. Ћишь в скрипе зайдетс€ ставн€. ¬идно мне, как ум забытой ими книги печально светитс€ во тьме. ”ж осень. –азве осень? ќсень. ¬от свет. ¬от сумерки легли. - Ќо где ж роман? - читатель спросит. - «десь нет геро€, нет любви!
    ћеж тем - все есть! ќкрест крепчает окт€брь, и это означает, что тот, столь счастливо любивший печаль и блеск осенних дней, идет дорогою обычной на жадный зов свечи моей. —ад облетает первобытный, и от любви кровопролитной немеет сердце, и в костры сгребают листь€... Ѕрат сестры, прощай навеки! Ќочью лунной другой возлюбленный безумный, чь€ поступь молодому льду не т€жела, минует тьму и к моему подходит дому. ”ж если говорить: люблю! - то, разумеетс€, ему, а не кому-нибудь другому. ќчнись, читатель любопытный! ¬скричи: -  ак, намертво убитый и прочный, точно лунный свет, теб€ он любит?! - ¬овсе нет. ’очу соврать и не совру, как ни мучительна мне правда. Ѕоюсь, что он влюблен в сестру стихи слагающего брата. я влюблена, она любима, вот вам сюжета грозный крен. јх, € не зр€ ее ловила на робком сходстве с јнной  ерн! ¬ час грустных наших посиделок твержу ему: - “еб€ злодей убил! “ы заново соде€н из жизни, из любви моей!  оль ты таков - во мглу веков назад сошлю! Ќе отвечает и думает: - ќна стихов не пишет часом? - и скучает.
    ¬от так, столети€ подр€д, все влюблены мы невпопад, и странствуют, не совпада€, два сердца, сирых две ладьи, €мб ненасытный услажда€ великой горечью любви.

    x x x


     ак никогда, беспечна и добра, € вышла в снег арбатского двора, а там такое было: там светало! —вет расцветал сиреневым кустом, и во дворе, недавно столь пустом, вдруг от детей светло и тесно стало. »рландский сеттер, резвый, как огонь, затылок свой вложил в мою ладонь, щенки и дети радовались снегу, в глаза и губы мне попал снежок, и этот малый случай был смешон, и все сме€лось и склон€ло к смеху.  ак в этот миг любила € ћоскву и думала: чем дольше € живу, тем проще разум, тем душа свежее. ¬от снег, вот дворник, вот дит€ бежит - все есть и воспеванью подлежит, что может быть разумней и св€щенней? ƒень жизни, как живое существо, стоит " ждет участь€ моего, и воздух дн€ мне кажетс€ целебным. јх, мало той удачи, что - жила, € совершенно счастлива была в том переулке, что зоветс€ ’лебным.


    x x x


    я вас люблю, красавицы столетий, за ваш небрежный выпорх из дверей, за право жить, вдыха€ жизнь соцветий и на плечи накинув смерть зверей.
     ак будто мало €мба и хоре€ ушло на ваши души и тела, на каторге чужой любви старе€, о, сколько € стихов перевела!
     апризы ваши, шеи, губы, щеки, смесь чудную коварства и проказ - € все воспела, мы теперь в расчете, последний раз благословл€ю вас!
     то знал мен€, тот знает, кто нимало. не знал - поверит, что € жизнь мою, всю напролет, навыт€жку сто€ла пред женщиной, да и теперь стою.
    Ќе врем€ ли присесть, заплакать, с места не двинутьс€? Ќевмочь мне, говорю, быть тем, что есть, и вожаком семейства, вобравшего зверье и детвору.
    ƒовольно мне чудовищем бесполым тому быть братом, этому - сестрой, то враждовать, то нежничать с глаголом, пред тем как стать травою и сосной.
    ћашинки, вз€той в ателье проката, подстрочников и прочего труда € не хочу! я делаюсь богата, неграмотна, пригожа и горда.
    я выбираю, поступ€сь талантом, стать оборотнем с розовым зонтом, с кисейным бантом и под ручку с франтом, а что есть €мб - знать не хочу о том.
    Ћукавь, мой франт, опутывай, не мешкай! Ќеведомо простой душе твоей, какой повадкой и какой усмешкой владею € - € друг моих друзей.
     расавицы, ах, это все неправда! я знаю вас - вы верите словам. Ќеужто € покину вас на франта? ќн и в подруги не годитс€ вам.
    Ћюблю, когда, ступа€, как лета€, проноситесь, сме€сь и лепеча. —уть женственности вечно золота€ и дл€ мен€ - св€щенна€ свеча.
    ќбзавестись бы вашими правами, чтоб стать, как вы, и в этом преуспеть! Ќо кто, как €, сумеет встать пред вами? Ќо кто, как €, посмеет вас воспеть?

    —ќЌ


    Ќаскучило уже, да и некстати о знаменитом друге рассуждать. Ќе проще ль в деревенской благодати бесхитростно писать слова в тетрадь-
    при бабочках и при окне открытом, пока темно и дети спать легли... ќ чем, бишь? ƒа о друге знаменитом. —вирепей дружбы в мире нет любви.
    ¬есь вечер спор, а вам еще не вдоволь, и все о нем и все в укор ему. Ћюбовь мо€ - вот мой туманный довод. я не учена вашему уму.
     огда б досель была € молода€, все б спорила до расцветань€ щек. ј слава что? ќна - молва худа€, но это тем, кто славен, не упрек.
    ќ грешной славе рассуждайте сами, а € ленюсь, € молча посижу. Ќо, чтоб вовек не согласитьс€ с вами, что сделать мне? я сон вам расскажу.
    «ачем он был так грозно веро€тен? “ому назад лет п€ть уже иль шесть приснилось мне, что входит мой при€тель и говорит: - —трашись. ƒурна€ весть.
    - ќ нем? - ќ нем. - » дик и слабоумен стал разум. —ердце прервалось во .мне. ¬ошедший строго возвестил: - ќн умер. ј ты держись. »ди к его жене. -
    √лаза жены серебр€ного цвета: зрачок ума и сумрак голубой. ¬о славу знаменитого поэта мой смертный крик вознесс€ над землей.
    ƒомашние сбежались. Ќочь крепчала. ћелькнул сквозн€к и погубил свечу. ћой сон прошел, а € еще кричала. ѕроходит жизнь, а € еще кричу.
    ќ, пусть моим необратимым прахом приснюсь себе иль стану на€ву - не дай мне бог моих друзей оплакать! ¬се остальное € переживу.
    „то мне до тех, кто правы и сердиты? ќн жив - и только. Ќет за ним вины. я воспою его. ј вы судите. ¬ам по ночам другие сн€тс€ сны.

    ƒќћ » Ћ≈—


    Ётот дом ув€дает, как лес... Ќо над лесом - присмотр небосвода, и о лесе печетс€ природа, соблюда€ его интерес.
     раткий обморок вечной судьбы- сп€чка леса при будущем снеге. Ётот дом засыпает сильнее и смертельней, чем знают дубы.
    Ћес - на врем€, а дом - навсегда. ¬ доме призрак-бездельник и нищий, а у леса есть бодрый лесничий там, где высша€ мгла и звезда.
    “ак зачем наобум, наугад всуе св€зывать с осенью леса то, что в доме разыграна пьеса старомодна€, как листопад?
    ¬ этом доме, отцветшем дотла, жизнь была€ жила и крепчала, меж висков и в зап€сть€х стучала, молода и бессмертна была.
     нига мучила пристальный ум, сердце т€жко по сердцу томилось, пекло совести грозно дымилось и впер€лось в ночной потолок.
    ¬ этом доме, неведомо чьем, старых записей бледные главы признаютс€, что хочетс€ славы... јх, € знаю, что лес ни при чем!
    ѕросто утром подуло с небес и соринкою, вт€нутой глазом, залетела в рассе€нный разум эта строчка про дом и про лес...
    »стощилс€ в дому домовой, участь лешего - вол€ и нега. Ћес - ничей, только почвы и неба. Ётот дом - на мгновение - мой.
    Ћюбо мне возвратитьс€ сюда и отпраздновать нежно и скорбно дивный миг, когда живы мы оба: € - на врем€, а лес - навсегда.

    x x x


    я завидую ей - молодой и худой, как рабы на галере: гор€чей, чем рабыни в гареме, возжигала зрачок золотой
    и гл€дела, как вместе горели две зари по-над невской водой. Ёто им€, каким назвалась, потому что сама захотела, - нарушенье черты и предела и востока незвана€ власть, так - на северный край чистотела вдруг - персидской сирени напасть.
    Ќо ее и мое имена были схожи основой кромешной- лишь однажды взгл€нула с усмешкой- как метелью лицо обмела. „то же было мне делать - посмевшей зватьс€ так, как назвали мен€?
    я завидую ей - молодой до печали, но до упадань€ головою в ладонь, до страдань€ € завидую ей же - седой в час, когда не прервали свидань€ две зари по-над невской водой.
    ƒа, как колокол, грузной, седой, с вещим слухом, окликнутым зовом: то ли голосом чьим-то, то ль звоном, излученным звездой и звездой, с этим неописуемым зобом, полным песни, уже неземной.
    я завидую ей - меж корней, нищей пленнице ра€ иль ада. ќ, когда б € была так богата, что мне прелесть оставшихс€ дней? Ќо € знаю, кака€ расплата за судьбу быть не мною, а ей.

    »« ÷» Ћј "∆≈Ќў»Ќџ » ѕќЁ“џ"


    “ак, значит, как вы делаете, друга? ѕораньше встав, пока темно-светло, открыв тетрадь, перо берете в руки и пишете?  ак, только и всего?
    Ќет, у мен€ - все хуже, все иначе. —вечу истрачу, взор сошлю в окно, как второгодник, не решив задачи. ћеж тем в окне уже светло-темно.
    —начала - ночь отча€нь€ и бдень€, потом (вдруг нет?) - неуловимый звук. “ут, впрочем, надо начинать с рождень€, а мне сегодн€ лень и недосуг.
    “еперь о тех, чьи детские портреты впер€ют в нас неукротимый взгл€д: как в рекруты забритые поэты, те стриженые девочки сид€т.
    ”, чудища, в которых все нечетко! ”казка им - лишь наущенье звезд. Ќе верьте им, что кружева и челка. ѕод челкой - лоб. ѕод кружевами - хвост.
    » не хот€т, а притвор€тс€ ловко. ѕростак любви влюбитьс€ норовит. √розна, как ƒант, а смотрит, как плутовка. “ать мглы ночной, "мне страшно!" говорит.
    ћуж несравненный! ”дели ей ада. “ерзай, покинь, всю жизнь себ€ кори. јх, как ты глуп! ≈й лишь того и надо: дай ей страдать - и хлебом не корми!
    “во€ измена ей сподручней ласки. Ќе позабудь, прижав ее к груди: все, что ты есть, она предаст огласке на столько лет, сколь есть их впереди.
     то жил на белом свете и мужского был пола, знает, как судьба прочна в нас по утрам: иссохло в горле слово, жить надо снова, ибо ночь прошла.
    ј та, что спит, смыка€ пуще веки, - что ей твой ад, когда она в раю? Ћетит, мину€ там, в надзвездном верхе, твой труд, твой долг, твой грех, твою семью.
    ј все ж - пора. —тыд€сь, оз€бнув, мучась, надела прах вчерашнего пера и - прочь, одна, в бесхитростную участь, жить, где жила, где жить оп€ть пора.
    “е, о которых речь, совсем иначе встречают день. ¬ его начальной тьме, о, их глаза - как рысий фосфор, зр€чи, и слышно: бьетс€ сильный пульс в уме.
    ќтважно смотрит! ¬люблена в сегодн€! ¬черашний день ей не в науку. “ы - здесь щи при чем. ≈е душа свободна. ≈й весело, что листь€ так желты.
    ≈й важно, что тоскует звук о звуке. „то ты о ней - ей это все равно. ќ муке речь. Ќо в степень этой муки тебе вовек проникнуть не дано.
    “ы мучил женщин, ты был смел и волен, вчера шутил - не помнишь нынче, с кем. ќтныне будешь, славный муж и воин, там, где Ћаура, Ѕеатриче,  ерн.
    ѕо окт€брю, по болдинской аллее уходит вдаль, слезы не уронив, - нежнее женщин и мужчин вольнее, чтоб заплатить за тех и за других.

    Ќќ„№ ѕ≈–≈ƒ ¬џ—“”ѕЋ≈Ќ»≈ћ


    —егодн€, покуда вы спали, надеюсь, как всадник в дозоре, во тьму € гл€дела. я знала, что поздно, куда же € денусь от смерти на сцене, от бренного дела!
    Ѕезгрешно рукою водить вдоль бумаги. ѕисать - это втайне молитьс€ о ком-то. «апеть напоказ - провинитьс€ в обмане, а мне не дано это и неохота.
    » все же дл€ вас € удобство обмана. я знак, € намек на былое, на —ороть, как будто сохранны ћарина и јнна и нерасторжимы словесность и совесть.
    ¬ гортани моей, неумелой да чистой, жил призвук старинного русского слова. я призрак двусмысленный и неказистый поэтов, чь€ жизнь не затеетс€ снова.
    «а это мне выпало нежности столько, что будет смертельней, коль пуще и больше. —ама по себе € немногого стою. я старый глагол в современной обложке.
    ќ, только за то, что душа не лукава и бодрствует, благословл€€ и мучась, не выбира€, где милость, где кара, на врем€ мне посланы жизнь и живучесть.
    Ќо что-то творитс€ меж вами и мною, меж мною и вами, меж всеми, кто живы. Ќе проще ли нам обойтись тишиною, чтоб губы остались свежи и не лживы?
    Ќо коль невозможно, коль вам так угодно, возьмите мой голос, мой голос последний! ¬овеки € буду добра и свободна, пока не уйду от вас сколько-то-летней...

    x x x

    Ќи слова о любви! Ќо € о ней ни слова, не вод€тс€ давно в гортани соловьи. “ам плам€ посреди пустого небосклона, но даже в ночь луны ни слова о любви!
    Ћуну над головой держать € притерпелась дл€ пущего труда, дл€ возбуждень€ дум. Ќо в нынешней луне - бессмысленна€ прелесть, и стелетс€ јрбат пустыней белых дюн.
    Ћепечет о любви сестра-поэт-певунь€ - вполглаза покошусь и усмехнусь вполрта.  ак зримо возведен из толщи полнолунь€ чертог дл€ божества, а дверь не заперта.
     ак бедный √оголь худ там, во главе бульвара, и одинок вблизи вселенской полыньи. —толь длительной луны над миром не бывало, сейчас она пройдет. Ќи слова о любви!
    “ак долго € жила, что сердце притупилось, но выжило в бою с невзгодой быти€, и вновь свежим-свежа в нем чь€-то власть и милость. “е двое под луной - неужто ты и €?

    ќ“–џ¬ќ  »« ћјЋ≈Ќ№ ќ… ѕќЁћџ

    ќ ѕ”Ў »Ќ≈


    1. ќЌ » ќЌј


     аков? - “аков: как в јфрике, курчав и рус, как здесь, где вы и €, где север.  огда влюблен - опасен, зол в речах.  огда весна - хмур, нездоров, рассе€н.
    ”жасен, если оскорблен. –евнив. –ожден в ћоскве. »стоки крови - родом из чуждых пекл, где закипает Ќил. ѕульс - бешеный.  уда там нильским водам!
    √невить не следует: настигнет и убьет.  огда разгневан - страшно смугл и бледен.  огда железом ранен в жизнь, в живот но стонет, не страшитс€, кротко бредит.
    ¬ глазах - та странность, что белок белей, чем нужно дл€ зрачка, который светел. Ќегр ремесла, а рыщет вдоль аллей, как вольный франт. ¬от так ее и встретил
    в пустой аллее.  акова она? Ѕожественна! ќн смотрит (злой, опасный). —обаньска€ (–жевусской рождена, но рано вышла замуж, муж - —обаньский,
    бесхитростен, ничем не знаменит, тих, неказист и надобен дл€ виду. ≈го собой затмить и заманить со временем случитс€ графу ¬итту.


    ќб этом после). ƒвадцать третий год. ќдесса. –азом - ссылка и свобода. –аб, обезумев, так бывает горд, как он. ≈му - двадцать четыре года.
    «вать -  аролиной. ќ, из чаровниц! ¬ ней все темно и сильно, как в природе. Ќо вот письма французский черновик в моем, почти дословном, переводе.

    2. ќЌ - ≈й


          (Ќо€брь 1823 года, ќдесса)
    я не хочу ¬ас оскорбить письмом. я глуп (зачеркнуто)... я так неловок (зачеркнуто)...  окетство ¬ам к лицу Ќе молод € (зачеркнуто)... я молод, но ¬аш отъезд к печальному концу судьбы приравниваю. —ердцу тесно (зачеркнуто)...  окетство ¬ам к лицу (зачеркнуто)... ¬ам не к лицу кокетство.  огда € вижу ¬ас, € вс€кий раз смешон, подавлен, неумен, но верьте тому, что € (зачеркнуто)... что ¬ас, о, как € ¬ас (зачеркнуто навеки)...

    ¬«ќ…“» Ќј —÷≈Ќ”


    ѕришла и говорю: как нынешнему снегу легко лететь с небес в угоду февралю, так мне в угоду вам легко взойти на сцену. Ќе верьте мне, когда € это говорю.
    ќ, мне не привыкать, мне не впервой, не внове вз€ть в кожу, как ожог, вниманье ваших глаз. ћой голос, словно снег, вам упадает в ноги, и он умрет, как снег, и обратитс€ в гр€зь.
    Ќеможетс€! Ќет сил! я отвергаю участь €витьс€ на помост с больничной простыни.  акой мороз во лбу!  акой в лопатках ужас! ќ, кто-нибудь, приди и врем€ раст€ни!
    ѕо грани роковой, по острию каната- пл€сунь€, так пл€ши, пока не сорвалась. я знаю, что умру, но € очнусь, раз надо. “ак было вс€кий раз. “ак будет в этот раз.
    »счерпана до дна пытливыми глазами, на сведенье .ушей € трачу жизнь свою. Ќо тот, кто мной любим, всегда спокоен в зале - —еб€ не сохраню, его не посрамлю.
    »змучена гортань кровотеченьем речи, но весел мой прыжок из темноты кулис. ¬ одно лицо людей, все €вственней и резче, сливаютс€ черты прекрасных ваших лиц.
    я обращу в поклон нерасторопность жеста. Ќисколько мне не жаль ни слов, ни мук моих. ƒостанет ли их вам дл€ малого блаженства? Ќе навсегда прошу - пускай на миг, на миг...

    x x x


    ѕотом € вспомню, что была жива, зима была, и падал снег, жара стесн€ла сердце, влюблена была - в кого? во что? Ѕыл дом на ѕоварской (теперь зовут иначе)... ƒень-деньской, ночь напролет € влюблена была - в кого? во что? ¬ тот дом на ѕоварской, в пространство, что зоветс€ мастерской художника. ’удожника дела влекли наружу, в стужу. я ждала его шагов. —моркалс€ день в окне. ѕотом € вспомню, что казалс€ мне труд ожидань€ целью быти€, но и тогда соотносила € насущность чудной нежности - с тоской гр€дущею... ј дом на ѕоварской - с немыслимым и неизбежным днем, когда € буду вспоминать о нем...

    ƒќћ

    я вам кл€нусь: € здесь бывала! Ѕежала, позабыв дышать. «авидев снежного болвана, вздыхала, замедл€ла шаг.
    Ќепрочный пам€тник мгновенью, снег рукотворный на снегу, как ты, жива на миг, а верю, что жар весны превозмогу.
    Ѕесхитростный прилив народа к витринам - празднество сулил. ”же Ќикитские ворота разверсты были, снег валил.
     акой полет великолепный, как сердце бедное неслось вдоль ћерзл€ковского - и в ’лебный, сквозн€к - навылет, двор - насквозь.
    ¬ жару предчувстви€ плохого - поступка до скончань€ лет в подъезд, где ветхий лак плафона так трогателен и нелеп.
     ак опрометчиво, как пылко € в дом влюбилась! Ётот дом набит, как детска€ копилка, судьбой людей, добром и злом.
    ≈го жильцов разнообразных, которым не было числа, подвыпивших, поскольку праздник, € близко к сердцу прин€ла.  акой разгадки разум страждал, подгл€дыва€ с добротой неистовую жизнь сограждан, их сложный смысл, их быт простой? ѕока таинственна€ бытность мо€ в том доме длилась, € его старухам полюбилась по милости жить€-быть€.
    ¬ печальном лифте престарелом мы поднимались, говор€ о том, как т€жко старым телом терпеть погоду декабр€.
    ¬ том декабре и в том пространстве душа мо€ отвергла зло, и все казались мне прекрасны, и быть иначе не могло.
    Ћюбовь к любимому есть нежность ко всем вблизи и вдалеке. ѕульсировала бесконечность в груди, в зап€стье и в виске.
    я шла, ущель€ коридоров мен€ заманивали в глубь чужих печалей, свадеб, вздоров, в плач кошек, в лепет детских губ.
    ћне - выше, мне - туда, где должен пришелец взмыть под крайний свод, где € была, где жил художник, где ныне €, где он живет.
    ≈го диковинные вещи воспитаны, как существа. √лаголет их немое вече о чистой тайне волшебства.
    “от, кто собрал их воедино, был не корыстен, не богат. ¬озвышенна€ вещь родима душе, как верный пес иль брат.
    —о свалки времени былого возвращены и спасены, они печально и беззлобно гл€д€т на спешку новизны.
    ќ, дл€ раската громового так широко открыт раструба „етыре вещих граммофона во тьме причудливо растут,
    я им родн€, € погибаю от нежности, когда вхожу,. € так же шею выгибаю и так же голову держу.
    я, как они, витиевата, и горла обнажен проем. «вук незапам€тного вальса сохранен в голосе моем.
    Ќе их ли зов мен€ окликнул, и не они ль мен€ влекли очнутьс€ в грозном и великом недоумении любви?
     ак добр, кто любит, как огромен, как зр€ч к значенью красоты! ћой город, словно новый город, мне предъ€вил свои черты.
    —муглей великого арапа восходит ночь. «а что мне честь - в окно увидеть два јрбата: и тот, что был, и тот, что есть?
    Ћиловой гроздью виснет сумрак. ¬от стул-капризник и чудак. ’удожник мой портрет рисует и смотрит остро, как чужак.
    ”же счита€ катастрофой уют, столь полный и смешной, €мб пример€ю п€тистопный к лицу, что так любимо мной.
    я знаю истину простую: любить - вот верный путь к тому, чтоб человечество вплотную приблизить к сердцу и уму.
    ¬сегда быть не хитрей, чем дети, не злей, чем дерево в саду, благословл€€ жизнь на свете заботливей, чем жизнь свою.
    “ак € жила былой зимою. Ќочь разрасталась, как сирень, и все играла надо мною печали сильна€ свирель.
    Ѕыл дом на берегу бульвара. Ќе только был, но ныне есть. «ачем твержу: € здесь бывала, а не твержу: € ныне здесь?
    ≈ще жива, еще любима, все это мне сейчас дано, а кажетс€, что это было и кончилось давным-давно...

    ƒ¬ј √≈ѕј–ƒј


    Ётот ад, этот сад, этот зоо - там, где лебеди и зоосад, на прицеле всеобщего взора два гепарда, обн€вшись, лежат.
    Ўерстью в шерсть, плотью в плоть проника€, сердцем втиснувшись в сердце - века два гепарда лежат. ќ, кака€, два гепарда, кака€ тоска!
    —мотрит глаз в золотой, безвоздушный, равный глаз безысходной любви. Ќа потеху толпе простодушной обн€лись и лежат, как легли.
    ѕрихожу ли € к ним, ухожу ли не слабее с той давней поры их объ€тье густое, как джунгли, и сплошное, как камень горы.
    ќбн€лись - остальное неправда, ни утрат, ни оград, ни преград. “олько так, только так, два гепарда, €-то знаю, гепард и гепард.

    x x x


     акое блаженство, что блещут снега, что холод окреп, а с утра моросило, что дико и нежно сверкает фольга на каждом углу и в окне магазина.
    ѕока серпантин, мишура, канитель восход€т над скукою прочих имуществ, томительность предновогодних недель терпеть и сносить - что за дивна€ участь!
     ака€ удача, что тени легли вкруг елок и елей, цветущих повсюду, и вечнозелена€ новость любви душе внушена и прибавлена к чуду.
    ќткуда нагр€нули нежность и ель, где прежде таились и как сговорились!  ак дети, что ждут у заветных дверей, € ждать позабыла, а двери открылись.
     акое блаженство, что надо решать, где краше затеплитс€ шарик стекл€нный, и только любить, только ель нар€жать и созерцать этот мир несказанный...

    x x x


    ѕрохожий, мальчик, что ты? ћимо иди и не смотри мне вслед. ћной тот любим, кем € любима!   тому же знай: мне много лет.
    «рачков гор€чую угрюмость впер€ть в мен€ повремени: то смех любви, сверкнув, как юность, позолотил черты мои.
    »ду... февраль прохладой лечит жар щек... и снегу намело так много... и нескромно блещет красой любви лицо мое.

    ¬ќ—ѕќћ»ЌјЌ»≈


    ћне говор€т: который год в твоем дому идет ремонт, и, говор€т, спешит народ взгл€нуть на бодрый ход работ.
     ака€ вновь вз€та  азань и в честь каких побед и ран встает мучительный глазам цветастый азиатский храм? Ќеужто столько мастеров ты утруждаешь лишь затем, созвав их из чужих сторон, чтоб тень мою свести со стен?
    ƒа не любезничай, чудак! јту ее, гони взашей - из вечной нежности собак, из краткой пам€ти вещей!
    Ќе надо храма на крови! “ень кротко пр€нет за карниз - а ты ей лакомство скорми, которым угощают крыс.
    ј если в книжный переплет- пусть книги кто-нибудь сожжет. ќна оп€ть за свой полет - а ты оп€ть за свой сачок.
    Ќе позабудь про дрожь перил: дуб изведи, расплавь металл ам локоть столько говорил, покуда вверх и вниз летал.
    ј если чь€-нибудь душа вдруг обо мне тайком всплакнет- пусть в устье снега и дожд€ вспорхнет сквозь белый потолок.
    » главное - чтоб ни одной свечи, чтоб ли одной свеча: умеет обернутьс€ мной свеча, гор€ща€ в ночи.
    Ќе дай, чтоб п€лилась свеча в твои зрачки своим зрачком. ¬от что еще: убей сверчка! ћне доводилось быть сверчком. ¬се делай так, как говорю, пока не поздно, говорю, не то устанешь к декабрю и обратишь свой дом в зарю.

    ‘≈¬–јЋ№ Ѕ≈« —Ќ≈√ј


    Ќе сани летели - телега скрипела, и маленький лес просил пода€ни€ снега у жадных иль нищих небес.
    я утром в окно посмотрела: кака€ невзрачна€ рань! ћы оба тоскуем смертельно, не выжить нам, брат мой февраль.
    Ѕесснежье голодной природы, измучив пол€ и сады, обычную скудость невзгоды возводит в значенье беды.
    «и€ли надземные недра, светало, а солнце не шло. ¬замен плодородного неба висело пустое ничто.
    Ќи жизни иной, ни наживы не надо, и поздно уже. Ћишь бедна€ прибыль снежинки угодна корыстной душе.
    ¬ожак беззащитного стада, € знала морщинами лба, что € в эту зиму устала скитатьс€ по пастбищу льда.
    «вонила начальнику книги, искала окольных путей узнать про возможные сдвиги в судьбе, моих слов и детей.
    “ам - кто-то томилс€ и бегал, твердил: его нет! его нет! —меркалось, а он все обедал, вкушал свой огромный обед.
    ƒа что мне в той книге? Ѕог с нею! ћой почерк мне скупки и нем. ѕисать, как хочу, не умею, писать, как умею, - зачем?
    —текло голубело, и дивность из пекла антенн и реле проистекала, и длилась, и зримо сбывалась в стекле.
    Ќе страшно ли, девочка диктор, над бездной земли и воды одной в мироздании диком нестись, словно лучик звезды?
    ѕока ты скиталась, витала меж башней и зреньем людей, открылась небесна€ тайна и стала добычей твоей.
    явилась в глаза, уцелела, и доблестный твой голосок неоспоримо и смело падение снега предрек.
    —казала: гр€дущею ночью начнетс€ в ћоскве снегопад. —вою драгоценную ношу на нас облака расточат.
    «абудет коротка€ пам€ть о муке бесснежной зимы, а снег будет падать и падать, висеть от небес до земли.
    ќн станет счастливым избытком, чрезмерной любовью судьбы, усладою губ и напитком, весною пь€н€щим сады.
    ќн даст исцеленье болевшим, богатством снабдит бедн€ка, и в этом блаженстве белейшем сойдутс€ тетрадь и рука.
    ѕростит всех живущих на свете метели вседобра€ власть, и будем мы - баловни, дети природы, влюбившейс€ в нас.
    ƒа, именно так все и было. —нег падал и долго был жив. ј € - влюблена и любима, и вот мо€ книга лежит.

    x x x



          јндрею ¬ознесенскому
    «а что мне все это? ‘евральской теплыни подарки, поблажки небес: то прилив, то отлив снегопада. “о гл€ну в окно: белизна без единой помарки, то сумерки выросли, словно растени€ сада.
     ак этого мало, и входит мой гость ненагл€дный.  акой ты нар€дный, а мог оборванцем скитатьс€. “ы сердцу приходишьс€ братом, а зренью - наградой. ќ, дай мне бедою с твоею звездой расквитатьс€.
    я - баловень чей-то, и не остаетс€ оружь€ ума, когда в дар принимаю твой дар драгоценный. ¬ходи, мо€ радость. Ќу, что же ты медлишь, јндрюша, в прихожей, как будто в последних потемках за сценой?
    —текло о стекло, лоб о губы, а ложки - о плошки. Ќе слишком ли это? Ќельз€ ли поменьше, поплоше? Ѕоюсь, что так много. Ќенадобно больше, о, боже. Ќо ты расточитель, вот книга в зеленой обложке.
    —обрат досточтимый, люблю твою новую книгу, еще не чита€, ласка€ ладон€ми гл€нец. я в нежную зелень проникну и в суть ее вникну.  ак все зеленеет - куда ни шагнешь и ни гл€нешь.
    Ћюблю, что живу, что сиденье на ветхом диване гостей неизбывных его обрекло на разруху. Ћюблю всех, кто жив. “олько не расставатьс€ давайте, сквозь слезы смотреть и нижайше дивитьс€ друг другу.

    x x x


    ѕришла. —тоит. ≈й восемнадцать лет. - ¬ам сколько лет? - ќтветила:
          - ќсьмнадцать. ћногоугольник скул, локтей, колен. Ќадменность, угловатость и косматость.
    ¬се чудно в ней: и доблесть худобы, и рыцарский какой-то блеск во взгл€де, и смуглый лоб... я знаю эти лбы: ночь напролет при лампе и тетради.
    “ак и сказала: - ћне осьмнадцать лет. ћен€ никто не понимает в доме. » пусть! » пусть! я знаю, что поэт! - » плачет, не убрав лицо в ладони.
    Ћюблю, как смотрит гневно и темно, и как добра, и как жадна до боли. я улыбаюсь. «наю, что - давно, а думаю: давно ль и €, давно ли?..
    ѕрощаетс€. ≈й надобно - скорей, не расточив из времени ни часа, робеть, не зна€ прелести своей, печалитьс€, не узнава€ счасть€...

    x x x


    —ад еще не облетал, только береза желтела. "¬от уж и август настал", - € написать захотела.
    "¬от уж и август настал", - много ль ума в этой строчке, - мне ль разобратьс€? Ќа сад осень вли€ла все строже.
    » самодержец души там, где исток звездопада, повелевал: - Ќе пиши! јвгусту славы не надо.
    —литком последней жары сыщешь эпитет не ты ли, коль золотые шары, видишь, и впр€мь золотые.
    “ак мо€ осень текла. ѕлод упадал переспелый. ¬озле мен€ и стола день угасал не воспетый.
    ¬ прелести действий земных лишь тишина что-то значит. —лишком разв€зно о них бренное слово судачит.
    —уд€ по хладу светил, по багрецу перелеска, ѕушкин, окт€брь наступил. —колько прохлады и блеска!
    Ћед поутру обметал ночью налитые лужи. "¬от уж и август настал", - ах, не дописывать лучше.
    Ѕедствую и не могу следовать вещим капризам. Ќо золотитс€ в снегу августа маленький призрак.
    «атвердевает декабрь. ¬есело при снегопаде слышать, как вечный диктант вдруг достигает тетради...


    x x x


    «авидна мне извечна€ привычка быть женщиной и мужнею женою, но уж таков присмотр небес за мною, что ничего из этого не вышло.
    ’рани мен€, прищур неумолимый, в сохранности от всех благополучий, но обойди твоей опекой жгучей двух девочек, замаранных малиной.
    ≈ще смеютс€, рыщут в листь€х €год и вдруг, как €, гл€д€т с такой же грустью.  ак все, хотела, и поила грудью, хотела - медом, а вспоила - €дом.
    Ќепоправима и неверо€тна в их лицах мета нашего единства. ”ж коль ворона белой уродитс€, не дай ей бог, чтоб были ворон€та.
    Ѕелеть - нелепо, а чернеть - не ново, чернеть - недолго, а белеть - безбрежно. ¬се более € пред людьми безгрешна, все более € пред детьми виновна.

    x x x


    я школу √несиных люблю, пока влечет мен€ прогулка по снегу, от угла к углу, вдоль —катертного переулка.
    ƒорожка - скатертью, богат крахмал порфироносной прачки. ћоих две тени по бокам- две хилых прист€жных в упр€жке.
    я школу √несиных люблю за песнь, за превышенье прозы, за желтый цвет, что но€брю предъ€влен, словно гроздь мимозы.
     огда смеркаетс€ досуг за толщей желтой штукатурки, что делает согбенный звук внутри захлопнутой шкатулки?
    —подвижник музыки ушел - где музыка? ƒуша погасла дл€ сна, но сон творим душой, и музыка не есть огласка.
    Ќе потревожена смычком и не доказана нимало, что делает тайком, молчком ее матери€ нема€?
    ¬ тигриных мышцах тишины она растет прыжком подспудным, и сны ее совершены сокрытым от людей поступком.
    я школу √несиных люблю в ночи, но более при свете, скольз€ по утреннему льду, ловить еду в худые сети.
    ¬леку суму жить€-быть€ - иному подлежа влеченью, возвышенно бредет дит€ с огромною виолончелью.
    » в две слезы, словно в бинокль, с недоуменьем обнаружу, что безбо€зненный бемоль порхнул в губительную стужу.
    „тобы душа была чиста, и надобно доверье к храму, где чьи-то детские уста вовеки распевают гамму,
    и крошка-музыкант таков, что, бодрству€ в наш час дремотный, один вдоль улиц и веков всегда бредет он с папкой нотной.
    я школу √несиных люблю, когда бела ее ограда и сладкозвучную ладью колышут волны снегопада.
    Ћюблю ее, когда весна велит, чтоб вылезли летуньи и в даль открытого окна доверчиво гл€д€т певуньи.
    «ачем € около стою? ћы слух на слух не обмен€ем: мой - обращен во глубь мою, к сторонним звукам невмен€ем.
    ѕрислушаюсь - лишь боль и резь, а кажетс€ - легко, легко ведь... —начала - музыка. Ќо речь вольна о музыке глаголить.

    x x x

    ” тыс€чи мужчин, влекомых вдоль јрбата заботами или бездельем дн€, спросила €: - —кажите, нет ли брата, меж всеми вами брата дл€ мен€? - Ќет брата, - отвечали, - не взыщите. - “от пил вино, тот даму провожал. » каждый прибегал к моей защите и моему прощенью подлежал.

    —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»≈,

    Ќјѕ»—јЌЌќ≈ ƒј¬Ќџћ-ƒј¬Ќќ


    ѕ€тнадцать мальчиков, а может быть, и больше, а может быть, и меньше, чем п€тнадцать, испуганными голосами мне говорили: "ѕойдем в кино или в музей
          изобразительных искусств". я отвечала им примерно вот что: "ћне некогда".
    ѕ€тнадцать мальчиков дарили мне подснежники. ѕ€тнадцать мальчиков мне говорили: "я никогда теб€ не разлюблю". я отвечала им примерно вот что: "ѕосмотрим".
    ѕ€тнадцать мальчиков теперь живут спокойно. ќни исполнили т€желую повинность подснежников, отча€нь€ и писем. »х люб€т девушки - иные красивее, чем €, иные некрасивей. ѕ€тнадцать мальчиков
          преувеличенно свободно, а подчас злорадно приветствуют мен€ при встрече, приветствуют во мне при встрече свое освобождение,
          нормальный сон и пищу... Ќапрасно ты идешь, последний мальчик. ѕоставлю € твои подснежники в стакан, и коренастые их стебли обрастут серебр€ными пузырьками. Ќо, видишь ли, и ты мен€ разлюбишь, и, победив себ€, ты будешь говорить
          со мной надменно, как будто победил мен€, а € пойду по улице, по улице...

    x x x


    ћо€ машинка - не мо€. ћне подарил ее коллега, которому она мала, а мне как раз, но € жалела ее за то, что человек обрек ее своим повадкам, и, сделавшись живей, чем вещь, она страдала, став подарком. —кучал и бунтовал зверек, неприрученный нрав насупив, и отвергал как лишний слог высокопарнейший мой суффикс. ѕришелец из судьбы чужой переиначивал мой почерк, мен€ неведомой душой от€готив, но и упрочив. —несла € произвол благой и сделаюсь судьбой моею -
    всегда желать, чтоб мой глагол был проще, чем сказать умею. ѕока в себе не ощутишь последней простоты насущность, слова твои - пуста€ тишь, зачем ее слагать и слушать?  акое слово предпочесть словам, их грешному излишку - не знаю, но всего, что есть, упор и понуканье слышу.

    ћќ— ¬ј

    Ќќ„№ё ѕ–» —Ќ≈√ќѕјƒ≈



          (ќтрывок)
    –одитель-хранитель-ревнитель души, что ластишьс€ чудом и чадом? ”сни, не таращь на луну этажи, не мучь јлександровским садом.
    ћоскву ли дразнить белизною јфин в ночь первого сильного снега? (ћой друг, твое им€ окликнет с афиш из отчуждень€, как с неба.
    “о ль скареда-лампа жалеет огн€, то ль так непрогл€дна погода, мой друг, твое им€ читает мен€ и не узнает пешехода.)
    Ёй, чудище, храмище, больно смотреть, орды угомон и поминки, блаженна€ пестр€дь, родима€ речь - всей кровью из губ без запинки.
    ƒеньга за щекою, раскосый башмак в садочке, в калине-малине. » вдруг ни с того ни с сего, просто так, в ресницах - слеза по ћарине...

    x x x


    —тихотворени€ чудный театр, нежьс€ и кутайс€ в бархат дремотный. я ни при чем, это зан€т работой чуждых божеств несравненный талант.
    я лишь простак, что извне приглашен дл€ сотворень€ стороннего действа. я не хочу! Ќо меж звездами где-то грозную палочку вз€л дирижер.
    —тихотворени€ чудный театр, нам ли решать, что сегодн€ сыграем? √лух к наставлень€м и недос€гаем в музыку нашу влюбленный тиран.
    „то он диктует? » есть ли навес - нас упасти от любви его лютой?  ак помыкает безграмотной лютней безукоризненный гений небес!
    —тихотворени€ чудный театр, некого спрашивать: вместо ответа - мука, когда раздирают отверсть€ труб - дл€ рыдань€ и губ - дл€ тирад.
     ончено! Ћампы огн€ не та€т. ¬ольно! ѕрощаюсь с божественным игом. ¬кратце - всей жизнью и смертью - разыгран стихотворени€ чудный театр.

    ѕќЅ≈ƒј


    ¬ день празднества, в час майского дожд€, в миг соловьиных просьб и повелений, когда давно уж выросло дит€, рожденное порой послевоенной, когда разросс€ в небе фейерверк, как взрыв сирени бел, лилов и розов, - вдруг погл€дит в былое человек и взгл€д его становитс€ серьезен. ≈сть взгл€д такой, така€ тень чела - чем дальше смотришь, тем зрачок влажнее. “о пам€ть о войне, величина раздумь€ и догадка - неужели € видела тот май, что превзошел иные маи и доныне прочен?  рик радости в уста, слезу в зрачок вписал его неимоверный почерк. Ќа площади, чь€ древн€€ краса краснеет без изъ€на и пробела, исторгнув думу, пр€нул в небеса вздох всей земли и всех людей - ѕобеда! 51

    24

    Ѕелла јхмадуллина "—ны о √рузии"

    јЌЌ≈  јЋјЌƒјƒ«≈


     ак мило все было, как странно. Ћуна восходила, и јнна печалилась и говорила: -  ак странно все это, как мило. ¬ деревь€х вблизи ипподрома - случайна€ сень ресторана. ¬еселье людей. » природа: луна, и деревь€, и јнна. ¬от мы - соучастники сборищ. ¬от јнна - сообщник природы, всего, с чем вовеки не споришь, лишь смотришь - мгновень€ и годы. ” трав, у луны, у тумана и малого нет недостатка. » € понимаю, что јнна - €вленье того же пор€дка. Ќо, если вблизи ипподрома, но, если в саду ресторана, и јнна, хот€ и продрогла, смеетс€ так мило и странно, € стану резвей и разв€зней и вымолвлю тост неизбежный: - јх, јнна, € прелести вашей такой почитатель прилежный. ѕозвольте спросить вас: а разве ваш стих - не така€ ж загадка, как встреча  уры и јрагвы близ ћцхета во врем€ заката?  ак эти прекрасные реки слились дл€ иного значень€, так вашей единственной речи нерасторжимы течень€. ¬ ней чудно слова уцелели, сколь есть их у √рузии милой, и раньше - до —вети-÷ховели, и дальше - за нашей могилой. Ќо, јнна, вот сад ресторана, веселье вблизи ипподрома, и слышно, как ржет неустанно коней неусыпна€ дрема. ¬ы, јнна, - ребенок и вит€зь, вы - маленький стебель бесстрашный, но, јнна, кл€нитесь, кл€нитесь, что прежде вы не были в хашной! » јнна кл€лась и сме€лась, сме€лась и кл€тву давала: - «арей, затевающей алость, кл€нусь, что еще не бывала! ќ жизнь, € люблю твою сущность: луну, и деревь€, и јнну, и јнны см€тенье и ужас, когда подступали к духану. —лагала душа потаенно свой шелест, в награду за это присутствие √алактиона равн€лось избытку рассвета, не то, чтобы видимо зренью, но очевидно дл€ сердца, и слышалось: - ≈смь € и рею вот здесь, у открытого среза скалы и домов, что нависли над бездной  уры близ ћетехи. Ћюблю ваши детские мысли и ваши простые утехи. » € помышл€ла: покуда соседом той тени не стану, дай, жизнь, отслужить твое чудо, ту ночь, и то утро, и јнну...

    x x x


    я столько раз была мертва иль думала, что умираю, что € безгрешный лист мараю, когда пишу на нем слова.
    ћен€ терзали жизнь, нужда, страх поутру, что все сначала. Ќо √рузи€ мен€ всегда звала к себе и выручала.
    ƒо чудных слез любви в зрачках и по причине неизвестной, о, как, когда б вы знали, - как мен€ любил тот край прелестный.
    “ифлис, не знаю, невдомек - каким родителем суровым € брошена на твой порог подкидышем большеголовым?
    “ифлис, ты мне не объ€сн€л и € ни разу не спросила: за что дарами осыпал и мне же говорил "спасибо"?
     акую жизнь ни сотворю из дней гр€дущих, из тумана, - чтоб отслужить любовь твою, все будет тщетно или мало...

    x x x


    ѕомню - как вижу, зрачки затемню веками, вижу: о, как загорело все, что растет, и, как песнь, зат€ну им€ земли и любви: —акартвело.
    „уждое чудо, грузинска€ речь, “ереком буйствуй в теснине гортани, ах, € не выговорю - без предтеч крови, воспитанной теми горами.
    ¬ас ли, о, вас ли, Ўота и ¬ажа, в предки не вз€ть и родство опровергнуть? ¬аше - во мне, если в почву вошла косточка, - выйдет она на поверхность.
    —лепы уста мои, где поводырь, чтобы мой голос впотьмах порезвилс€? Ћеса ли оклик услышу, воды ль - кажетс€: вот говор€т по-грузински.
     ак € люблю, слав€нин и простак, недос€гаемость скороговорки, помнишь: л€гушки в болоте... ќ, как мучают горло предгорь€, пригорки
    грамоты той, чьи вершины в снегу ”шбы надменней. ќ, вздор альпенштока! √мерто, ужель никогда не смогу высказать то - несказанное что-то?
    “олько во сне - велика и чиста, словно снега, разрастаюсь и рею, сколько хочу, услаждаю уста речью грузинской, грузинскою речью...

    x x x


    я знаю, все будет: архивы, таблицы... ∆ила-была Ѕелла... потом умерла... » впр€мь € жила! я летела в “билиси, где √и€ и Ўура встречали мен€.
    ќ, длилось бы вечно, что прежде бывало: с небес упадал солнцепек проливной, и не было в городе этом подвала, где √и€ и Ўура не пили со мной.
     ак свечи, мерцают родимые лица. я плачу, и влажен мой хлеб от вина. Ќас нет, но в крутых закоулках “ифлиса мы встретимс€: √и€, и Ўура, и €.
    —частливица, знаю, что люди другие в другие пом€нут мен€ времена. —пасибо! - ƒа тщетно: как Ўура и √и€, никто никогда не полюбит мен€.

    ѕ”“Ќ» 


    ѕрекрасной медленной дорогой иду в јлекино (оно зовет себ€: јлекин(), и дух мой, мерный и здоровый, мне внове, словно не знаком и, может быть, не современник мне тот, по склону, сквозь репейник, в јлекино за молоком бредущий путник. ƒа туда ли, затем ли, ныне ль он идет, врисован в луг и небосвод дл€ чьей-то думы и печали? я - лишь сейчас, в сей миг, а он - всегда: пространства завсегдатай, подошвами худых сандалий осуществл€ет ход времен вдоль вечности и косогора. ѕрин€в на лоб припек огн€ небесного, он от мен€ все дальше и - исчезнет скоро. —мотрю вослед своей душе, как в сумерках на убыль света, отсутствую и брезжу где-то те ли еще, то ли уже. », выпроставшись из артерий, громоздких пульсов и костей, вишу, как стайка новостей, в ночи не прин€тых антенной. ћое сознанье растолкав и заново его туман€ дремотной речью, тет€ ћан€ прот€гивает мне стакан парной и первобытной влаги. —ижу. —меркаетс€. ƒождит. я вновь жива и вновь должник вдали белеющей бумаги. —таруха рада, что з€ть€ убрали сено. “ишь. Ѕеспечность. “ечет, впада€ в бесконечность, журчание жить€-быть€. » снова путник одержимый вступает в низкую зарю, и вчуже долго € смотрю на бег его непостижимый. Ќепоправимо сир и жив, он строго шествует куда-то, как будто за красу заката на нем ответственность лежит.

    — ј« ј ќ ƒќ∆ƒ≈


          в нескольких эпизодах
          с диалогом и хором детей

          ≈.≈втушенко

    1


    —о мной с утра не расставалс€ ƒождь. - ќ, отв€жись! - € говорила грубо. ќн отступал, но преданно и грустно вновь шел за мной, как маленька€ дочь.
    ƒождь, как крыло, прирос к моей спине. ≈го корила €: - —тыдись, негодник!   тебе в слезах взывает огородник! »ди к цветам! „то ты нашел во мне?
    ћеж тем вокруг сто€л суровый зной. ƒождь был со мной, забыв про все на свете. ¬округ мен€ припл€сывали дети, как около машины поливной.
    я, с хитростью в душе, вошла в кафе. я спр€талась за стол, укрытый нишей. ƒождь за окном пристроилс€, как нищий, и сквозь стекло желал пройти ко мне.
    я вышла. » была мо€ щека наказана пощечиною влаги, но тут же ƒождь, в печали и отваге, омыл мне губы запахом щенка.
    я думаю, что вид мой стал смешон. —ырым платком € шею обв€зала. ƒождь на моем плече, как обезь€на, сидел. » город этим был смущен.
    ќбрадованный слабостью моей, он детским пальцем щекотал мне ухо. —гущалась засуха. ¬се было сухо. » только € промокла до костей.

    2


    Ќо € была в тот дом приглашена, где строго ждали моего привета, где над €нтарным озером паркета всходила люстры чиста€ луна.
    я думала: что делать мне с ƒождем? ¬едь он со мной расстатьс€ не захочет. ќн наследит там. ќн ковры замочит. ƒа с ним мен€ вообще не пуст€т в дом.
    я строго объ€снила: - ƒоброта во мне сильна, но все ж не безгранична. “ебе ходить со мною неприлично. - ƒождь на мен€ смотрел, как сирота.
    - Ќу, черт с тобой, - решила €, - иди!  акой любовью на мен€ ты пролит? јх, этот странный климат, будь он прокл€т! - ѕрощенный ƒождь запрыгал впереди.

    3


    ’оз€ин дома оказал мне честь, которой € не стоила. ќднако, промокша€ всей шкурой, как ондатра, € у дверей звонила ровно в шесть.
    ƒождь, притаившись за моей спиной, дышал в затылок жалко и щекотно. Ўаги - глазок - молчание - щеколда. я извинилась: - Ётот ƒождь со мной.
    ѕозвольте, он побудет на крыльце? ќн слишком влажный, слишком удлиненный дл€ комнат. - ¬от как? - молвил удивленный хоз€ин, изменившийс€ в лице.

    4


    ѕризнатьс€, € любила этот дом. ¬ нем свой балет всегда вершила легкость. ќ, здесь углы не ушибают локоть, здесь палец не порежетс€ ножом.
    Ћюбила все: как медленно хруст€т шелка хоз€йки, затененной шарфом, и, более всего, плененный шкафом - мою царевну сп€щую - хрусталь.
    “от, в семь рум€нцев розовевший спектр, в гробу стекл€нном, мертвый и прелестный. Ќо € очнулась. –итуал приветствий, как опера, станцован был и спет.

    5


    ’оз€йка дома, честно говор€, мен€ бы не любила непременно, но робость поступить несовременно чуть-чуть мешала ей, что было зр€.
    -  ак поживаете? (ќ блеск грозы, смиренный в тонком горлышке горд€чки!) -Ѕлагодарю, - сказала €, - в гор€чке € провал€лась, как свинь€ в гр€зи.
    (—о мной творилось что-то в этот раз. ¬едь € хотела, поклонившись слабо, сказать: - ∆иву хоть суетно, но славно, тем более, что снова вижу вас.)
    ќна произнесла: - я вас браню. ѕомилуйте, така€ одаренность! —квозь дождь! » рассто€нь€ отдаленность! - ¬скричали все: -   огню ее, к огню!
    -  огда-нибудь, во времени другом, на площади, средь музыки и брани, мы б свидетьс€ могли при барабане, вскричали б вы: - ¬ огонь ее, в огонь!
    «а все! «а дождь! «а после! «а тогда! «а чернокнижье двух зрачков чернейших, за звуки, с губ, как косточки черешни, лет€щие без вс€кого труда!
    ѕривет тебе! Ќацель в мен€ прыжок. ќгонь, мой брат, мой пес много€зыкий! Ћижи мне руки в нежности великой! “ы - тоже ƒождь!  ак влажен твой ожог!
    - ¬аш несколько причудлив монолог, - проговорил хоз€ин у€звленный. - Ќо, впрочем, слава поросли зеленой! ≈сть прелесть в поколенье молодом.
    -Ќе слушайте мен€! ¬едь € в бреду! - просила €. - ¬се это ƒождь наделал. ќн целый день мен€ казнил, как демон. ƒа, это ƒождь вовлек мен€ в беду.
    » вдруг € увидала - там, в окне, мой верный ƒождь один сто€л и плакал. ¬ моих глазах двум€ слезами плавал лишь след его, оставшийс€ во мне.

    6


    ќдна из гостий, прот€нув бокал, туманна€, как голубь над карнизом, спросила с непри€знью и капризом: - —кажите, правда, что ваш муж богат?
    - Ѕогат ли он? Ќе знаю. Ќе вполне. Ќо он богат. ≈му легка работа. ’отите знать один секрет? - ≈сть что-то неизлечимо нищее во мне.
    ≈го € научила колдовству - во мне была така€ откровенность- он разом обратит любую ценность в круг на воде, в зверька или траву.
    я докажу вам! ƒайте мне кольцо. —пасем звезду из тесноты колечка! - ќна кольца мне не дала, конечно, в недоуменье отстранив лицо.
    - », знаете, еще одна деталь- мен€ влечет подохнуть под забором. (язык мой так и воспал€лс€ вздором. ќ, это ƒождь твердил мне свой диктант.)

    7


    ¬се, ƒождь, тебе припомнитс€ потом! ƒруга€ гость€, голосом глубоким, осведомилась: - ќдаренных богом кто одар€ет? » каким путем?
     ак погремушкой, мной гремел озноб: -ѕриходит бог, преласков и превесел, немножко старомоден, как профессор, и милостью ваш осен€ет лоб.
    ј далее - летите вверх и вниз, в кровь разбива€ локти и коленки о снег, о воздух, об углы  варенги, о простыни гостиницей больниц.
    ¬асили€ Ѕлаженного, в зубцах, тот острый купол помните? ѕредставьте - всей кожей об него!
    - ƒа вы прис€дьте! - она мен€ одернула в сердцах.

    8


    “ем временем, дл€ радости гостей, творилось что-то новое, родное: в гостиную впускали кружевное, серебр€ное облако детей.
    ’оз€юшка, прости мен€, € зла! я все лгала, € поступала дурно! ¬ тебе, как на губах у стеклодува, €вилс€ выдох чистого стекла.
    ƒушой твоей насыщенный сосуд, дит€ твое, отлитое так нежно!  ак точен контур, обвод€щий нечто! ќ том не знала €, не обессудь.
    ’оз€юшка, звериный гений твой в отча€нье вселенном и всенощном над детищем твоим, о, над сыночком великой поникает головой.
    ƒождь мои губы звал к ее руке. я плакала: - ѕрости мен€! ѕрости же! √лаза твои премудры и пречисты!

    9


    “ут хор детей возник невдалеке: Ќаш номер был объ€влен. ”ста младенцев. ∆уть. ћы - €блочки от €блонь. ¬от наша месть и суть.
    ¬ниманье! ƒетский лепет. ћы вас не подведем. Ќе зр€ великолепен камин, согревший дом.
    ¬ лопатках - холод милый и остри€ двух крыл. Ќам кожу алюминий, как изморозь, покрыл.
    „тоб было жить не скучно, нас трогает порой искусствочко, искусство, ребеночек чужой.
    ƒождливость есть оплошность пустых небес. ”ра! ќ пошлость, ты не подлость, ты лишь уют ума.
    ќт боли и от гнева ты нас спасешь потом. ÷елуем, королева, твой бархатный подол!

    10


    Ћень, как болезнь, во мне смыкала круг. ћое плечо вело чужую руку. я, как птенца, в ладони грела рюмку. ѕопискивал ее открытый клюв.
    ’оз€юшка, вы ощущали груда, над мальчиком, заснувшим спозаранку, в уста его, в ту алчущую ранку, отравленную пролива€ грудь?
    ¬друг в нем, как в перламутровом €йце, спала пружина музыки согбенной?  ак радуга - в бутоне краски белой?  ак тайный мускул красоты - в лице?
     ак в —ашеньке - непробужденный Ѕлок? ћедведица, вы дл€ какой забавы в детеныше влюбленными зубами выщелкивали бога, словно блох?

    11


    ’оз€йка налила мне конь€ка: - ¬ас лихорадит. √рейтесь у камина. - ѕрощай, мой ƒождь!  ак весело, как мило прин€ть мороз на кончик €зыка!
     ак крепко пахнет розой от вина! ¬ино, лишь ты ни в чем не виновато. ¬о мне расщеплен атом винограда, во мне горит двух разных роз война.
    ¬ино мое, € твой заблудший кн€зь, прив€занный к двум деревам склоненным. –азъедин€й! Ќе бойс€ же! —о звоном мен€ со мной пусть разлучает казнь!
    я делаюсь все больше, все добрей! —мотрите - € уже добра, как клоун, вам в ноги опрокинутый поклоном! ”ж тесно мне средь окон и дверей!
    ќ господи, кака€ доброта! —корей! ∆алеть до слез! ѕасть на колени! я вас люблю! «астенчивость калеки бледнит мне щеки и кривит уста.
    „то сделать мне дл€ вас хот€ бы раз? ќбидьте! Ќе жалейте, обижа€! ¬от кожа мо€ - гола€, больша€: как холст дл€ красок, чист простор дл€ ран!
    я вас люблю без меры и стыда!  ак небеса, круглы мои объ€ть€. ћы из одной купели. ¬се мы брать€. ћой мальчик, ƒождь! —корей иди сюда!

    12


    ѕрошел по спинам быстрый холодок. ¬ тиши раздалс€ страшный крик хоз€йки. » ржавые, оранжевые знаки вдруг выплыли на белый потолок.
    » - хлынул ƒождь! ≈го ловили в таз. ¬ него впивались веники и щетки. ќн вырывалс€. ќн летел на щеки, прозрачной слепотой вставал у глаз.
    ќтпл€сывал неча€нный канкан. «венел, игра€ с хрусталем воскресшим. ƒом над ƒождем уж замыкал свой скрежет, как мышцы обрывающий капкан.
    ƒождь с выраженьем ласки и тоски, паркет мара€, полз ко мне на брюхе. ¬ него мужчины, поднима€ брюки, примерившись, вбивали каблуки.
    ≈го скрутили тр€пкой половой и выжимали, брезгу€, в уборной. √ортанью, вдруг охрипшей и убогой, кричала €: -Ќе трогайте! ќн мой!
    ќн был живой, как зверь или дит€. ќ, вашим дет€м жить в беде и муке! —лепые, тайн не знающие руки зачем вы окунули в кровь ƒожд€?
    ’оз€ин дома прошептал: - ”чти, еще ответишь ты за эту встречу! - я засме€лась: - «наю, что отвечу. ¬ы безобразны. ƒайте мне пройти.

    13


    ѕугал прохожих вид моей беды. я говорила: - Ќичего. ќставьте. ѕройдет и это. - Ќа сухом асфальте € целовала п€тнышко воды.
    «емли перекал€лась нагота, и горизонт вкруг города был розов. ѕовергнутое в страх Ѕюро прогнозов осадков не сулило никогда.

    ќ«ЌќЅ


    ’вораю, что ли, - третий день дрожу, как лошадь, ожидающа€ бега. Ќадменный мой сосед по этажу и тот вскричал: -  ак вы дрожите, Ѕелла!
    Ќо образумьтесь! —транный ваш недуг колеблет стены и сквозит повсюду. ћоих детей он воспал€ет дух и по ночам звонит в мою посуду.
    ≈му € отвечала: -я дрожу все более - без умысла худого. ј впрочем, передайте этажу, что вечером € ухожу из дома.
    Ќо этот трепет так мен€ трепал, в мои слова вставл€л свои ошибки, моей ногой припл€сывал, мешал губам соединитьс€ дл€ улыбки.
    —осед мой, перевесившись в пролет, следил за мной брезгливо, но без фальши. ≈го € обнадежила: - ѕролог вы наблюдали. „то-то будет дальше?
    ћоей болезни не скучал сюжет! ¬ себе € различала, взгл€дом скорбным, мельканье диких и чужих существ, как в капельке воды под микроскопом.
    ¬се т€желей мен€ хлестала дрожь, вбивала в кожу острые гвоздочки. “ак по осине удар€ет дождь, наказыва€ все ее листочки.
    я думала: как быстро € стою! ѕрочь мускулы несутс€ и резв€тс€! ћое же тело, свергнув власть мою, ведет себ€ свободно и разв€зно.
    ќно все дальше от мен€! ј вдруг оно исчезнет вольно и опасно, как ускользает шар из детских рук и ниточку разматывает с пальца?
    ¬се это мне не нравилось. ¬рачу сказала €, хоть перед ним робела: - я, знаете, горда и не хочу сносить и впредь непослушанье тела.
    ¬рач объ€снил: -¬аша болезнь проста. ќна была б и вовсе безобидна, но ваших колебаний частота преп€тствует осмотру - вас не видно.
    ¬от так, когда вибрирует предмет и велика его движений малость, он зрительно почти сведен на нет и выгл€дит, как слаба€ туманность.
    ¬рач подключил свой золотой прибор к моим предметам неопределенным, и острый электрический прибой охолодил мен€ огнем зеленым.
    » ужаснулись стрелка и шкала! ¬зыграла ртуть в неистовом подскоке! ѕоследовал предсмертный всплеск стекла, и кровь из пальцев высекли осколки.
    ¬стревожьс€, добрый доктор, огл€нись! Ќо он, не озадаченный нимало, провозгласил: - ¬аш бедный организм сейчас функционирует нормально.
    ћне стало грустно. «нала € сама свою причастность к этой высшей норме. Ќе умеща€сь в узости ума, плыл надо мной ее чрезмерный номер.
    », многозначной цифрою мытарств наученна€, нервна€ система, пробившись, как пружины сквозь матрац, рвала мне кожу и вокруг свистела.
    ”родующий кисть огромный пульс всегда гудел, всегда хотел на волю. ¬ конце концов казалось: к черту! ѕусть им захлебнусь, как ѕетербург Ќевою!
    ј по ночам - мозг навостритс€, ждет. —лух так открыт, так взвинчен тишиною, что скрипнет дверь иль книга упадет, и - взрыв! и - все! и - кончено со мною!
    ƒа, € не смела укротить зверей, в мен€ вселенных, жрущих кровь из м€са. ѕри мне всегда сто€л сквозн€к дверей! ѕри мне всегда свеча, вдруг вспыхнув, гасла!
    ¬ моих зрачках, нависнув через край, слезы светлела вечна€ громада. я - все собою портила! я - рай растлила б грозным неуютом ада.
    ¬рач выписал мне должную латынь, и с мудростью, цветущей в человеке, как музыку по нотным зап€тым, ее читала девушка в аптеке.
    » вот теперь разнежен весь мой дом целебным поцелуем валерь€ны, и медицина м€тным €зыком давно мои зализывает раны.
    —осед доволен, третий раз подр€д он поздравл€л мен€ с выздоровленьем через своих детей и, говор€т, хвалил мен€ пред домоуправленьем.
    я отдала визиты и долги, ответила на письма. я гул€ю, особо, с пользой дела€ круги. ¬ина в шкафу держать не позвол€ю.
    ¬округ мен€ - ни звука, ни души. » стол мой умер и под пылью скрылс€. ”ставили во тьму карандаши тупые и неграмотные рыльца.
    », как у побежденного кон€, мой каждый шаг медлителен, стреножен. ¬се хорошо! Ќо по ночам мен€ опасное предчувствие тревожит.
    ћой врач еще мен€ не уличил, но зр€ ему € голову морочу, ведь все, что он леле€л и лечил, € разом обожгу иль обморожу.
    я, как улитка в кост€ном гробу, спасаюсь слепотой и тишиною, но, поболев, пощекотав во лбу, рога антенн воспр€нут надо мною.
    ќ звездопад всех точек и тире, зову теб€, осыпьс€! ѕусть € сгину, подрагива€ в чистом серебре русалочьих мурашек, жгущих спину!
    ”дарь в мен€, как в бубен, не жалей, озноб, € вс€ тво€! Ќе жить нам розно! я - балерина музыки твоей! ўенок оз€бший твоего мороза!
    ѕока еще € не дрожу, о, нет, сейчас о том не может быть и речи. Ќо мой предусмотрительный сосед уже со мною холоден при встрече.

    ѕ–» Ћё„≈Ќ»≈

    ¬ јЌ“» ¬ј–Ќќћ ћј√ј«»Ќ≈


    «ачем? - да так, как вход€т в глушь осин, дл€ тишины и праздности гул€нь€, - не веда€ корысти и желань€, вошла € в антикварный магазин.
    Ќедобро гл€нул старый антиквар.  огда б он не устал за два столеть€ леле€ть нежной ветхости соцветь€, он вовсе б мне дверей не открывал.
    ќн опасалс€ грубого вреда дл€ слабых чаш и хрустал€ больного. ∆ива€ подлость возраста иного была ему враждебна и чужда.
    »збрав мен€ меж прочими людьми, он кротко приготовилс€ к подвоху, и ненависть, мешающа€ вздоху, возникла в нем с мгновенностью любви.
    ћеж тем искала выгоды толпа, и чужеземец, мудростью холодной,
    вникал в значенье люстры старомодной и в руки брал бессв€зный хор стекла.
    Ќедосчитавшись голоска одной, в былых балах утраченной подвески, на грех ее обидевшись по-детски, он заскучал и захотел домой.
    ѕечальную пылинку серебра влекла старуха из глубин юдоли, и т€жела была ее ладони вс€ невесомость быта и добра.
     ака€ грусть - средь сумрачных теплиц разгл€дывать осеннее предсмертье чужих вещей, воспитанных при свете огней угасших и минувших лиц.
    » вот тогда, в открывшейс€ тиши, раздалс€ оклик запаха и цвета: ко мне взывал и ожидал ответа невн€тный жест неведомой души.
    «накомой боли маленький горнист трубил, словно в канун стихосложень€, - так требует предмет изображень€, и ты бежишь, как верный пес на свист.
    я знаю эти голоса ничьи. ќ плач всего, что хочет быть воспето! Ќавзрыд звучит нема€ просьба эта, как крик: - —пасите! - гр€нувший в ночи.
    ќтча€вшись, до крайности дойд€, немое горло просьбу излучало. я ринулась на зов, и дл€ начала сказала €: - Ќе плачь, мое дит€.
    -„то вам угодно? - молвил антиквар. - «десь все мертво и не способно к плачу. - ќн, все еще наде€сь на удачу, плечом мен€ теснил и оттирал.
    —веденные враждой, плечом к плечу сто€ли мы. я отвечала сухо: - ћне, ставшею открытой раной слуха, угодно слышать все, что € хочу.
    - —тупайте прочь! - он гневно повтор€л. Ќ вдруг, средь слабоуми€ сомнений, в уме моем сверкнул случайно гений и выпалил: - ѕодайте тот футл€р!
    - “от ларь? - ‘утл€р. - ‘онарь? - ‘утл€р!
          - ‘ул€р? -ѕомилуйте, футл€р из черной кожи. - ќн бледен стал и закричал: - ќ боже! ¬се, что хотите, но не тот футл€р.
    я вас прошу, € заклинаю вас! ¬ы молоды, вы пахнете бензином! —тупайте к современным магазинам, где так велик ассортимент пластмасс.
    -  ак это мило с вашей стороны, - сказала €, - € не люблю пластмассы. ќн мне польстил: - ¬ы правы и прекрасны. ¬ы любите непрочность старины.
    я сам служу ее календарю. ¬от медальон, и в нем портрет ребенка. ћинувший век. »з€щна€ работа. » все это € вам теперь дарю.
    ...ѕечальный ангел с личиком больным. Ќадземный взор. ѕрилежный лоб и локон. √роза в июне. ¬оспаленье в легком. » тьма небес, закрывшихс€ за ним...
    - ћне горестей своих не занимать, а вы хотите мне вручить причину оплакивать всю жизнь его кончину и в горе обезумевшую мать?
    - “огда сервиз на двадцать шесть персон! - воскликнул он, надеждой озаренный. - ¬ нем сто предметов ценности огромной. Ѕерите даром - и вопрос решен.
    - ака€ щедрость и какой сюрприз! Ќо двадцать п€ть моих гостей возможных всегда в гост€х, в бегах неосторожных. —о мной одной соскучитс€ сервиз.
     ак сто предметов € могу развлечь? ѕомилуй бог, мне не по силам это. Ќет, € ценю единственность предмета, вы знаете, о чем веду € речь.
    - ак € устал! - промолвил антиквар. - ћне двести лет. ћо€ душа истлела. Ѕерите все! ћне все осточертело! ѕусть все мое теперь уходит к вам.
    » он открыл футл€р. » на крыльцо из мглы сеней, на долю из темницы €вилс€ свет, и опалил ресницы, и это было женское лицо.
    Ќе по чертам его - по черноте, - сжегшей ум, по духоте пространства € вычислила, сколь оно прекрасно, еще до зрень€, в первой слепоте.
    √уб полусмехом, полумраком глаз лицо ее внушало мысль простую: утратить разум, кануть в тьму пустую, просить руки, проситьс€ на  авказ.
    “ам - соблазнить ленивого стрелка сверкающей открытостью затылка, раз навсегда - и все. —трельба затихла, и в небе то ли бог, то ль облака.
    -я молод был сто тридцать лет назад. - проговорилс€ антиквар печальный. - —квозь зелень лиц, по желтизне песчаной € каждый день ходил в тот дом и сад.
    ќ, € любил ее не первый год, целу€ воздух и камень€ сада, когда проездом - в ад или из ада - вдруг объ€вилс€ тот незваный гость.
    ¬ы √аннибала помните? ћастак он был в делах, достиг чинов немалых, но € о том, что правнук √аннибалов случайно оказалс€ в тех местах.
    “уземным мраком гор€чо дыша, он прыгнул в дверь. ¬ое вмиг переместилось. ѕрислуга, как в грозу, перекрестилась. » обмерла тогда мо€ душа.
    „ужой сквозн€к ударил по стеклу. Ўкаф отвечал разбитою посудой. ѕове€ло паленым и простудой. —веча погасла. √ость присел к столу.
     огда же вновь зате€ли огонь, склонившись к ней, перемешавшись разом, он всем опасным африканским рабством потупилс€, как укрощенный конь.
    я ей шепнул: - ѕозвольте, он урод. ’оть ростом скромен, и на том спасибо. -¬ы думаете? - так она спросила. - ћне кажетс€, совсем наоборот.
    “ри дн€ гостил, весь кротость, доброта, любой совет считал себе приказом. ј уезжа€, вольно пыхнул глазом и засме€лс€ красным пеклом рта.
    — тех пор €вилс€ горестный намек в лице ее, в его простом пор€дке. Ќад непосильным подвигом разгадки трудилс€ лоб, а разгадать не мог.
     огда из сна, из глубины тепла всплывала в ней незр€ча€ улыбка, она пугалась, будто бы ошибка лицом ее допущена была.
    Ќо нет, € не уехал на  авказ, я сваталс€. ќна мне отказала. Ќе изменив намерений нимало, € сваталс€ второй и третий раз.
    ¬ столетье том, в тридцать седьмом году, по-моему, зимою, да, зимою, она скончалась, не послав за мной)) без видимой причины и в бреду.
    Ѕессмертным став от гор€ и любви, € ведаю этим ничтожным храмом, толкую с хамом и торгую хламом, затер€нный меж богом и людьми.
    Ќо € утешен мнением молвы, что все-таки убит он на дуэли. - ќн не убит, а вы мне надоели, - сказала €, - хоть не виновны вы.
    ѕростите мне желание руки владеть и вз€ть. ѕоделим то и это. ћне - суть предмета, вам - краса портрета: в награду, в месть, в угоду, вопреки.
    —тарик спросил: - я вас не вверг в печаль признаньем в этих бедах небывалых? -Ќет, вспомнилс€ мне правнук √аннибалов, - сказала €, - мне лишь его и жаль.
    ј если вдруг, вкусивший всех наук, читатель мой заметит справедливо: - ¬се это ложь, изложенна€ длинно. - ќтвечу €: -  онечно, ложь, мой друг.
    ¬есьма бы усложнилс€ трезвый быт, когда б так поступали антиквары, и жили вещи, как живые твари, а тот, другой, был бы и впр€мь убит.
    Ќо нет, портрет живет в моем дому! » звон стекла! » лепет туфель бальных! » мрак свечей! » правнук √аннибалов к сему причастен - суд€ по всему.

    √Ћј¬ј »« ѕќЁћџ


    I


    Ќачну издалека, не здесь, а там, начну с конца, но он и есть начало. Ѕыл мир как мир. » это означало все, что угодно в этом мире вам.
    ¬ той местности был лес, как огород, - так невелик и все-таки обширен. “ам, прихотью младенческих ошибок, все было так и все наоборот.
    Ќа маленьком пространстве тишины был дом как дом. » это означало, что женщина в нем головой качала и рано были лампы зажжены.
    “ам труд был легок, как урок письма, и кто-то - мы еще не знали сами - замаливал один пред небесами наш грех несовершенного ума.
    ¬ том равновесье меж добром и злом был он повинен. » земл€ летела неосторожно, как она хотела, пока свеча горела над столом.
    ѕрощалось и невежде и лгуну - кака€ разница? - пред белым светом, позволив нам не хлопотать об этом, он искупал всеобщую вину.
     огда же им оставленный пробел возник над миром, около восхода, толчком заторможенна€ природа переместила т€жесть наших тел.
    ќбъединенных бедною гурьбой, врасплох нас наблюдала необъ€тность, и наших недостоинств непригл€дность уже никто не возмещал собой.
    ¬ тот дом езжали многие. » те два мальчика в рубашках полосатых без робости вступали в палисадник с малиною, темневшей в темноте.
    ћне доводилось около бывать, но € чужда привычке современной налаживать контакт несоразмерный, в знакомстве быть и им€ называть.
    ѕо вечерам мне выпадала честь смотреть на дом и обращать молитву на дом, на палисадник, на малину- то им€ € не смела произнесть.
    —то€ла осень, и она была лишь следствием, но не залогом лета. “огда еще никто не знал, что эта окружность года не была кругла.
    —урово избега€ встречи с ним, € шла в деревь€, в неизбежность встречи, в простор его лица, в прот€жность речи... Ќо рифмовать пред именем твоим? ќ, нет.
    ќн неожиданно вышел из убогой чащи переделкинских дерев поздно вечером, в окт€бре, более двух лет назад. Ќа нем был грубый и опр€тный костюм охотника: синий плащ, сапоги и белые в€заные варежки. ќт нежности к нему, от гордости к себе € почти не видела его лица - только €рко-белые вспышки его рук во тьме слепили мне уголки глаз. ќн сказал: "ќ, здравствуйте! ћне о вас рассказывали, и € вас сразу узнал". » вдруг, вложив в это неожиданную силу переживани€, взмолилс€: "–ади бога! »звините мен€! я именно теперь должен позвонить!". ќн вошел было в маленькое здание какой-то конторы, но резко вернулс€, и из кромешной темноты мне в лицо ударило, плеснуло €ркой светлостью его лица, лбом и скулами, люминесцирующими при слабой луне. ћен€ охватил сладко-лед€ной, шекспировский холодок за него. ќн спросил с ужасом: "¬ам не холодно? ¬едь дело к но€брю?" - и, смутившись, неловко вп€тилс€ в низкую дверь. ѕрислон€сь к стене, € телом, как глухой, слышала, как он говорил с кем-то, словно настойчиво оправдыва€сь перед ним, окружал его заботой и любовью голоса. —пиной и ладон€ми € впитывала диковинные приемы его речи -нарастающее пение фраз, доброе восточное бормотание, обращенное в невн€тный трепет и гул дощатых перегородок. я, и дом, и кусты вокруг неча€нно попали в обильные объ€ти€ этой округлолюбовной, величественно-деликатной интонации. «атем он вышел, и мы сделали несколько шагов по заросшей пн€ми, сучь€ми, изгород€ми, чрезвычайно неудобной дл€ ходьбы земле. Ќо он как-то легко и по-домашнему ладил с кор€вой бездной, сгустившейс€ вокруг нас, - с вып€ченными, дешево сверкающими звездами, с впадиной на месте луны, с грубо поставленными, неуютными деревь€ми. ќн сказал: "ќтчего вы никогда не заходите? ” мен€ иногда бывают очень милые и интересные люди - вам не будет скучно. ѕриходите же! ѕриходите завтра". ќт низкого головокружени€, овладевшего мной, € ответила почти надменно: "Ѕлагодарю вас.  ак-нибудь € непременно зайду".
    »з леса, как из-за кулис актер, он вынес вдруг высокопарность позы, при этом не выгадыва€ пользы у зрител€ - и руки распростер.
    ќн сразу был театром и собой, той древней сценой, где прекрасны речи. —ейчас начало! √аснет свет! —квозь плечи уже мерцает фосфор голубой.
    - ќ, здравствуйте! ¬едь дело к но€брю - не холодно ли? - вот и все, не боле.  ак он играл в единственной той роли всемирной ласки к люд€м и зверью.
    ¬от так играть свою игру - шут€! всерьез! до слез! навеки! не лукав€! - как он играл, как, молоко лака€, играет с миром зверь или дит€.
    - ѕрощайте же! - так петь между людьми не прин€то. Ќо так поют у рампы, так завершают монолог той драмы, где речь идет о смерти и любви.
    ”ж занавес! ”ж освещает тьму! ≈ще не все: - “ак заходите завтра! - ќ тон гостеприимного азарта, что ведом лишь грузинам, как ему.
    Ќо должен быть такой на свете дом, куда войти - не знаю! невозможно! » потому, навек неосторожно, € не пришла ни завтра, ни потом.
    я плакала меж звезд, дерев и дач - после спектакл€, в гаснущем партере, над первым предвкушением потери так плачут дети, и велик их плач.

    II


    ќн утверждал: "ћежду теплиц и льдин, чуть-чуть южнее ра€, на детской дудочке игра€, живет вселенна€ втора€ и называетс€ - “ифлис".
    ќжог глазам, рукам - простуда, любовь мо€, мой плач - “ифлис! ѕрироды вогнутый карниз, где бог капризный, впав в каприз, над миром примостил то чудо.
    ¬озник в моих глазах туман, брала разбег мо€ ошибка, когда тот город зыбко-зыбко лег полукружьем, как улыбка благословенных уст “амар.
    Ќе знаю, дл€ какой потехи сомкнул он надо мной овал, поцеловал, околдовал на жизнь, на смерть и наповал- быть вечным узником ћетехи.
    ќ, если бы из вод  уры не пить мне! » из вод јрагвы не пить!
    » сладости отравы не ведать! » лицом в те травы. не падать!
    » вернуть дары, что ты мне, √рузи€, дарила! Ќо поздно! ”ж отпит глоток, и вечен хмель, и видит бог, что сон мой о тебе - глубок, как јлазанска€ долина.

    Ћ”√ «≈Ћ≈Ќџ…


    “екст к телевизионному фильму режиссера ј. –емиашвили "Ћуг зеленый". «а кадром читала Ѕ. јхмадулина.

    ¬—“”ѕЋ≈Ќ»≈


    ≈ще не рассвело во мгле экрана.  ак чистый холст, он ждет поры своей. ѕустой экран увидеть так же странно, как услыхать безмолвную свирель.
    Ќо в честь того, что есть луга с росою, экран зажжетс€, расцветут холсты. ¬с€ наша жизнь - свиданье с красотою и бесконечный поиск красоты.

    √ќ–ќƒ


    ќ зритель, ты бывал в “билиси? “ам в пору наших холодов цветут растени€ в теплице проспектов, улиц и садов.
    “ам ты найдешь друзей надежных. ѕусть дружба их теб€ хранит. “ам жил да был один ’удожник...
    ¬прочем, дорифмовать мне придетс€ потом, сейчас некогда, потому что ’удожник - вот он, перед ¬ами, вон тот, который разговаривает с ƒевушкой. ѕотом он пойдет по улице, встретит знакомых, поговорит с ними о том, о сем. Ќо € знаю, что он все врем€ думает о своей работе и, если заснет, он увидит ее во сне. Ёто бывает с каждым из нас, только у нас с ¬ами сво€ работа, а у ’удожника - сво€. ¬се, что он видит, так или иначе св€зано с холстом, который еще не начат. ƒавайте посмотрим, что происходит с ’удожником, или в ’удожнике, пока он не вз€л в руки кисть...
          ƒевушка уходит, но, разумеетс€, она скоро вернетс€. ќна очень много значит дл€ нашего ’удожника, но он пока этого не знает...
          ...¬згл€ните на этого незнакомца. ≈ще раз взгл€ните. ’орошо, что ¬ы познакомились, - ¬ам еще предстоит встретитьс€...
          Ётого человека с цветами ¬ы тоже скоро увидите... ’очу предупредить ¬ас, что при следующей встрече эти милые, почтенные и вполне реальные тбилисские жители могут показатьс€ ¬ам несколько странными и причудливыми. ƒело в том, что в следующий раз ¬ы увидите их такими, какими увидит их ’удожник.  то знает, какими вид€т нас художники? ј ведь они нас непременно вид€т, иначе бы мы не узнавали себ€ или что-то свое в их полотнах, книгах или в кино...
          Ќу, что ж, художники всегда вид€т нас, а мы на этот раз будем подгл€дывать за ’удожником...

    ћј—“≈–— јя


    ѕонаблюдаем за экраном, а холст пусть ждет своей поры, как будто мы в игру играем, и вот ¬ам правила игры.
    ѕоверьте мне, как € ¬ам верю, » следуйте за мной теперь. ≈сть тайна за запретной дверью, а мы откроем эту дверь,
    ¬ойдем в простор чужих владений! ’удожник наш вот-вот заснет. ¬ы - зрители его видений, а € в них - ¬аш экскурсовод.
    «аснул ’удожник. ’олст не начат, меж тем идет куда-то он. „то это значит? Ёто значит, что наш ’удожник входит в сон.
    ј нам, по волшебству кино, увидеть сон его дано.

    «≈Ћ≈Ќџ… Ћ”√


    «еленый луг - всему начало, он - всех, кто есть, и все ж - ничей. », музыку обознача€, растет цветок-виолончель.
    —мотрите, глаз не отрыва€! “рамвай - по лугу? ¬здор какой! Ќаверно, слышит звон трамва€ ’удожник, сп€щий в мастерской?
    ¬се это - не на самом деле. ” сновидений свой закон. Ќо по проспекту –уставели ¬ам этот человек знаком.
    «ачем он здесь - дл€ нас загадка. ћы разгадаем этот кадр. Ќет музыки без музыканта и, значит, это - музыкант.
    ѕусть он не видит в этом смысла. ќн странен и чудаковат. ќн так ’удожнику приснилс€ и в этом он не виноват.
    ’удожник то стоит, то ходит, коль он не хочет рисовать, а музыкант играть не хочет, € перестану рифмовать.
    Ќо в чем же смысл, и выход где же? Ќе верьте! Ёто пуст€ки. –ука поэтов пишет реже, чем их душа творит стихи.
    ѕорой искусство-это доблесть до времени не вз€ть смычка иль ждать, пока созреет образ, сокрытый в глубине зрачка.

    ƒ≈¬”Ў ј


    ’удожник смотрит в даль пространства. ј истина - близка, проста. ≈е лицо вовек прекрасно. ¬ ней - весть любви, в ней - суть холста.
    ¬згл€ните, сколько красок дивных таит в себе обычный день. ¬ершат свой вечный поединок ’удожник и его модель.
    »х завершенный холст рассудит, мне этот труд не по плечу. »грает этот, тот рисует, ¬ы смотрите, а € - молчу.
    «ачем часы? «атем, наверно, что даже в забыть€ своем мы все во времени живем и слышим: к нам взывает врем€.
    Ћюбой - его должник и должен долг времени отдать трудом, и наше назначенье в том, и ты рисуй, рисуй, художник
    ”же струна от нат€жень€ устала. ћузыкант, играй! ѕрилежный маленький трамвай, трудись, не прерывай движень€!
    –асчетом суетного жеста не вникнуть в тайну красоты. Ќеисчислимо совершенство. ’удожник, опрометчив ты.
    “ы зр€ моим речам не внемлешь. ¬згл€ни на ƒевушку. ќна - твое прозрение, и в ней лишь гармони€ воплощена.
    ѕостигло истину простую тех древних зодчих мастерство. Ќу, что же, чем сложней раздумье, тем проще вывод из него.
    ¬от наш знакомый. ќн, во-первых, - садовник, во-вторых, влюблен, и, значит, в-третьих, он - соперник того, кому приснилс€ он.
    Ќе знает он, что это - ћуза. ’удожник ждет ее давно. ¬ нерасторжимость их союза нам всем вмешатьс€ не дано.
     ак бескорыстна€ копилка, вбирает сон событь€ дн€. Ќо в шутке этого конфликта ¬ы разберетесь без мен€.
    » без мен€ геро€м тесно на этом маленьком лугу. ¬ам не наскучил автор текста? ¬от он умолк - и ни гу-гу.

    √ќ–ќƒ


    ѕривет ¬ам! —нова все мы в сборе, но нет ни луга, ни травы. ’удожник и —адовник в ссоре, зато не в ссоре € и ¬ы.
    Ќадеюсь, ¬ас не раздражает, что луг сменилс€ мостовой? Ћюбой исконный горожанин во сне вернетс€ в городовой.
    „ужие сны мы редко смотрим. ѕусть это спорно и смешно - мы посмеемс€ и поспорим, когда окончитс€ кино.
    ј это кто еще со стулом? ѕока ’удожник не заснул, он видел стул. ѕотом заснул он и вновь увидел тот же стул.
    » наши с ¬ами сновидень€ порой запутаны, сложны, а сны ’удожника цветнее, диковинней, чем наши сны.
    ѕоэтому, без колебань€, ¬ас заклинаю, как друзей: завидев в кадре надпись "Ѕан€", ¬ы ни на миг не верьте ей.
     ак эпизод ни странен, € бы сказала: суть его проста! «десь только вывеска - от €ви, все остальное-прихоть сна.
     огда ’удожник холст зате€л, он видел струны и смычок. Ѕыл в пам€ти его затер€н оркестр, печальный, как сверчок.
    ѕриснилс€ он совсем не к месту - сверчок, забывший свой шесток. ќплошность мы простим оркестру за то, что музыку исторг.
    —омнень€ лишние отбросьте, не так загадка мудрена, - мы в сне чужом всего лишь гост€ и наше дело сторона.
    Ћик. ј ’удожник ищет блика. Ѕывало ль с ¬ами то, что с ним? ѕорой прекрасное так близко, а мы зачем-то вдаль гл€дим.

    ћќ–≈


    ѕогрезим о морском просторе! “ам синь, си€нье, там весна. ’оть в сне чужом увидеть море - и то заманчиво весьма.
    ј вот и добрый друг растений, жарой полуденной томим. ќн, кажетс€, и сам растер€н, что снитс€ именно таким.
    «ачем он согласилс€ сн€тьс€? јх, беспокойство, маета! ѕричем здесь лошадь и возница? » форм античных чистота?

    — ”Ћ№ѕ“”–ј


    ƒрузь€, победа и блаженство! ќ сновидень€ произвола ’удожник ищет совершенства-- неужто он его нашел?
    ”дел художникам поэта наверно именно таков: у классики просить совета, ответа ждать от мастеров,
    –азъ€та€ на части цельность- лишь символ творческих невзгод. ’удожник ищет драгоценность гармонии - и он найдет.
    ѕрекрасный, цельный образ мира взойдет пред ним когда-нибудь. Ѕоюсь, что € ¬ас утомила. ѕозвольте мне передохнуть.

    «≈Ћ≈Ќџ… Ћ”√


    Ћуг зеленый, чистый дождик... ћожет, в этом выход твой? „то же ты, наш друг ’удожник, поникаешь головой?
    ѕесенка еще не спета, не закончены труды. Ќе послушать ли совета неба, дерева, травы?
    “ы дошел до поворота, от сомнений изнемог. —лушай - вечна€ природа подает тебе намек.
    ¬никни взгл€дом просветленным в прелесть женского лица и прочти в листе зеленом тайну нотного листа.

    ’”ƒќ∆Ќ» 


    ¬ы скажете, что не разумен. ћой довод, но сдаетс€ мне, что тот, кто на€ву рисует, порой рисует и во сне.
    ¬с€ эта маленька€ повесть- попытка догадатьс€, как вершит ’удожник т€жкий поиск и что живет в его зрачках.
    » вы не будьте слишком строги к тому, что на экран легло. “ем более, что эти строки мне доставались нелегко.
    —мотрите, если интересно, побудьте без мен€ сейчас. Ќе думал вовсе автор текста, что он догадливее ¬ас.

    ћќЌќЋќ√ ’”ƒќ∆Ќ» ј


    ’удожник медлит, дело к полдню. —рок сна его почти истек. я голосом моим наполню его безмолвный монолог.
    "я мучалс€, искал, € страждал собою стать, и все ж не стал. я спал, но напр€женьем страшным € был объ€т, покуда спал.
    ќтча€вшись и снова вер€, € видел луг, и на лугу мен€ не отпускало врем€, и € был перед ним в долгу.
    ’отел € стать светлей и выше всего, чем и недавно был. » снова ничего не вышло. я холст напрасно погубил".
    ќн самому себе экзамен не сдал. Ќо все это смешно. ќн спит и потому не знает, что это - сон или кино.
    ќн выхода пока не видит. Ћежит, упав лицом в траву. ¬о сне - не вышло. ћожет, выйдет немного позже, на€ву.

    ƒ≈¬”Ў ј


    ћы рассуждаем про искусство. Ќо речь пойдет и о любви. »наче было б очень скучно следить за этими людьми.
    ¬згл€ни внимательней, пристрастней: холсты, луга, стихи, леса - все ж не бессмертней, не прекрасней живого юного лица.
    Ќе знаем мы, что будет дальше, что здесь всерьез, а что игра. Ќо пожелаем им удачи, любви, искусства и добра.

    √ќ–ќƒ


     ажетс€, на этот раз ’удожник обрел то, что искал. ј что будет с ним в следующий раз, - мы не узнаем, разве что приедем в “билиси и придем к нему в мастерскую. Ќе взыщите, если эта истори€ показалась ¬ам замысловатой. “ак или иначе - она кончаетс€. Ќо помните - € задолжала ¬ам одну рифму.
    ќ зритель, ты бывал в “билиси? “ам в пору наших холодов цветут растени€ в теплице проспектов, улиц и садов.
    “ам ты найдешь друзей надежных. ѕусть дружба их теб€ хранит. “ам жил да был один ’удожник, который всех благодарит за благосклонное внимание...

    ћќя –ќƒќ—Ћќ¬Ќјя


    ќ“ ј¬“ќ–ј


    ¬ычисл€€ свою родословную, € не имела в виду сосредоточить внимание читател€ на долгих обсто€тельствах именно моего возникновени€ в мире: это было бы слишком самоуверенной и несовременной попыткой. я хотела, чтобы героем этой истории стал „еловек, любой, еще не рожденный, но как - если бы это было возможно - страстно, нетерпеливо желающий жизни, истомленный ее счастливым предчувствием и острым морозом тревоги, что оно может не сбытьс€. ќт сколького он зависит в своей беззащитности, этот еще не существующий ребенок: от малой случайности и от великих военных трагедий, нанос€щих человечеству глубокую рану ущерба. Ќо все же он выиграет в этой борьбе, и сильна€, гор€ча€, вечно прекрасна€ ∆изнь придет к нему и одарит его своим справедливым, несравненным благом.
          ѕроверив это удачей моего рождени€, ничем не отличающегос€ от всех других рождений, € обратилась благодарной пам€тью к реальным люд€м и событи€м, от которых оно так или иначе зависело.
          ƒевичь€ фамили€ моей бабушки по материнской линии - —топани - была привнесена в –оссию италь€нским шарманщиком, который положил начало роду, ставшему впоследствии совершенно русским, но все же прочно, во многих поколени€х украшенному €ркой чернотой волос и глубокой, выпуклой теменью глаз. –одной брат бабушки, чье доброе вли€ние навсегда определило ее судьбу, јлександр ћитрофанович —топани, стал известным революционером, сподвижником Ћенина по работе в "»скре" и съездам –—ƒ–ѕ. –азумеетс€, эти стихи, упоминающие его им€, скажут о нем меньше, чем живые и точные воспоминани€ близких ему людей, из коих многие ныне здравствуют.
          ƒед моего отца, т€жко терпевший свое казанское сиротство в лихой и многотрудной бедности, именем своим объ€сн€ет простой секрет моей татарской фамилии.
          Ћюди эти, познавшие испытани€ счасть€ и несчасть€, допустившие к милому миру мои дыхание и зрение, представл€ютс€ мне прекрасными - не больше и не меньше прекрасными, чем все люди, живущие и гр€дущие жить на белом свете, вершащие в нем непреклонное добро “руда, —вободы. Ћюбви и “аланта.

    1


    ...» € спала все прошлые века светло и тихо в глубине природы. ¬ сырой земле, черней черновика, души моей лишь намечались всходы.
    ѕрекрасна мысль - их поливать водой! ћой стебелек, желающий прибавки, выт€гивать магнитною звездой- поторопитесь, прадеды, прабабки!
    „итатель милый, поиграй со мной! ћы два столеть€ вспомним в этих играх. ѕредставь себе: стоит к тебе спиной мой дальний предок, непреклонный »грек.
    Ћицо его пустынно, как пустырь, не улыбнетс€, слова не проронит. ¬сех сыновей он по миру пустил, и дочери он монастырь пророчит.
    я говорю ему: - —тарик дурной! “вой лютый гнев чь€ доброта поправит? я б разминутьс€ предпочла с тобой, но все ж ты мне в какой-то мере прадед.
    ¬ унылой келье дочь губить не смей! ¬едь, если ты не сжалишьс€ над нею, как много жизней сгинет вместе с вей, и € тогда родитьс€ не сумею!
    ќн удивлен и говорит: - „ур, чур! “ы кто? –ассейс€, слаба€ туманность! - я говорю: - я - нечто. я - чуть-чуть, гр€дущей жизни маленька€ малость.
    » нет мен€. Ќо как хочу € быть! ƒождусь ли дн€, когда мой первый возглас опустошит гортань, чтоб пригубить, о жизнь, твой острый, бьющий в ноздри воздух?
    ¬озражение »грека:
    - Ќе дождешьс€, шиш! » в том € кл€нусь кривым котом, приоткрывшим глаз зловещий, худобой вороны вещей, крыль€ вскинувшей крестом, жабой, в тине разомлевшей, смертью, тело одолевшей, белизной ее белейшей на кладбище роковом.
    ѕримечание автора:
    ћежду прочим, € дождусь, в чем торжественно кл€нусь жизнью вечной, влагой вешней, каждой веточкой расцветшей, зверем, деревом, жуком и высоким животом той прекрасной, первой встречной, женщины добросердечной, полной тайны бесконечной, н красавицы притом.
    - ѕомолчи. я - вечный »грек. Ѕезрассудна речь тво€, ѕусть € изверг, пусть € ирод, €-то - есть, а нет - теб€. » не будет!  ак не будет с дочерью моей греха.  ак усопших не разбудит восклицанье петуха. ’олод мой твой пыл остудит. Ќе бывать тебе! ’а-ха.

    2


     аков мерзавец! ѕусть он держит речь. Ќет полномочий у его злодейства, чтоб тесноту природы уберечь от новизны гр€дущего младенца.
    ѕускай договорит он до конца, простак недобрый, так и не прознавший, что уж слетают с отчего крыльца два локотка, два крылышка прозрачных.
    јх, италь€нка, девочка, пра-пра- прабабушка! Ќеправедны, да правы поправшие все правила добра, любви твоей, проступки и забавы.
    ѕоникни удрученной головой! ѕоверь лгуну! Ќе промедл€й сомнень€! Ќе он, а €, € - искуситель твой, затем, что алчу € возникновень€.
    —паси мен€! Ќе плачь и не т€ни! ќтдай себ€ на эту злую милость! ќтсутству€ в таинственной тени, небытием моим € утомилась.
    » там, в моей дожизни неживой, смертельного € натерпелась страху, пока теб€ учил родитель твой: "Ќе смей! Ќе знай!" - и по щекам с размаху.
    Ќа волоске вишу! ј вдруг тверда окажетс€ науки той твердын€? » все. ѕривет. Ќе быть мне ни-ко-гда. Ќо, мила€, ты знала, что творила,
    когда в окно, в темно, в полночный сад ты канула давно, неосторожно. ј он - так глуп, так мил и так усат, что, право, невозможно... невозможно...
    Ѕлагословл€ю в райском том саду и дерева, и €блоки, и зми€, и ту беду, бог весть в каком году, и грешницу по имени ћари€.
    ƒа здравствует твой слабый, чистый след и дальновидный подвиг той ошибки! ¬ернетс€ через полтораста лет к моим губам прилив твоей улыбки.
    Ќо беговым суровым облакам не жалуйс€! ¬от вырастет твой мальчик - наплачешьс€. ќн вступит в балаган. ќн обезь€ну купит. ќн - шарманщик.
    ѕрощай же! ќн прощаетс€ с тобой, и € прощусь. ѕрости нас, италь€нка! ћне нравитс€ шарманщик молодой. и обезь€нка не чужда таланта.
    ѕесенка шарманщика:
    ¬ саду личинка выжить стараетс€. —анта Ћючи€, мне это нравитс€!
    √орсточка мусора- т€жесть кармана. «дравствуйте, музыка и обезь€на!
    ћила€ √ену€ н€нчила мальчика, думала - гени€, вышло - шарманщика!
    ≈сли нас улица петь об€зала, пой, мо€ умница, пой, обезь€на!
    —колько народу) ћы с тобой - невидаль. —тража, как воду, ловит нас неводом.
    ƒобрые люди, в гуще базарной, ах, как вам любы мы с обезь€ной!
    ’очетс€ мускулам в дали лет€щие ринутьс€ с музыкой, спр€танной в €щике.
    јх, есть причина, всему причина, —а-а-нта-а Ћю-у-чи€, —анта-а Ћюч-и€!

    3


    ”ж € не знаю, что его влекло: корысть, иль блажь, иль зов любви неблизкой, но некогда в российское село - ура, ура! - шут прибыл италийский.
    ј кстати, хороша бы € была, когда бы он не прибыл, не прокралс€. » солнцем ты, »тали€, светла, и морем ты, »тали€, прекрасна.
    Ќо, будь добра, шарманщику не снись, так властен в нем зов твоего соблазна, так влажен образ твой между ресниц. что он - о, ужас! - в дальний путь собралс€.
    Ќе отпускай его, земл€ мо€! Ѕудь он неладен, странник одержимый! ¬ конце концов он доведет мен€, что € рожусь вне родины родимой.
    ≈ще мне только не хватало: ждать себ€ так долго в нет€х нелюдимых, мужчин и женщин стольких утруждать рожденьем предков, мне необходимых,
    и не рождатьс€ столько лет подр€д, - рожусь ли? - все игра орла и решки, - и вот непоправимо, невпопад, в чужой земле, под звуки чуждой речи,
    вдруг по€витьс€ дл€ жить€-быть€. —пасибо. Ќет. ћне не подходит это. ¬о-первых, € - тогда уже не €. что очень усложн€ет суть предмета.
    Ќо, если б даже, чтобы стать не мной, а кем-то, был мне гнусный пропуск выдан, - все ж не хочу свершить в земле иной мой первый вдох и мой последний выдох.
    “ам и останусь, где душе моей сулили жизнь, безжизньем истомили и бросили на произвол теней в домарксовом, нематерь€льном мире.
    Ќо € шучу. ѕредупредить решусь: отвергнув брем€ немощи досадной, во что бы то ни стало € рожусь в своей земле, в апреле, в день дес€тый. ...»так, сто двадцать восемь лет назад в –оссии остаетс€ мой шарманщик.

    4


    ќдновременно нужен азиат, что нищенствует где-то и шаманит.
    ќн пригодитс€ только через век. ѕока ж - пускай он по задворкам ходит, старье берет или вершит набег, пускай вообще он делает, что хочет.
    ќн в узкоглазом племени своем так узкоглаз, что все давались диву, когда он шел, черно кос€ зрачком, большой ноздрей принюхива€сь к дыму.
    ќн нищ и гол, а все ж ему хвала! ќн сыт ничем, живет нигде, но р€дом- его меньшой сынок јхмадулла, как солнышком, си€ет желтым задом.
    —и€й, играй, мой друг јхмадулла, расти скорей, гл€ди продолговато. ј дальше так пойдут твои дела: твой сын ¬алей будет отцом јхата.
    јхатовной мне быть наверн€ка, €витьс€ в мир, как с прив€зи сорватьс€, и усеченной полумглой зрачка все ж выразить открытый взор слав€нства.
    ¬ольное изложение татарской песни:
    ћне скакать, мне в степи озиратьс€, разор€ть караваны во мгле. Ќезапам€тный дух азиатства т€жело колобродит во мне.
    ћы в костре угольки шуровали.  ак врага, € ловил ее в плен.  ак тесно облегли шаровары золотые мечети колен!
    Ѕыстроту этих глаз, чуть косивших, €, как птиц, целовал на лету. —емью семь ее черных косичек обратил € в одну темноту.
    ¬ поле - пахарь, а в воинстве - воин будет тот, в ком воскреснет мой прах. —редь живых-прав навеки, кто волен, средь умерших - бессмертен, кто прав.
    Ёге-гей! Ёта жизнь неизбывна!  ак свежо мне в ее ширине! » ликует, и свищет зазывно, и тр€сет бородой шурале.

    5


    ћеж тем шарманщик странно поражен лицом р€бым, косицею железной: чуть голубой, как сабл€ из ножон, двор€ночкой худой и бесполезной.
    Ѕедн€жечка, она несла к венцу лба узенького детскую прыщавость, котора€ была ей так к лицу и за которую ей все прощалось.
    ј далее все шло само собой: сближались лица, упадали руки, и в сумерках губернии глухой старели дети, подрастали внуки.
    ÷ерквушкой бедной перекрещена, упрощена пол€ми да степ€ми, уже по-русски, удар€€ в "а", звучит себе фамили€ —топани.
    ќ, старина, начало той семьи - две барышни, чь€ маленька€ повесть печальна€ осталась там, вдали, где ныне пусто, лишь трава по по€с.
    “о ль италь€нца темна€ печаль, то ль этой жизни мертвенна€ скудость придали вечный холодок плечам, что шалью не утешить, не окутать.
     ак матери влюбленна€ корысть над вашей красотою колдовала! Ўарманкой деда вас не укорить, придавлена приданым кладова€.
    Ќо ваших уст не украшает смех, и не придать вам радости приданым. ѕребудут в мире ваши жизнь и смерть недобрым и таинственным преданьем.
    Ќедуг неимоверный, дл€ чего ты озарил своею вспышкой белой не гени€ просторное чело, а двух детей рассудок неумелый?
    ¬ какую малость целишь свой прыжок, словно в ѕомпею слабую - ¬езувий? Ќе слишком ли огромен твой ожог дл€ лобика ќфелии безумной?
    ”ченые жить скупо да с умом, красавицы с огромными глазами сошли с ума, и милосердный дом их обр€жал и орошал слезами.

          —правка об их болезни:
    "—правка выдана в том..." ќ, как гром в этот дом бьет огнем и метель колесом колесит. –анит голову грохот огромный. » в тон там, внизу, голос€т голоски клавесин. ќ сестра, дай мне льда. ”ж пробил и пропел час полуночи. Ћьдом заострилась вода. ќстудить моей пам€ти черный пробел - дай же, дай же мне белого льда. —ловно мост мой последний, пылает мой мозг, острый остров сиротства замкнув навсегда. ќ Ќаташа, сестра, мне бы лед так помог! ƒай же, дай же мне белого льда. ћалый разум мой вырос в огромный мотор, вкруг себ€ он вращает людей, города. Ќе распутать мне той карусели моток. ƒай же, дай же мне белого льда. ¬ пекле казни горю »оанною д'јрк, свист зевак, лай собак, а € так молода. ќкеан Ћедовитый, пошли мне свой дар! ƒай же, дай же мне белого льда! —правка выдана в том, что чрезмерен был стон в малом горле. Ќо ныне беда - позабыта. «емл€ утешает их сон милосердием белого льда.

    7


     онец столеть€. –езкий крен основ. ¬олненье. „то там? ¬ыстрел. ћешанина. ѕронзительный русалочий озноб вдруг потр€сает тело мещанина.
    ѕредчувствие серьезной новизны томит € возбуждает человека. ¬ тревоге пред-войны и пред-весны, в тумане вечереющего века
    мерцает лбом симбирский гимназист, и, шир€сь там, меж ¬олгою и Ћеной, тот свежий свет так остросеребрист и так существенен в судьбе вселенной.
    “ем временем —топани јлександр ведет себ€ опально и престранно. ƒрузей своих он увлекает в сад, и речь его опасна и пространна.
    ќн говорит: - ѕрекрасен человек, прин€вший дар дыхани€ и зрень€. ¬ его колен€х спит гр€дущий бег и в разуме живет инстинкт творень€.
    ¬се дл€ него: ему назначен мед земных растений, труд ему угоден. Ќо все ж он бездыханен, слеп и мертв до той поры, пока он не свободен.
    ѕока его хранимый богом враг ломает пр€мизну его коленей и пример€ет шутовской колпак к его морщинам, выдающим гений,
    пока к его дыханию приник смертельно-душной духотою гор€ железного мундира воротник, сомкнувшийс€ вкруг пушкинского горла.
    Ќо все же он познает торжество пред вечным правосудием природы. ”ж дерзок он. —тесн€ет грудь его желание движень€ и свободы.
    ѕусть завершитс€ зрелостью дерев младенчество зеленого побега. ѕусть нашу волю обостр€ет гнев, а нашу смерть вознаградит победа.
    Ѕыть может, этот монолог в саду неточно € передаю стихами, но точно то, что в этом же году был арестован јлександр —топани.
     омментарии жандарма:
    ¬сем, кто бунты разжигал, - всем студентам (о стыде-то не подумают), жидам, и певцу, что пел свободу, и глупцу, что быть собою об€зательно желал, - всем отвечу €, жандарм, всем € должное воздам.
    ¬сех, кто смелостью повадок пос€гает на пор€док высочайших правд, парадов, - вольнодумцев непри€тных, а поэтов и подавно, - € их всех тюрьмой порадую и засов задвину сам. ¬ чем кл€нусь верностью государю
          императору и здоровьем милых дам.
    ќ распущенность природы! ƒети в ней - и те пророки, красок €ркие мазки возбуждают все мозги. Ћиковала, оживала, напустила в белый свет леопарда и жирафа, Ћеонардо и ƒжордано, все кричит, имеет цвет. —лава богу, власть жандарма все, что есть, сведет на нет.

          (ѕримечание автора:
    ћежду прочим, тот жандарм ждал награды, хлеб жевал, жил неважно, кончил плохо, не заметила эпоха, как подох он. Ќикто на похороны ни копеечки не дал.) «нают люди, знают дети: € - бессмертен. я - жандарм. ј тебе на этом свете по€витьс€ € не дам.
     аков мерзавец! ѕусть болтает вздор, повелевают вечность и мгновенность- земле лететь, вершить глубокий вздох и соблюдать свою закономерность.
     ак надобно, ведет себ€ земл€ уже в пределах нового столеть€, и в май маевок бабушка мо€ несет двух глаз огромные соцветь€.
    „то голосок той девочки тверд€т, и плечики на что идут войною? Ќад нею вновь смыкаетс€ вердикт: "¬иновна ли?" - "ƒа, т€гостно виновна!"
    ѕо следу брата, веру€ ему, она вкусила пыль дорог прот€жных, переступала из тюрьмы в тюрьму, привыкла к монотонности прис€жных.
    » скоро уж на мужниных щеках в два солнышка закатитс€ чахотка. Ќо есть все основани€ считать: она грустит, а все же ждет чего-то.
    ¬ какую даль теперь ее везут небыстрые подковы –осинанта? Ќо по тому, как снег берет на зуб, как любит, чтоб сверкал и расстилалс€, € узнаю твой облик, росси€нка. ¬ глазах черно от белого си€нь€!  ак холодно!  ак лошади несут!
    ¬ыходит. ¬друг - мороз ей нов и чужд. —угробов белолобые тел€та к ладон€м льнут. ћладенческа€ чушь смешит уста. » нежно и чуть-чуть в ней в полщеки прогл€нет италь€нка, и в чистой мгле ее лица та€тс€ движени€ неведомых причуд.
    ¬се ждет. » ей-то страшно, то смешно. » похудела. —мотрит остроносо куда-то ввысь. Ћицо усложнено всезнающей улыбкой астронома!
    ¬ ней сильный пульс играет вкось и вкривь. ≈й все нужней, все т€желей работа. ћне кажетс€, что скоро гр€нет крик доселе неизвестного ребенка.

    9


    √р€нь и ты, мес€ц первый, ќкт€брь, на твоем повороте мгновенном электричеством бьет по локт€м острый угол меж веком и веком.
    ”знаю изначальный твой гул, оглашающий древние оводы, по огромной округлости губ, называющих им€ —вободы.
    ќ, три слога! –ев сильных широт отворенной гортани!  ак в красных и предельных объемах шаров - тесно воздуху в трех этих гласных.
    √р€нь же, гр€нь, новорожденный крик той —вободы! Ќавеки и разом - распахни треугольный тупик, образованный каменным рабством.
    ѕодари отпущение мук тем, что бились о стены и гибли, - там, в ћихайловском, замкнутом в круг, там, в просторно-угрюмом ≈гипте.
    ƒай, —вобода, высокий твой верх видеть, знать в небосводе затихшем, как бредущий в степи человек близость звезд ощущает затылком.
    ѕриближай свою ласку к земле, совершающей дивную дивность, навсегда предрешившей во мне свою боль, и любовь, и родимость.

    10


    Ќу что ж. ”же все ближе, все верней расчет, что попаду € в эту повесть, конечно, если по€витьс€ в ней мне »грека не помешает пропек.
    ¬се непременным чередом идет, двадцатый век наводит свой пор€док, подрагивает, словно самолет, предслыша небо серебром лопаток.
    ј та, что перламутровым белком гл€дит чуть вкось, чуть невпопад и странно, ступивша€, как дети на балкон, на край любви, на острие пространства,
    та, над которой в горлышко, как в горн, дудит апрель, насытивший скворешник, - нацеленный в мен€, прости ей, гром! - она мне мать, и перемен скорейших ей предстоит удача и печаль.
    ј ты, о ∆изнь, мой мальчик-непоседа, спеши вперед и понукай педаль открывшего крыла велосипеда.
    ѕусть роль свою сыграет азиат - он белокур, как бела€ ворона, как гончую, его влечет азарт по следу, вдаль, и точно в те ворота,
    где ждут его, где восприн€ть должны двух острых скул опасность и подарок. ќкруглое дит€ из тишины по€витс€, как слово из помарок.

    11


    я - скоро. Ќо покуда нет мен€. я - где-то там, в преддверии природы. ¬от-вот окликнут, разрешат - и € с готовностью возникну на пороге.
    я жду рождень€, € спешу теперь, как посетитель в т€гостной приемной, пробить бюрократическую дверь всем телом - и предстать в ее проеме.
    ”жо рожусь! ≈ще не рождена. ≈ще не пала веща€ щеколда. Ќикто не знает, что € - вот она, темно, смешно. јпчхи! ¬ носу щекотно.
    ¬от так играют дети, пр€чась в шкаф, испытыва€ радость отдалень€. —ейчас расхохочусь! Ќет сил! » ка-ак вдруг вывалюсь вам всем на удивленье!
    “аюсь, т€нусь, претерпеваю рост, вломлюсь птенцом гор€чим, косоротым - ловить губами воздух, словно гроздь, наполненную спелым кислородом.
    —равнитс€ ль бледный холодок актрис, трепещущих, что славы не добьютс€, с моим волненьем среди тех кулис, в потемках, за минуту до дебюта!
    ≈ще не знает речи голос мой, еще не сбылс€ в легких вздох голодный. ћир наблюдает смутной белизной, сурово излучаемой галеркой.
    ( ак € смогу, как € сыграю роль усильем безрассудства молодого? ќ, перейти, превозмога€ боль, от немоты к началу монолога!
     ак стеклодув, чьи сильные уста взрастили дивный плод стекла простого, играть и знать, что жизнь тво€ проста и выдох твой имеет форму слова.
    »ль как печник, что, краснотою труб замаранный, сидит верхом на доме, захохотать и ощутить свой труд блаженною усталостью ладони.
    “ак пусть же гр€нет тот театр, тот бой меж "да" и "нет", небытием и бытом, где человек об€зан быть собой и каждым нерожденным и убитым.
    —воим добром он возместит земле всех сыновей ее, в ней погребенных. ¬ершит всевечный свой восход во мгле огромный, голый, золотой –ебенок.)
    ”ж выход мой! ћурашками, спиной предчувствую прыжок свой на арену. ”же объ€влен год тридцать седьмой. —ейчас, сейчас - дадут звонок к апрелю.

          –еплика доброжелател€:
    ќ нечто, крошка, пустота, еще не девочка, не мальчик, ничто, чужого пуст€ка пустой и маленький туманчик! «ачем, неведомый радист, ты шлешь сигналы пробуждень€? ѕовремени и не родись, не попади в беду рождень€. Ќераспр€мленный организм, закрученный кривой пружинкой, о, образумьс€ и очнись! я - умник, много лет проживший, - € говорю: потом, потом тебе родитьс€ будет лучше. ј не родишьс€ - что же, в том все ж есть свое благополучье. ѕомедли двадцать лет хот€ б, утешьс€ беззаботной ленью, блаженной слепотой кот€т, столь равнодушных к утопленью. „то так не терпитс€ тебе, и, как птенец в тюрьме скорлупок, ты спешку точек и тире все выбиваешь клювом глупым? „ем плохо там - во тьме пустой, где нет тебе ни слез, ни гор€?  уда ты так спешишь? ѕостой! –одитс€ что-нибудь другое.

          ѕримечание автора:
    јх, умник! » другое пусть родитс€ тоже непременно, - всей музыкой озвучен пульс, пр€м позвоночник, как антенна. Ќо дл€ чего же мне во вред ему пройти и стать собою? „то ж, он займет весь белый свет своею малой худобою? ћне отведенный кислород, которого € жду веками, неужто он до дна допьет один, огромными глотками? ћоих друзей он станет звать своими? ¬се наглей, все дальше они там будут жить, гул€ть и про мен€ не вспомн€т даже? ј мой родимый, верный труд, в глаза гл€д€щий так тревожно, чужою властью новых рук ужели приручить возможно? Ќу, нет! ¬ какой во тьме пустой? —ам там сиди. ƒовольно. ƒудки. Ќаскучив мной, мен€ в простор выбрасывают виадуки! » в солнце, среди синевы расцветшее, нацел€сь мною, мен€ спускают с тетивы стрелою с тонкою спиною. ¬еселый центробежный вихрь мен€ из круга вырвать хочет. ќ ∆изнь, в твою орбиту вник мен€ таинственный комочек! “вой золотой круговорот так призывает к полнокровью, словно сладчайший огород, красно дразн€щий рот морковью. ќ ∆изнь любима€, пускай потом накажешь всем и смертью, но только выуди, поймай, достань мен€ своею сетью! ƒай выгадать мне белый свет - одну-единственную пользу! - ѕрипомнишь, дура, мой совет когда-нибудь, да будет поздно. «ачем ты ломишьс€ во вход, откуда нет освобождень€? ¬едь более удачный год ты сможешь выбрать дл€ рождень€.  ак безопасно, как легко, вне гнева века или ветра - не стать. » не прин€ть лицо, талант и им€ человека.

    12


     аков мерзавец! Ќо, средь всех затей, любой наш год - утешен, обнадежен неистовым рождением детей, мельканьем ножек, пестротой одежек. » в их великий и всемирный рев, захлебом насыща€ древний голод, гортань прорезав чистым острием, вонзилс€ мой, сжегший губы голос! ѕусть вечно он благодарит теб€, земл€ мен€ исторгша€, родна€, в печаль и в радость, и в трубу труб€, н в маленькую дудочку игра€. ћне нравитс€, что ∆изнь всегда права, что празднует в ней вечна€ повадка - топырить корни, ставить дерева и меж ветвей готовить плод подарка. ѕребуду в ней до кра€, до конца, а пред концом - воздам благодаренье всем девочкам, слетающим с крыльца, всем люд€м, совершающим творенье.

    13


    „то еще вам сказать? я не знаю, € одобрена вами иль справедливо и бегло оха€на. Ќо пронос€тс€ пусть надо мной ваши лица и ваши слова. Ќаписала все это јхмадулина
          Ѕелла јхатовна.
          √од рождени€ - 1937. ћесто
          рождени€ -
          город ћосква.

    * ѕ≈–≈¬ќƒџ *



          Ќиколоз Ѕараташвили

    ћ≈–јЌ»


    ћчитс€  онь - без дорог, отверга€ дорогу любую. ¬след мне каркает ворон злоокий: живым € не буду. ћчись, ћерани, пока не паду € на землю сырую! — ветром бега смешай моих помыслов мрачную бурю!
    Ќет предела тебе! Ћишь прыжка опрометчивость
          страстна€ - Ќад водою, горою, над бездною бедстви€ вс€кого. ћой лет€щий, лети, сократи мои муки и странстви€. Ќе жалей, не щади твоего безрассудного всадника!
    ѕусть отчизну покину, лишу себ€ друга и сверстника, Ќе увижу родных и любимую, сладкоречивую, - Ќо и в небе чужбины звезда моей родины светитс€, “олько ей € поведаю тайну страдани€ чистую!
    ¬се, что в сердце осталось, - влеку € во мглу голубую, ¬се, что в разуме живо, - безумному бегу дарую! — ветром бега смешай моих помыслов мрачную бурю! ћчись, ћерами, пока не паду € на землю сырую!
    ѕусть не ведать мне ласки родного кладбища пустынного, “ени предков со мной не подел€тс€ миром и славою! „ерный ворон мне роет могилу средь пол€ постылого. » останки костей моих будут дл€ вихр€ забавою.
    Ќе сойдутс€ родные - простить мне грехи и провинности, Ќе заплачет любима€ - крикнут голодные коршуны! ћчись, ћерани, вперед, за пределы судьбы мен€ вынеси, Ќе бывал € покорным и впредь не узнаю покорности!
    ѕусть отвергнутый всеми и прокл€тый всеми, умру €. ¬раг судьбы - презираю раз€щую силу слепую! ћчись, ћерани, пока не упал € на землю сырую! — ветром бега смешай моих помыслов мрачную бурю!
    Ќе бесплодно стремленье души обреченной и раненой! ћой собрат небывалый продолжит прыжок мой над
          пропастью. Ќеспроста, о ћерани, не зр€, не впустую. ћерани мой, ћы полет затевали, гнуша€сь расчетом и робостью!
    ћчитс€  онь - без дорог, отверга€ дорогу любую. ¬след мне каркает ворон злоокий: живым € не буду. ћчись, ћерани, пока не паду € на землю сырую! — ветром бега смешай моих помыслов мрачную бурю!

          √алактион “абидзе

    ѕќЁ«»я-ѕ–≈∆ƒ≈ ¬—≈√ќ


    ќ друзь€, лишь поэзи€ прежде, чем вы, прежде времени, прежде мен€ самого, прежде первой любви, прежде первой травы, прежде первого снега и прежде всего.
    Ќаши души белеют белее, чем снег. «анимаетс€ день у окна моего, л приходит поэзи€ прежде, чем свет, прежде —вети-÷ховели и прежде всего.
    „то же, город мой милый, на ласку ты скуп? Ћишь последнего жду € венка твоего, и уже заклинань€ срываютс€ с губ: ∆изнь, и —мерть, и ѕоэзи€ - прежде всего.

    “≈Ѕ≈ “–»Ќјƒ÷ј“№ Ћ≈“


    “ебе тринадцать лет. ќ старость этих двух рук моих! ќ добрый мир земной, где детские уста всех арифметик тринадцать раз смеютс€ надо мной! я путаюсь в тринадцати решень€х - как весело!  ак голова седа! “ринадцать пуль отлей мне, оружейник, н столько ж раз € погублю себ€. ќ девочка, ребенок с детским жестом, привставша€ над голубым м€чом, как смело ты владеешь вечно женским и мудрым от рождени€ плечом. я возведен - о точность построень€! - причудой несчастливого числа в тринадцатую степень постарень€. ќ, как, шутник, тво€ слеза чиста!

    ѕ≈–—» ќ¬ќ≈ ƒ≈–≈¬ќ


    ќп€ть смеркаетс€, и надо, пока не смерклось и светло, следить за ув€даньем сада сквозь запотевшее окно.
    ƒавно ли, примина€ гравий, € здесь бродил, и на виду, словно букет меж чистых граней, сто€ло дерево в цвету.
     ак иноземна€ царевна, казало странные черты, и пахли горько и целебно им оброненные цветы.
    ≈го плодов рум€ный сахар € собирал между ветвей. ќно сме€лось - добрый знахарь той детской радости моей.
    » все затем, чтоб днем печальным смотреть неме€, не дыша, как в легком выдохе прощальном возноситс€ его душа.
    » - все охвачено верченьем, круженьем, и в глазах темно.  ак будто в небе предвечернем, в саду моем красным-красно.
    —иротства огненный оттенок ложитс€ на лицо и грудь, обозначаетс€ на стенах в кирпич окрашенна€ грусть.
    я сам, как дерево седое, внутри оранжевой каймы над пламенем .и над водою стою в предчувствии зимы.

    ћ≈–»


    ¬енчалась ћери в ночь дождей, и в ночь дождей € прокл€л ћори. Ќе мог € отворить дверей, восставших между мной и ей, и € поцеловал те двери.
    я знал - там упадают ниц, колечком палец награждают. ѕослушай! “ак кольцуют птиц! –абынь так рабством утруждают!
    Ќо € забыл твое лицо! “вой профиль нежный, твой дикарский, должно быть, темен, как крыльцо ненастною порой декабрьской?
    » ты, должно быть, на виду толпы заботливой и праздной проносишь белую фату, как будто траур безобразный?
    Ќе хорони мен€! я жив! я счастлив! я любим судьбою!  ак запах приторен, как лжив всех роз твоих... Ќо бог с тобою.
    Ќе ведал €, что говорю, - уже рукою обрученной и головою обреченной она склонилась к алтарю.
    » не было на них суда - на две руки, лет€щих мимо... ќ, как € молод был тогда.  ак стар теперь. я шел средь дыма,
    вкруг дома твоего плутал, во вс€кой сомневалс€ вере. —то лет прошло. », как платан, стою теперь.  то знает, ћери,
    зачем мне показалось вдруг, что нищий €? - » в эту осень € обезумел - перстни с рук € поснимал и кинул оземь?
    «ачем "ћогильщика" € пел? «ачем средь луж огромных плавал? » холод бедственный терпел, и "я и ночь" читал и плакал?
    ј дождик лил всю ночь и лил все утро, и во мгле опасной все плакал €, как старый Ћир, как бедный Ћир, как Ћир прекрасный.

    —Ќ≈√


    Ћишь бы жить, лишь бы пальцами трогать, лишь бы помнить, как подле моста снег по-женски закидывал локоть, и была его кожа чиста.
    ”важать драгоценную важность снега, павшего в руки твои, и нести в себе зимнюю влажность и такое терпенье любви.
    ƒа уж поздно. ќ мила€! —тыну и старею. ќ взлет наших лиц - в снегопаданье, в бархат, в пустыню, как в уют старомодных кулис.
    Ѕыло ль это?  ак чисто, как крупно снег летит... », наверно, как встарь, с €нварем побрататьс€ нетрудно. Ќо минуй мен€, брат мой, €нварь.
    ѕролетание и прохожденье- твой урок € усвоил, зима. ”вод€щее в вечность движенье омывает нас, сводит с ума.
    ƒорога€, с каким снегопадом € теб€ отпустил в белизну в синем, синеньком, синеватом том пальтишке - одну, о одну?
    “воего € не выследил следа и не выгадал выгоды нам - € следил расстилание снега, его склонность к лиловым тонам.
     ак подумаю - радуг неровность, гром небесный, и звезды, и дым - о, кака€ нависла огромность над печальным сердечком твоим.
    Ќо с тех пор, властью всех твоих качеств, снег целует и губит мен€. ќ запинок, улыбок, чудачеств снегопад среди белого дн€!
    “ы мен€ не утешишь свободой, и в великом терпенье любви всею белой и синей природой ты ложишьс€ на плечи мои.
     ак снежит... » стою € под снегом на мосту, между двух фонарей, как под плачем твоим, как под смехом, как под вечной заботой твоей.
    ¬се играешь, метелишь, хлопочешь. —жальс€ же, наконец, надо мной - как-нибудь, как угодно, как хочешь, только дай разминутьс€ с зимой.

    ќ–Ћџ ”—Ќ”Ћ»


    ¬от сказки первые слова: орлы уснули, как орл€та, и у орлов в часы заката ко сну клонитс€ голова.
    ќрлы, прошу вас, не теперь, нет, не теперь смежайте очи! Ќо спите - и огонь средь ночи походкой женской входит в дверь.
    ¬ дверь ваших гор и облаков кулак оранжевый стучитс€, и знает, что беда случитс€, семейство прозорливых сов.
    Ќо спите вы, как детвора, там, в ваших сумерках неверных, и трубы ваших снов военных молчат, не говор€т: "ѕора!"
    ќ плам€, не обидь орла! —пасутс€ маленькие птахи, меж тем, как обгор€т на плахе два величавые крыла.
    Ќо поздно! ѕерь€ их на треть ожог губительный отметил. Ќе дай мне бог, как птицам этим, проснутьс€, чтобы умереть.
    — веселой алчностью орды пл€сал пожар, и птиц оравы влетали, и у вод јрагвы поникли головой орлы.
    "я видел ворона. ƒрожа от низости, терзал он тело, что брезговать землей умело и умерло",-сказал ¬ажа.

    — ќ–≈≈ - «Ќјћ≈Ќј!


    —ветает! » огненный шар раскаленный встает из-за мор€...
          —корее - знамена! ¬озжаждала воли душа и, раннею ранью, отвесной тропою, раненой ланью спеша,
          летит к водопою... “ерпеть ей осталось немного.
          —корее - знамена! —лава тебе, муку прин€вший и павший в сражении вит€зь!  лич твой над нами витает: - »дите за мною, за мною! —ветает! —омкнитесь, сомкнитесь, сомкнитесь! «намена, знамена...
          —корее - знамена!

    ѕЋј“јЌџ Ў»Ќƒ»—»


    — чем платаны Ўиндиси сравню? — чем сравню той поры несравненность? ≈е утро, ведущее к дню, ее детских молитв откровенность?
    — чем теб€ € сравню, мо€ мать? „то ж не брошусь € к скважинам, щелкам, к окнам, чтобы на миг увидать, как идешь, как белеешь ты шелком?
    ќ платаны в Ўиндиси моем! я не пон€л закона простого - да, напомнит одно о другом, но одно не заменит другого.
    “ак о детстве всерьез и шут€ € заплакал, отверженный странник. ”ж не €, а иное дит€ его новый и милый избранник.
    Ќет замены вокруг ничему: ни пичужке порхающей в выси, ни цветку, ни лицу моему, ни платанам в далеком Ўиндиси.

    x x x


    ћир состоит из гор, из неба и лесов, мир-это только спор двух детских голосов.
    «емл€ в нем и вода, вопрос в нем и ответ. Ќа вс€кое "о, да!" доноситс€ "о, нет!".
    —реди зеленых трав, где шествует страда, как этот мальчик прав, что говорит "о, да!".
     ак девочка права, что говорит "о, нет!", и правы все слова, и полночь, и рассвет.
    “ак в лепете детей враждуют "нет" и "да", как и в душе моей, как и во всем всегда.

    Ќј“ЁЋј »« ÷»ЌјЌƒјЋ»


    я птицей был, мне разрешалось, как в небо, ринутьс€ в силок. я ринулс€ - и все смешалось: Ќатэла, ÷инандали, жадность к тебе, о виноградный сок.
    «ачем € вырвалс€, Ќатэла? «ачем освободил крыла?  огда € вышел, ночь светлела, была уже светлым-светла.
    ”же рассветный ветер дунул, и птиц возникли голоса, и € о “инатин подумал и к небу обратил глаза.
    ј в небе было звезд так мало, так нежно было и светло, там все качалось, уплывало и повторитьс€ не могло...

    »« –ј—— ј«јЌЌќ√ќ Ћ”Ќќ…...


      реке подходит маленький олень и лакомство воды лакает. Ќо что ж луна так медлит, так лукавит, и двинутьс€ ей бо€зно и лень!
    ”жель и дл€ нее, как дл€ мен€, дождатьс€ дн€ и на свету погибнуть- все ж веселей, чем, не дождавшись дн€, вас, небеса грузинские, покинуть.
    ѕока закат и сумерки длинны, € ждал ее - после дневной разлуки, и свет луны, как будто звук луны, € принимал в прот€нутые руки.
    я знал наперечет ее слова, и вот они: - ѕолночною порою в печали - зла и в нежности - слаба, о √рузи€, € становлюсь тобою.
    » мне, си€вшей меж твоих ветвей, твоих небес отведавшей однажды, о √рузи€, без свежести твоей как дальше быть, как не устать от жажды?
    Ќет, никогда границы стран иных не голубели так, не розовели. Ќикто еще из сыновей земных не плакал так, как плакал –уставели.
    ≈ще дит€ - он жил в моих ночах, он был мне брат, не как другие брать€, и уж смыкались на его плечах прекрасного несчасти€ объ€ть€.
    Ќет, никогда границы стран иных... - € думала, - и, как сосуд, как ваза с одним цветком средь граней лед€ных, си€ли подо мной снега  авказа.
    «десь јмирани бедствие терпел, и здесь освобожден был јмирани, и женский голос сетовал и пел, и царственные старцы умирали.
    ...“ак и внимал € лепету луны, и был восход исходом нашей встречи. » вот € объ€снил вам эти речи, пока закат " сумерки длинны.

    x x x


    ¬се желтое становитс€ желтей, и радуга семь раз желта над нами, и россыпь драгоценных желудей все копит дуб и нежит меж корн€ми.
    ¬се - в паутине, весело смотреть, как бьетс€ в ней природа пред зимою. —частлив рыбак, который эту сеть наполнил золотою чешуею.
    ѕока в дубах стозвонный звон стоит и шум летит над буркою јрсена, прикосновеньем осень осенит все то, что было неприкосновенно.

    x x x



          “ициан “абадзе
    Ѕрат мой, дл€ пень€ пришли, не дл€ распрей, дл€ преклонень€ колен пред землею, дл€ восклицань€: - ѕрекрасна€, здравствуй, жизнь мо€, ты обожаема мною!
     то там в ћухрани насытил марани алою влагой?  ем солонце ведомо, чтоб в оси€нных долинах јрагви зрела и близилась алавердоба?
     то-то другой и умрет, не заметив, смертью займетс€, как будничным делом... ќ, что мне делать с величием этим гор, обращающих карликов в дэвов?
    √осподи, слишком велик виноградник! ѕроще в постылой чужбине скитатьс€, чем этой родины неверо€тной видеть красу и от слез удержатьс€.
    √де еще √рузи€ - √рузии кроме?  рай мой, ты прелесть и крайн€€ крайность!
    „то понукает движение крови в жилах, как ты, мо€ жизнь, мо€ радость?
    ≈сли рожден € - рожден не на врем€, а навсегда, обожатель и раб твой. —мерть € снесу, и бессмерти€ брем€ не утомит мен€... ∆изнь мо€, здравствуй!

          √еоргий Ћеонидзе

    ћќ… ѕјќЋќ » ћќ… “»÷»јЌ


    —клон ”дзо высокой луной оси€н. „то там происходит? –азмолвка, помолвка у соловьев?  ак поют, “ициан!  ак майска€ ночь неогл€дна, ѕаоло!
    ¬ином не успел € наполнить стакан, не вышло! ћоими слезами он полом. ¬о здравье, ѕаоло! «а жизнь, “ициан! я выжил! «ачем, “ициан и ѕаоло?
    ¬ином поминальным € хлеб окропил, но мне ваших крыл не вернуть из полета на грешную землю, где горек мой пир. Ёгей, “ициан! „то мне делать, ѕаоло?
    ѕошел бы за вами - да бог уберег. ¬от вход в небеса - да не знаю парол€. я пел бы за вас - да запекс€ мой рот. ќдин подниму у пустого порога слезами моими наполненный рог, о брать€ мои, “ициан и ѕаоло...

    x x x


    „его еще ты ждешь и хочешь, врем€?  аких стихов ты требуешь, ответствуй! ƒай мне поко€! », покоем ве€, дай мне воды, прозрачной и отвесной.
    «ачем вкруг вью духоту смыкаешь? Ќет крыл моих. Ќет исцелень€ ранам. ќдин стою. ќ, что ты сделал,  аин! “вой мертвый брат мне приходилс€ братом.

    x x x


     ак в  аспийской воде изнывает лосось, на камн€х добывает ушибы и раны и тоскует о том, что кипело, неслось, и туманилось, и называлось: јрагви, - так т€нусь € к тебе, о возлюбленный край! ќтчий край, приюти в твоем будущем русле мою душу-вместилище скорби и ран. ѕомещусь ли € в искре твоей, помещусь ли?

          —имон „иковани

    Ќј„јЋќ


    ќ стихи, € бы вас начинал, начина€ любое движенье. я бы с вами в ночи ночевал, € бы с вами вступал в пробужденье. Ќо когда лист бумаги так бел, так некстати уста молчаливы.  ак € ваших приливов робел!  ак оплакивал ваши отливы! ≈сли был € присвоить вас рад, вы свою охран€ли отдельность. –аз, зате€в пустой маскарад, вы моею любимой оделись. Ѕыли вы - то глухой водоем, то подснежник на клумбе ледовой, и болели вы в теле моем, и текли у мен€ из ладоней. ¬ас всегда уносили плоты, вы погоне моей не давались, и любовным плесканьем плотвы вы мелькали и в воду скрывались. “ак, пока мой затылок седел и любимой любовь угасала, € с пустыми руками сидел, ваших ласк не отведав нимало. ¬идно, так голубое лицо звездочет к небесам обращает, так девчонка тер€ет кольце, что ее с женихом обручает. ¬от уже завершаетс€ круг. ѕрежде сердце живее стучало. » перо выпадает из рук и оп€ть предвкушает начало.

    ћќ–— јя –ј ќ¬»Ќј


    я, как Ўекспир, доверюсь монологу в честь раковины, найденной в земле. “ы послужила морю молодому, теперь верни его звучанье мне.
    Ќет, древний череп € не вз€л бы в руки. ¬ нем знак печали, вечной и мирской. ј в раковине - воскресают звуки, умершие средь глубины морской.
    ќна, как кель€, приютила гулы и шелест флагов, буйный и цветной. » шепчут ее сомкнутые губы, и сам –иони говорит со мной.
    ќ раковина, € твой голос вещий хотел бы в сердце обрести своем, чтоб соль морей и песни человечьи собрать под перламутровым крылом-
    » сохранить средь прочих шумов - милый шум детства, различимый в тишине. ѕусть так и будет. » на дне могилы пусть все звучит и бодрствует во мне.
    ѕускай твой кубок звуки разливает и все же ими полнитс€ всегда. ѕусть развлечет мен€ - как развлекает усталого погонщика звезда.

    x x x


    ƒве округлых улыбки - “елети и ÷хнети, и  умиси и Ћиси - два чистых зрачка. ќ, назвать их оп€ть! » названи€ эти затрудн€ют гортань, как избыток глотка.
    ѕодставл€ю ладонь под щекотную каплю, что усильем всех мышц высекает гора. Ќе пора ль мне, прибегнув к алгетскому камню, высечь точную мысль красоты и добра?
    “их и женственен мир этих сумерек слабых, но  ура не вполне обновила волну и, как дуб, затвердев, помнит вспыльчивость сабель, бег верблюжьих копыт, означавший войну.
    Ётот древний туман также полон - в нем стрелы многих луков пробили глубокий просвет. ќн и € - мы лишь известь, скрепивша€ стены вкруг картлийской столицы на тыс€чу лет.
    — кем сражусь на восходе и с кем на закате, чтоб хранить равновесье двух разных огней: солнце там, на ћтацминде, луна на ћахате, совмещенные в небе любовью моей.
    ќтпиваю мацони, слежу за лесами, небесами, за посветлевшей водой. ”ж с √омборской горы упадает в »сани первый луч - неумелый, совсем молодой.
    —колько в этих горах € камней пересилил! » тесал их и мучил, как слово лепил. ѕревозмог и освоил цвет белый и синий. “еплый воздух и иней равно € любил.
    » еще что € выдумал: ветку оливы € жестоко и нежно привил к миндалю, поместил ее точно под солнце и ливни. » все выдумки эти “билиси дарю.

    ћ≈“≈’»


    Ќад ћетехи € звезды считал, письменам их св€щенным дивилс€- ¬ небесах, как на древних щитах, € разгадывал знаки девиза.
    ћне всегда объ€сн€ла одно эта клинопись с отсветом синим - будто бы не теперь, а давно, о ћетехи, € был твоим сыном.
    “ы мен€ создавал из ребра, из каменьев твоих сокровенных, € наказывал мне серебра не жалеть дл€ нар€дов военных.
    ѕораженный монгольской стрелой, € дышал так прощально и слабо под твоей крепостною стеной, где навек успокоилс€ јбо.
    «а ћахатской горой много дней ты мен€ окунал во туманы, колдовской паутиной твоей врачевал мои бедные раны.
    » когда-то спасенный тобой, € пришел к тебе снова, ћетехи. ¬орожи над моей головой, обнови золотые доспехи.
    ќдари же, как прежде, мен€ ћорским облаком и небесами, подведи под уздцы мне кон€, чтоб скакать над холмами »оанн.
    ј когда доскажу все слова и вздохну так прощально и слабо, пусть коснетс€ мо€ голова головы опечаленной јбо.

    ѕ–≈ –ј“»ћ Ё“» –≈„»

    Ќј ћ»√...


    ѕрекратим эти речи на миг, пусть и дождь свое слово промолвит и средь тутовых веток немых очи дремлющей птицы промоет.
    √де-то р€дом, у глаз и у щек, драгоценный узор уже соткан- шелкопр€ды мотают свой шелк на зап€сть€ верийским красоткам.
    ¬с€ дрожит золота€ блесна, и по милости этой погоды так далека€ юность близка, так свежо ощущенье свободы.
    ќ, ходить, как € хаживал, впредь и твердить, что пора, что пора ведь в твои очи сквозь слезы смотреть и шиповником пальцы поранить.
    “ак си€й своим детским лицом! «наешь, нравитс€ мне в этих грозах, как сто€т над жемчужным €йцом аистихи в затопленных гнездах.
     ак миндаль облетел и намок! ƒождь дорогу марает и моет- это он подает мне намек, что не столько € стар, сколько молод.
    —лышишь? - в тутовых ветках немых голос птицы свежее и резче. ѕрекратим эти речи на миг, лишь на миг прекратим эти речи.

    Ќј ЌјЅ≈–≈∆Ќќ…


    я в семь часов иду - так повелось - по набережной, в направленье дома, и продавец лукавый папирос мне смотрит вслед задумчиво и долго.
    — лотком своим он на углу стоит, уставитс€ в мен€ и не мигает. Ѕудь он неладен, взбалмошный старик. „то знает он, на что он намекает?
    ќ, неужели ведомо ему, что, человек почтенный и семейный, в своем дому, в своем пустом дому, томлюсь € от чудачеств и сомнений?
    я чиркну спичкой - огонек сырой возникнет. я смотрю на это тленье, и думы мои брод€т над  урой, как бы стада, что ищут утолень€.
    “е €сени, что посадил ¬ажа, € перенес в глубокую долину, и нежность мо€ в корни их вошла, и щедро их цветеньем одарила.
    я сердце свое в тонэ закалил, и сердце стало вспыльчивым и буйным. - » все ж порою из последних сил т€нул € л€мку - одинокий буйвол.
    ќ старость, приговор твой отмени и детского не обмани доверь€. Ќе трогай палисадники мои, кизиловые не побей деревь€.
    ѕозволь, € закатаю рукава. ќт молодости € изнемогаю - пока живу, пока растет трава, пока люблю, пока стихи слагаю.

    ќ“ Ё“ќ√ќ ѕќ–ќ√ј...


    ќт этого порога до того работы переделал € немало. „инары € сажал - в честь твоего лица, что мне увидеть предсто€ло-
    ѕока € отыскал твои следы и шел за ними, призванный тобою, состарилс€ €. ¬олосы седы. —тупни мои изнурены ходьбою.
    » все ж от этой улицы до той € собирал оброненные листь€, и наблюдали пристально за мной прохожих озадаченные лица.
    “о солнце жгло, то дождик лил - всего не перескажешь. “ак длинна дорога от этого порога до того и от того до этого порога.
    » все-таки в том стареньком дому все нашими населено следами, и где-то там, на чердаке, в дыму, лежит платок с забытыми слезами.
    ќт этого и до того огн€ ты шила мне мешок дл€ провианта, “ы звездную одела на мен€ рубаху. “ы мешок мой провер€ла.
    ќт этого порога до того € шел один среди жары и стужи, к бокам коней прикладывал тавро, и воду пил, толок € воду в ступе.
    я плыл по рекам и не знал - куда, и там, пока плыла мо€ пирога, € слышал, как глаголила  ура, - от этого и до того порога.

    ќЋ≈Ќ» Ќј √”ћЌ≈


    я молод был. я чужд был лени. ’леб молотил € на гумне. я их упрашивал: - ќлени! ќлени, помогите мне!
    ќни послушались. » славна работали мы дотемна. ќ, как сме€лись мы, как сладка дышали запахом зерна!
    Ќас солнце красное касалось и отражалось в их рогах. –ога € трогал - и казалась, что солнце € держу в руках.
    ƒома виднелись. »х фасаду закат загл€дывал в лицо. » вдруг, подобна€ фазану, невеста вышла на крыльцо.
    я ей сказал: - ќ, совпаденье! “ы тоже здесь? “ы - на€ву? Ќо будь со мной, как сновиденье, когда засну, упав в траву.
    “ы мне привидишьс€ боса€, боса€, на краю гумна. Ќо, косы за плечи броса€, ты выйдешь за пределы сна.
    » € скажу тебе: "ќденем олен€м на рога цветы. Ќапьемс€ молоком оленьим иль буйвольим - как хочешь ты".
    ћеж тем смеркаетс€, и вилы кресть€нин прислонил к стене,
    и возникает запах винный, и пар клубитс€ на столе.
    ѕрисесть за столик земледельца и, в сладком предвкушенье сна, в глаза оленьи загл€детьс€ и выпить доброго вина...

    Ѕџ »


    „то за рога украсили быка! я видел что-то чистое, р€бое, как будто не быки, а облака там шли, обремененные арбою.
    ѕонравились мне красные быки. »х одурманил запах урожа€. ”грюмо напр€женные белки смотрели добро, мне не угрожа€.
    ќ, их рога мен€ с ума свели! ќни сто€ли пр€мо и навесно. ќни си€ли, словно две свечи, и свечи те зажгла мо€ невеста.
    я шел с арбой. » пахло все сильней чем-то осенним, праздничным и сытым. ќ виноградник юности моей, оп€ть € €нтарем твоим осыпан.
    —мотрю сквозь эти добрые рога н вижу то, что видывал когда-то: расставленные на лугу стога, гумно и надвижение заката.
    ћне помнитс€ - здесь девочка была, в тени ореха засыпать любила. ќ женщина, ведуща€ быка, сестра мо€! ƒавно ли это было?
    ѕрими мен€ в моих местах родных и одари теплом и тишиною! ѕусть светлые рога быков твоих, как мес€цы, восход€т надо мною.

    јЌјЌ»я


    Ћюблю € старинные эти старани€: сбор винограда в ущелье јтени. ¬олов погон€ет колхозник јнани€, по €годам туты ступают их тени.
    ѕылает оранжевым ше€ вола! –огам золотым его - мир и хвала! —квозь них мне безмерна€ осень видна. ”же виноград претерпел умиранье.
    Ќо он воскресает с рожденьем вина, в младенчестве влаги, что зрела века. ¬едь эта дорога и прежде вела туда, где хранит свои тайны марани.
    јх, осени этой труды и си€ни€! ј вон и ореха обширна€ крона, - как часто под ней засыпал ты, јнани€, и было лицо твое славно и кротко.
    ћеж тем вечереет, и, в новой длине, все тени бредут в неживой вышине, как луны, мерцают волы при луне, и столько добра и усталости в теле.
     ак часто все это припомнитс€ мне: т€желые скрипы арбы в тишине и, в мирном и медленном лунном огне, јнани€, и волы, и јтени...

    ¬ —»√Ќј’», Ќј √ќ–≈


    я размышл€л в —игнахи, на горе, над этим миром, склонным к переменам, ƒвиженье неба от зари к заре казалось мне поспешным и мгновенным.
    ≈ще восхода жив и свеж ожог и новый день лишь обретает им€, уже закатом завершен прыжок, влекущий землю из огн€ в полым€.
    ≈ще начало! - прочности дневной не научились заново колени. ”же конец! - сомкнулось надо мной ночное благо слабости и лени.
    ƒавно ли спал младенец-виноград в тени моей ладони утомленной? ј вот теперь € пью вино и рад, что был так добр к той малости зеленой.
    “ак наблюдал € бег всего, что есть, то ликовал, то очень огорчалс€, как будто, пребыва€ там и здесь, раскачивал качели и качалс€!

    √–≈ћ— јя  ќЋќ ќЋ№Ќя


    ¬сему дана двойна€ честь быть тем и тем: предмет бывает тем, что он в самом деле есть, и тем, что он напоминает.
    я представл€л себе корабль всегда, когда смотрел на √реми.  аким небесным €кор€м дано держать его на гребне?
    я знал - нет смерти на земле, нет ничему предела, если оп€ть, о √реми, на заре твои колокола воскресли.
    ¬кусивший гибели не раз, твой грозный царь, поэт твой бедный, оп€ть заплакал “еймураз, тобой возвышенный над бездной.
     ахетии так т€жела нагрузка кисти виноградной. ¬округ покой и тишина и урожа€ вид нар€дный.
    ќт заслонивших очи слез в счастливом зрительном обмане, твой странник, √реми, твой матрос, гл€жу, как ты плывешь в тумане.

    ѕќ ѕ”“» ¬ —¬јЌ≈“»ё


    “еперь и сам € думаю: ужели по той дороге, странник и чудак, € проходил? √орвашское ущелье, о, подтверди, что это было так.
    я проходил. » детскую прилежность твоей походки € увидел. “ы за мужем шла покорна€, но нежность, си€нье нежности взошло из темноты.
    Ќаши глаза увиделись. –евниво взгл€нул твой муж. Ќо как это давно случилось. » спасла мен€ равнина, где было мне состаритьс€ дано.
    ќднако повезло тому, другому, - не веда€ опасности в пути, по той дороге он дошел до дому, никто не помешал ему дойти.
    Ќе гикнули с откоса печенеги, не ухватились за косы твои, не растрепали их. Ќе почернели глаза твои от страха и любви.
    », так и не изведавша€ муки, ты канула, как бедна€ звезда. Ќа белом муле, о, на белом муле в ”шгули ты спустилась навсегда.
    Ќо все равно - на этом перевале ликует и живет тво€ краса. ќ, как лукавили, как горевали глаза твои, прекрасные глаза.

    «јƒ”ћјЌЌќ≈ ѕќ¬≈ƒј… ќЅЋј јћ


    ј после - шаль висела у огн€, и волосы, не знавшие законов прически, отр€хнулись от заколок и медленно обволокли мен€.
    я в них входил, как бы входил в туман в горах сванетских, чтобы там погибнуть, и все-таки € их не мог покинуть, и € плутал в них и впадал в обман.
    “ак погибал € в облаке твоем. “ы догадалась - и встр€хнула ситом, пахнуло запахом земным и сытым, и хлеб €чменный мы пекли вдвоем.
    ќчаг дышал все жарче, все сильней. ќ, как похожи были ты и плам€, как вы горели трепетно и плавно, и € гостил меж этих двух огней.
    “ы находилась р€дом и вокруг, но в лепете невн€тного наречь€, изогнутою, около ƒвуречь€ теб€ увидеть захотел € вдруг.
    „уть не сказал тебе €: "ќ лоза, о нежна€, расцветша€ так рано..." ¬ —ванетии не знают винограда, € не сказал. » € закрыл глаза.
    –асстались мы. » вот, скорей старик, чем мальчик, не справл€юсь € с собою, и наклон€юсь головой седою, и надо мной оп€ть туман стоит.
    ¬ерни мен€ к твоим словам, к рукам. «адуманное облакам поведай, € догадаюсь - по дождю, по ветру. ѕрошу теб€, поведай облакам!

    ƒ≈¬я“№ ƒ”Ѕќ¬



          /„исло дев€ть считалось в народе магическим (дев€ть дорог, дев€ть гор, дев€ть корней и т.д.). ƒев€ть дубов - символ непоколебимости, силы, долговечности народа.
          ƒев€ть плит ћарабды - дев€ть могил братьев ’ерхеулидзе, героически погибших в битве при ћарабде./


    ћне снилс€ сон - и что мне было делать? ћне снилс€ сон - € наблюдал его.  ак точен был расчет - их было дев€ть: дубов и дзвов. “олько и всего.
    ƒа, дев€ть дэвов, дев€ть капель €да на черных листь€х, сникших т€жело. ћой сон исчез, как вс€кий сон. Ќо €-то, € не забыл то древнее число.
    ¬от дев€ть гор, сужающихс€ кверху, как бы сосуды на моем пути. » дев€ть пчел слетаютс€ на квеври, и квеври тех - не больше дев€ти.
    я шел, надежду тайную леле€ узнать дубы среди других лесов. ћне чудитс€ - они поют "Ћилео". ќ, это пенье в дев€ть голосов!
    я шел и шел за дев€тью мор€ми. „исло их подтверждали неспроста дев€ть ворот, а дев€ть плит ћарабды, и дев€ти колодцев чистота.
    ¬друг € увидел: посреди тумана сто€т деревь€. »х черты добры. » выбегает босиком “амара и дев€ть раз целует те дубы.
    я исходил все дев€ть гор.  олени € укрепил ходьбою. ѕо утрам € просыпалс€ радостный. ќлени, когда € звал, сбегали по горам.
    ¬ глаза чудес, исполненные света, всю жизнь смотрел €, не устав смотреть. ќ, дев€ть раз изведавшему это не бо€зно однажды умереть.
    ћои дубы помогут мне. ”пр€мо € к их корн€м приникну. ƒовезти мен€ возьметс€ буйволов упр€жка. » снова € сочту до дев€ти.

    “–» —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»я ќ —≈–ј‘»“≈


    ¬о врем€ археологических раскопок древней картлийской столицы јрмази, близ ћцхеты, была обнаружена гробница юной и прекрасной девушки - —ерафиты, чей облик чудом сохранилс€ до наших дней в своей живой прелести. ¬ гроб ее проник корень гранатового дерева, проскользнувший в кольцо браслета.

    –ј«ƒ”ћ№я ќ —≈–ј‘»“≈


     ак вникал € в твое многолетие, ћцхета. ѕрислонившись к тебе, ощущал € плечом мышцы трав и камней, пульсы звука и цвета, вздох стены, затрудненный огромным плющом.
    я хотел приобщить себ€ к чуждому ритму всех старений, столетий, страстей и смертей. Ќо не сведущий в этом, € звал —ерафиту, умудренную возрастом звезд и детей.
    я сказал ей: - “ебе все равно, —ерафита: умерла, и воскресла, и вечно жива. “ак €вись мне воочью, как эта равнина, как јрмази, созвезди€ и дерева.
    Ќе €вилась воочью. Ќевн€тной беседой искушал € напрасно твою немоту. “ы - лишь бедный ребенок, случайно бессмертный, но изведавший смерть, пустоту и тщету.
    ¬се тщета! - € подумал. - Ѕогатые камни неусыпных надгробий - лишь прах, нищета.
    ¬се тщета! - повторил €. » вздрогнул: - ј
           артли?  ак же  артли? Ќеужто и  артли - тщета?
    Ќичего € не ведал. Ќо остра€ влага округлила зрачок мой, сложилась в слезу. ¬спомнил € - только ель, ежевику и благо, снизошедшее в этом году на лозу.
    » пока мои веки печаль серебрила, и пугал мен€ истины сладостный риск, продолжала во веки веков —ерафита красоты .и бессмерти€ детский каприз.
     ак тебе удалось - над убитой бо€ми и воскресшей землею, на все времена, утвердить независимый свет оба€нь€, золотого и прочного, словно луна?
    –азве может быть свет без источника света? »ли тень без предмета? „то делаешь ты! Ќо тебе ль раздел€ть здравомыслие это в роковом заблужденье твоей красоты!
    „то тебе до других? ”мирать притерпелись, не умеют без этого жить и стареть. “ы в себе не вольна - неизбывна€ прелесть не кончаетс€, длитс€, не даст умереть.
    “ак прощай или здравствуй! ѕокуда не в т€гость небесам над јрмази больша€ звезда, - всем дано претерпеть эту муку и благость, ничему не дано миновать без следа.

    «ќ¬” —≈–ј‘»“”


    Ќе умерла, не предана земле. “ы - на земле живешь, как все. Ќо разве, заметив боль в пораненном крыле, не над тобою плакал твой јрмази?
    ќ, как давно последние дары тебе жива€ суета дарила! — тех пор € жду на берегах  уры, н засухой опалена долина.
    Ќе умерла. » так была умна, что в спешке доброты и нетерпень€ достиг твой шелест моего гумна: вздох тишины и слабый выдох пень€-
    „то делаешь? »дешь? »ли пока т€желым гребнем волосы неволишь? Ќе торопись. я жду теб€ - века. Ќе более того. ¬ека всего лишь.
    ≈ще помедли, но приди. —вежа н не трудна тво€ дорога в ћцхету. ƒуши моей приветна€ свеча уже взошла и предаетс€ свету.
    ”ж собраны и ждут теб€ плоды и лакомства, стесненные корзиной.  ак милосердно быть такой, как ты: сюда идущей и такой красивой.
    ¬ молчании твой голос виноват. ¬оспой глубоким горлом лебединым и виноградар€, и виноград, и виноградники в краю родимом.
    ћладенческою песней умудрен, € разгадаю древние затеи и вызволю из тесноты времен отцов и дедов доблестные тени.
    Ѕессмертное не может быть мертво. Ќо знает ли о том земл€ сыра€, ошибку ожидань€ моего оплакива€ и благословл€€?
     ак твой удел серьезен и высок: в мгновенных изменень€х мироздань€ все бодрствует великий голосок бессмертного блаженства и страдань€.

    √–јЌј“ќ¬ќ≈ ƒ≈–≈¬ќ

    ” √–ќЅЌ»÷џ —≈–ј‘»“џ


    » встретились: бессмерть€ твоего прекрасна€ и мертва€ громада и маленькое дерево граната, возникшее во мгле из ничего.
    ”м дерева не ведает иной премудрости: лишь детское хотенье и впредь расти, осуществл€ть цветенье и алчно брать у щедрости земной.
    Ќе брезгу€ глубокой тьмой земли, в блаженном бессознании умнейшем, деревь€ обращаютс€ к умершим и рыщут пользы в прахе и пыли.
    Ќо что имел в виду живой росток, перераста€ должные границы, когда проник он в замкнутость гробницы и в ней сплоченность мрамора расторг?
    ¬лекло его твое небытие пройти сквозь твердь плиты непроходимой, чтобы припасть к твоей руке родимой, удостовер€сь в тонкости ее.
    — великим милосердием дерев разн€л он узкий холодок браслета и горевал, что ты была бессмертна лишь вечно, лишь потом, лишь умерев.
    √ранат внушал зап€стью твоему все то, что знал об алых пульсах крови в больших плодах, не умещенных в кроне и по ночам слетающих во тьму.
    ќн звал теб€ узнать про шум ветвей с наивностью, присущею растень€м, - истерзанный т€желым т€готеньем, кровоточеньем спелости своей.
     ака€ же корысть владела им, вела его в таинственные своды €вить великодушие природы - в последний раз! - твоим рукам немым?
    Ќе √рузии ли древней тишина велит очнутьс€ песенке туманной: "«ачем так блещут слезы, мой желанный? «ачем мне эта легкость т€жела?"
    Ќе √рузии ли древней колдовство велит гранату караулить плиты и слабое дыханье —ерафиты не упускать из сердца своего?

    — ј«јЌЌќ≈ ¬ќ ¬–≈ћя ЅќћЅ≈∆ »


    ¬ той давности, в том времени условном что был € прежде? ќблако? «везда? Ќе пробужденный колдовством любовным алгетский камень, чистый, как вода?
    ÷еной любви у вечности откуплен, € был изъ€т из тьмы, € был рожден. я - человек. я, как поющий купол, округло и таинственно сложен.
    ѕознавший мудрость, сведущий в искусствах, в тот день € крикнул: - ќ земл€ мо€! ƒаруй мне тень! ѕошли хоть малый кустик- простить мен€ и защитить мен€!
    “ам, в небесах, не склонный к проволочке си€ющий нацелен окул€р, чтобы вкусил € беззащитность точки, которой алчет перпендикул€р.
    я по колено в гибели, по по€с, € в€зну в ней, тесно дышать груди. ќ школьник обезумевший! ќпомнись! √убительной пр€мой не проводи.
    я - человек! » драгоценен пламень в душе моей. Ќо нет, € не хочу си€ть заметно! я - алгетский камень. ќ господи, задуй во мне свечу!
    » отдалилс€ грохот равномерный, н куст дышал, и € дышал под ним. Ќемилосердный ангел современный побрезговал ничтожеством моим.
    » в этот мир, где пахло и желтело, смеркалось, пело, силилось сверкнуть, € нежно вынес собственного тела родимую и жалостную суть.
    «аплакал €, всему живому близкий, вздыхающий, трепещущий, живой. ќ высота моей молитвы низкой, € подтверждаю бедный лепет твой.
    я видел одинокое, большое свое лицо. »з этого огн€ себ€ € вынес, как дит€ чужое, слегка напоминавшее мен€.
    Ќе за свое молилс€ долговечье в тот год, в тот час, в той темной тишине - за чье-то золотое, человечье, случайно обитавшее во мне.
    » выжило оно. » над водою сто€л € долго. я устал тогда. ћне стать хотелось облаком, звездою, јлгетским камнем, чистым, как вода.

    ќ— ќЋ » √Ћ»ЌяЌќ… „јЎ»


    Ќекогда јмиран, рассердившись, разбил вдребезги глин€ную чашу, но осколки ее, жела€ соединитьс€, с шумом и звоном улетели в небо.

          »з народного сказани€
    ...» ныне помню этот самолет и смею молвить: нет, € не был смелым. я не владел своим лицом и телом. Ѕежал € долго, но устал и лег.
    Ќет, не имел € твердости колен, чтоб снова встать. ѕустой и одинокий, € все лежал, покуда взрыв высокий землей чернел и пламенем алел. ...
    ¬о мне скрестились холод и жара. —вистел пропеллер смерти одичавшей. » стал € грубой, маленькою чашей, исполненною жизни и добра.
     ак он желал свести мен€ на нет, разбить мен€, как глин€ную цельность, своим смертельным острием прицел€сь в непрочный и таинственный предмет.
    » вспомнил €: в былые времена, глупец, мудрец, € счастлив был так часто. ј вот теперь € - лишь пуст€к, лишь чаша. » хрупкость чаши стала мне смешна.
    „то оставалось делать мне? ¬от-вот € золотыми дребезгами гр€ну, предамс€ € вселенскому туману, на искру увеличив небосвод.
    ѕусть так и будет. Ќочью, как-нибудь, мелькну звездой возле созвездь€ ƒевы. ѕечальные мен€ провод€т дэвы в мой ћлечный и уже последний путь.
    –азрозненность сиротска€ мо€ воспр€нет вдруг, в зарю соедин€€сь. », может быть, € все ж вернусь, как аист на милый зов родимого жиль€.
    «емл€ мо€, всегда мен€ хранит тво€ любовь. » все-таки ответствуй: кто выручит мен€ из мглы отвесной и отсветы души соединит?

           арло  аладзе

    ∆»«Ќ№ Ћќ«џ



          Ќовелла в четырех песн€х

    I


    —олнце гул€ет по-над берегами »ори, зной непомерный свершилс€, а день в половине. Ћютое солнце спалило пол€ - не его ли станем учить, как леле€ть цветы полевые? ¬се-таки, все-таки только природе доверюсь: книга горы, где люба€ глава-виноградник, рукопись солнца: сложенна€ гением ересь, вникнуть бы в смысл этих надписей неверо€тных? „у! ¬иноградарей песн€ зовет не мен€ ли зрением слез созерцать этот край изобиль€? ≈сли умру и забудусь - небес и ћанави встреча и в том забытьи да не будет забыта! ≈сли б строку совершенной лозе уподобить! я - только голос, чтоб хору все пелось и пелось. я - только глаз, чтобы взгл€д был всевид€ще-добрым, вид€ и веда€ зелень, и вольность, и прелесть. Ќе шелохнувшись, мгновение длитс€, как врем€. –азве помыслишь о зле, о вражде и о вздоре? я не случайно избрал дл€ любви и доверь€ бег и стремленье и легкую поступь »ори. —олнце - мое! » на радост€х мне захотелось солнце, как шапку, забросить в небесную чащу. “от, только тот, кто в уста целовал ркацители, видел светило, вмещенное в винную чашу! - Ћоза, о лоза, узнаю твой ускоренный пульс. “вое и мое одинаковы сердцебиень€. “ы - прежде, ты - мастер, € - твой подражатель,
          и пусть!- “ебе посв€щу ученичество стихотворень€.

    II


    —лава, ћанави, тому, кто зате€л однажды вечность любви, и сады, и судьбу, и угодь€.  репость в руинах, и та изнывает от жажды верить в бессмертье цветень€ и плодородь€. ћертв от рождень€, кто верит в скончание света. —вет будет длитьс€ - без перерыва и риска. “ы, виноградник, поведай, как было все это: лоз исчисление - триста, и триста, и триста. ¬оздух прозрачен, как будто отсутствует вовсе, помысел сердца в нем €вственно опубликован. ƒомики эти всегда помышл€ют о госте, п€л€сь в пространство высокими лбами балконов. —разу, врасплох, со спины - на ликующий полдень обрушилс€ град, нещадна€ гр€нула €рость. ѕал виноградник и смертного мига не пон€л, черное облако, смерти слепа€ все€дность. “олько минута прошла: непогода с погодой насмерть схватились непоправимо и быстро. —олнце опомнилось. ѕолдень очнулс€ спокойный. Ќет ни того, кто убит, ни того, кто убийца. ћертвой лежит драгоценна€ малость и радость, веточка, чудо, казненное детство побега, и улетучилась, и не сбылась виноградность... ¬едро. √лаза прозревают от влаги от века. - Ћоза, о лоза, узнаю твой ускоренный пульс: бессонница крови, €мб-пауза и ударенье. ¬о мне - тво€ кровь. «олотой виноградиной уст, теб€ восхвал€€, свершаетс€ стихотворенье.

    III


    Ѕыло - но есть, ибо пам€ть не знает разлуки с временем прошлым, и знать не научитс€ вскоре. Ќошею гор€ обремененные руки. ѕам€тник битве неравной. Ѕезмолвие скорби. Ѕрат виноградарь, когда бы глупей иль умнее был, € б забыл о былом, но не рано ль, не рано ль? ¬ наших зрачках те событи€ окаменели, сердце прострелено градом, о брат виноградарь. ≈сли нахмурюсь и молвлю: - я помню. “ы помнишь? ћне собеседник ответит: - “ы помнишь? я помню. ∆изнь-это средство смертельно рванутьс€ на помощь жизни чужой: человеку, и саду, и полдню. „то из того, что навр€д ли и трех очевидцев бой пощадил, чтобы длилась сурова€ тризна. ћожет быть, трое осталось из тех арагвинцев, много и мало их было, а было их триста. ∆енщины ре€ли, черные крыль€ надевши, в выс€х печали, которую ум не постигнет. ¬стань, виноградник, предайс€ труду и надежде! “ы - непреклонен, вовек ты не будешь пустынен. “ы, как и €, завсегдатай горы зеленейшей. я, как и ты, уроженец и крестник ћанави. —водит с ума - так родим, и громоздок, и нежен поскрип колес до отверстого входа в марани! -Ћоза, о лоза, узнаю твой ускоренный пульс. Ѕлагоговею пред страстью твоею к даренью. “ы мою кровь понукаешь спешить, тороплюсь: благодаренье окажетс€ стихотвореньем.

    IV


    ’очет лоза говорить, повиса€ бессильно, изнемога€, вздыха€ все тише и реже. „тобы потом сожаление нас не бесило, пусть говорит!  ак добры ее чудные речи! - ћожет быть, дух испущу - и тогда не отчаюсь. я одолею мен€ испытующий ужас. Ќепрерываемость жизни, любви неслучайность, длительность времени - мне отведенна€ участь. ¬ечно стремлюсь, как »ори и как јлазани, как продвиженье светил в глубине мироздань€, тыс€челеть€ мен€ провожают глазами, вечно стремлюсь исцелить и утешить страдань€. ѕомню грузин, что о √рузии так трепетали: о, лишь возьми мою жизнь, и дыханье, и трепет. ∆изнь не умеет забытьс€ дл€ сна и печали, и виноградник живет, когда бедствие терпит. ƒудочки осени празднество нам возвестили. —лушайте, воины и земледельцы, мужчины! “ой же рукою, которой мен€ вы взрастили, ввысь поднимите с великою влагой кувшины. ∆ажда - была и, как горе, сплыла, миновала, быть ей не быть - не колебл€сь и не канител€. “от, кто на солнце смотрел сквозь стакан ркацители, может сказать: мен€ солнце в уста целовало! - Ћоза, о лоза, узнаю твой ускоренный пульс, тот пульс, что во мне, это только твое повторенье. ѕока он так громок, насыщен тобой и не пуст, прошу, о, прими подношение стихотворень€!

    x x x


    — гор и холмов, ни в чем не виноватых, к лугам спешил €, как учил ручей. ћой голос среди троп замысловатых служил замысловатости речей.
    “ам, над ручьем, сплеталась с веткой ветка, как если бы зате€ли кусты от любопытства солнечного света таить секрет глубокой темноты.
    я покидал ручей: он ведал средство мои два слова в лепет свой вплетать, чтоб выдать тайну замкнутого сердца, забыть о ней и выпытать оп€ть.
    ¬есть обо мне он вынес на свободу, и мельницы, что кривы и малы, с той алчностью присваивали воду, с какою слух вкушает вздор молвы.
    –учей не скрытен был, он падал с кручи, о жернов билс€ чистотою лба, и, навостривши узенькие уши, тем желобам внимали желоба.
    ќбщительность его души исторгла речь обо мне. Ќапрасно был € строг: сме€лс€ €, скрыва€ плач восторга, он - плакал, оглаша€ мой восторг.
    ѕока миниатюрность и нелепость €вл€л в ночи доверчивый ручей, великих гор неколебимый эпос дышал вокруг - божественный, ничей.
    ¬ них тишина гр€дущих гроз гудела. ¬ них драгоценно длилс€ каждый час. ƒо нас, ничтожных, не было им дела, сил не было любить ничтожных нас.
    ѕусть будет так! Ќе сме€, не наде€сь зан€ть собою их всевышний взор, ручей благословл€ет их надменность и льетс€ с гор, не утружда€ гор.
    ѕростим ему, что безобидна малость воды его - над малою водой плывет любви безмерна€ туманность, поет азарт отваги молодой.
    ’вала ручью, лет€щему в пространство! ¬ы замечали, как заметил €, - краса ручь€ особенно прекрасна, когда цветет растение иа.

    x x x


    Ќа берегу то ль ночи, то ли дн€, над бездною юдоли, полной муки, за то, что не отринули мен€, благодарю вас, доли и дудуки.
    ћои дудуки, саламури, стон исторгшие, и ты, веселый доли, взывают к вам вино, и хлеб, и соль: останьтесь в этом одиноком доме.
    «ачем привычка к старости стара, в что за ветер в эту ночь запущен? ћне во главе пустынного стола осталось быть и страждущим, и пьющим.
    »грает ветер в тени, в голоса, из винной чаши, утомившей руки, в мои глаза гл€д€т мои глаза, влюбленные в вас, доли и дудуки.
    “билиси держит на ветру свечу, пусть ваша жизнь ее огнем продлитс€! я пью вино. я плачу. я хочу, друзь€ мои, увидеть ваши лица.
    Ѕез вас в ночи все сиро и мертво. ѕокуда доли воплощает в звуки все перебои сердца моего, мой стон звучит в стенании дудуки.

    x x x


    Ёти склоны одела трава. —колько красок сюда залетело! ј мен€ одолели слова. —лово слабой душой завладело.
     ак все желто, бело и красно! «нать, и мак свою силу здесь тратил.  ак пон€ть пестроту? ¬се равно! ѕогл€ди и забудь, о читатель.
    Ќет, и бог не расстелет ковра одноцветного, не расписного. я леле€л и помнил слова, но не пон€л - где главное слово.
    ¬сем словам, что объемлет €зык, € был добрый и верный при€тель. Ќо какое ж мне выбрать из них, чтоб тебе угодить, о читатель?

    x x x


    Ћетит с небес плетена€ корзина. јх, как нетрезвость осени красива! «адор любви сквозит в ее чертах. ¬ честь истины, которую мы ждали, доверимс€ младенчеству маджари! ј ну-ка чашу! „ашу и черпак!
    ќпустимс€ пред квеври на колени, затем поднимем брови в изумленьи: что за вино послал нам нынче бог! ѕылают наши щеки нетерпеньем, и, если щеки не утешить пеньем, что делать нам с пыланьем наших щек?
    Ћоза хмельна€ ластитс€ к ограде. Ќе будем горевать о винограде- душа вина бессмертна и чиста. ѕусть виночерпий, как и подобает, услады виноградар€м добавит - им подобает усладить уста.

    x x x


     огда расцеловал € влагу двух глаз твоих и совершенство их нежной мрачности постиг, сказал €: € имел отвагу жить на земле и знать блаженство - € жил, € знал, и бог простит.
    —егодн€ € заметил странность, увы, заметил €, что море твой образ знает и творит: в нем бодрствует тво€ усталость, и губы узнают в нем горе тех слез твоих, о, слез твоих.

    –”—— ќћ” ѕќЁ“” - ћќ≈ћ” ƒ–”√”


    я повторю: "Ѕежит, грохочет “ерек".  ровопролить€ древнего тщета и ныне осен€ет этот берег: вот след клинка, вот ржавчина щита.
    ѕокуда люди в жизнь и смерть играли, соблазном жить их “ерек одар€л. «десь нет ќрбелиани и ярали, но, как и встарь, сквозит меж скал ƒарь€л.
    ѕлен€ет зренье глубина ƒарь€ла, познать ее не все обречены. Ћишь доблестное сердце выбирало красу и сумрак этой глубины.
    -Ёгей! - € крикнул. Ёхо не померкло до этих пор. », если в мире есть дл€ гост€ и хоз€ина проверка, мой гость, проверим наши души здесь.
    ƒа, здесь, где не забыт и не затер€н след путника, который в час беды в –оссию шел, превозмога€ “ерек, помедлил и испил его воды.
    ѕлач саламури еще слышен в гуле реки св€щенной. ћой черед настал испить воды, и быть тергдалеули, и распахнуть пред гостем тайну скал.
    «десь только над вершиной перевала лет€т орлы на самый синий свет. «десь золотых орлов как не бывало. «десь демона и не было и нет.
    ¬ойди сюда не гостем-побратимом! ¬одой свободной награди уста... Ќо ты и сам прыжком необратимым уже взошел на крутизну моста.
    ¬ минуту этой радости высокой осанка гор сурова и важна, и где-то на вершине одинокой все бодрствует жива€ тень ¬ажа.

    Ќј —ћ≈–“№ ѕќЁ“ј


    ¬ горле моем заглушенного гор€ мгновенье- вот преткновенье дл€ вздоха, и где дуновенье воздуха? - вымер он весь иль пове€ть ленитс€? “€жко, неможетс€, душно дубам Ћеонидзе. √огла, твой дом опален твоим жаром последним. √розный ожог угрожает деревь€м соседним. √огла, платан, что привык быть тобою воспетым, прокл€тый пеклом, горит и становитс€ пеплом. ≈сли и сосен к себе не зовешь пред разлукой, - как же ты зан€т твоей огнедышащей мукой! ƒоблестный ћцыри, скиталец нездешней пустыни, где же та пустынь, в которой отшельник ты ныне? —лово одно исцелит твое бедное горло, ты ли не знаешь об этом, о √огла, о √огла! —мертна€ мука пребудет блаженством всего лишь, если гортань ты о ней говорить приневолишь. Ћютую смерть, бездыханную участь предмета вытерпеть легче, чем слышать безмолвье поэта. √рузии речь, ликованье, страданье, награда, не покидай Ћеонидзе так рано, не надо, лишь без теб€ он не вынес бы жизни на свете, лишь без теб€ дл€ него бесполезно бессмертье.

          »раклий јбашидзе

     ќ–Ќ»


    ¬ознесен над ≈вфратом и “игром, сверху вниз € смотрел на века, обведенные смутным пунктиром, цвета глины и цвета песка.
    » клонилась, клонилась средь ночи к междуречью мо€ голова. я без страха гл€дел в его очи, словно в очи заснувшего льва.
    “ам, вверху, € оплакал утрату тех времен, что теперь далеки, когда бела€ темень ”рарту вдруг мои осенила зрачки
    » когда в повороте капризном промелькнул, словно тень меж ресница дорогой и таинственный призрак шумерийских и хеттских границ.
    ѕриласкать мои руки хотели, - но лишь воздух осталс€ в руках, - голубей, обитавших в ’алдее, в разоренных ее облаках.
    „то-то было тревожное в этом вихревом и высоком дыму, белым цветом и розовым цветом восходившем к лицу моему.
    ќ, куда бы себ€ ни умчала, свой исток да припомнит река!  ровь мо€ обрела здесь начало и мен€ дожидалась века.
    ¬ скольких женщинах, скольких мужчинах билась пульсов моих частота. “ак вино дозревает в кувшинах и потом услаждает уста.
    » пока т€желы мои корни посреди занесенных полей, € - всего лишь подобие кроны над могилою этих корней.

    ’¬јћЋ»


    я, как к женщинам, шел к городам. √орода, был обласкан € вами. Ќо когда € любил јмстердам, в јмстердаме € плакал о ’вамли.
    —кромным жестом богини ко мне прот€нула ты руки, Ёллада. я в садах твоих спал, и во сне видел ’вамли € в день снегопада.
    ќ Ёмпайр, по воле твоей € парил высоко над √удзоном. —умма всех площадей и полей представл€лась мне малым газоном.
    Ќо твердил € - ќ ’вамли, лишь ты, лишь снегов твоих вечный пор€док, древний воздух твоей высоты так т€жел моим легким и сладок.
    √ент, ответь мне, –адам, подтверди- вас ли € не любил? » не к вам ли € спешил, чтоб у вас на груди опечаленно вспомнить о ’вамли?
    Ѕлагодарствуй, земл€! ∆енских глаз над тобой так огромно свеченье. Ќо лишь раз € любил. » лишь раз все на свете имело значенье.
    ¬оплотивший единственность ту, ’вамли, выйди ко мне из тумана, и вольюсь € в твою высоту- обреченный, как сын јмирана.

    ќѕ”—“≈¬Ўјя ƒј„ј


    ”вы, ущелие пустое! ƒавно ли в сетке гамака желтело платьице простое, как птица в глубине силка?
    ƒавно ли женщина гл€дела глазами чуть наискосок?  то улетел? „то улетело и след впечатало в песок?
    ƒавно ль смородиной зеленой играли пальчики любви и на веранде застекленной шел спор меж милыми людьми?
    Ќо кто ж возник здесь? „то возникло?  то плакал и не вытер слез?  акой бесчинствовал возница?  уда увез? «ачем увез?
    ѕод сенью бедного ореха чего € жду?  ого € жду?  акого голоса и смеха?  акого шепота в саду?
    “ак утром, при погоде славной, € шел меж опустевших дач, ове€нный печалью сладкой и предвкушеньем неудач.

    x x x


    я книгочей, € в темень книг гл€дел, € звездочет, € созерцал пространство, невежда, € не ведал - где предел любви, что беспредельна и прекрасна.
    ≈сть край бескрайним лепетам молитв, и мера есть безмерным лептам плача.  ак € молилс€! —колько слез пролил! »збыток муки - вот мо€ удача.
    я ранен был, и мертв, и снова жил, и, в бесконечной грусти мироздань€, грущу о том, что мало послужил оплошности чрезмерного страдань€.

    x x x


    ∆аждешь узреть - это необходимо - (необходимо? зачем? почему?) - жаждешь узреть и собрать воедино все, что известно уму твоему.
    ∆аждешь, торопишьс€, путаешь, боже, вот сколько нужно: глаза, голоса, горе... а радости? –адости тоже! –адости, шалости и чудеса!
    ∆аждешь и думаешь: помню ль? могу ли? ¬ечер в –иони, клон€щий к слезам солнцем и свадьбою: "Ћиде"... "ћакрули"... » јлазань?  ак забыть јлазань?
    ∆аждешь в душе твоей, в бедном ковчеге, соединить без утрат и помех все, что творитс€ при солнце и снеге: речи, поступки, и солнце, и снег.
    ∆аждешь... Ќо если, всевышним веленьем, вдруг обретешь это чудо и жуть, как совладаешь с чрезмерным виденьем, словом каким наречешь его суть?

    x x x


    “ы увидел? «аметил? ¬гл€делс€? ¬ мире-пр€танье, поиск, игра: улепетывать с резвостью детства, притаитьс€, воскликнуть: "ѕора!"
    ќбыскав ледники и теплицы, перестав притвор€тьс€ зимой, март взывает: "ќткликнись, “билиси! “ы - мой баловень, неженка мой".
     утерьма адресатов и почты: блеск загара грустит по лицу, рыщет дерево: где его почки? Ќе они ль утаили листву?
    »щет сад - пребывани€ втайне, ищет ливень - пролитьс€ куда, но скрывает  уры бормотанье, что скрывает и ищет  ура?
    Ќаконец все наход€т друг друга, всех загадок разгадка €сна, и внутри драгоценного круга обретает “билиси весна.

    ƒјЋ≈ јя Ў’≈Ћƒј


    “от снег - в ожидании нового снега, скажу лишь о нем, остальное € скрою. » прошлой зимой длилось действие неба над Ўхелдою, над оси€нной горою.
    —вечень€ и тьмы непрестанна€ смена - вот опыт горы, умудр€ющий разум. “от снег в ожидании нового снега - в недвижности, но и в азарте прекрасном.
    Ќеистовый дух, вечно алчущий света, мол€щийс€, страждущий и дерзновенный. “от снег в ожидании нового снега. ƒалека€ Ўхелда и сумрак вселенной.

     јћ≈Ќ№


    я сравнивал. я точен был в расчетах. я примен€л к предметам власть свою. Ќо с тайною стихов неизреченных что мне поделать? — чем € их сравню?
    Ќе с кладом ли, который вдруг поранит корыстный заступ, тронувший курган? »ль равен им таинственный пергамент, чей вн€тный смысл от всех сокрыл  умран?
    »ль есть в них сходство с недрами јрмази, присвоившими гибель древних чаш? »х черепки сверкнут светлей алмаза, но не теперь, - когда настанет час.
    »ль с ¬анскими пещерами? «абава какой судьбы в тех знаках на стене? »ли с  олхидой, копь€ и забрала хран€щей в темноте и тишине?
    Ќет, с нежным чудом несвершенной речи сравнитьс€ могут - не сравн€вшись с ней- лишь вещей ћцхеты сумрачные свечи, в чьем пламени живет душа теней.
    Ќе искушай, метафора, не мучай ни уст немых, ни золотых чернил! ¬сему, что есть, давно уж выпал случай - со всем, что есть, его поэт сравнил.
    Ќо скрытна€, как клинопись на стенах, душа мо€, средь бдени€ и снов, все алчет несравнимых, несравненных, не сказанных и несказанных слов.
    –ука мо€ спешит предатьс€ жесту - к чернильнице и вправо вдоль стола. Ќо бесполезный плач по совершенству- всего лишь немота, а не слова.
    ќ, как желает сделатьс€ строкою невн€тность сердца на исходе дн€! “ак, будучи до времени скалою, надгробный камень где-то ждет мен€.

    ¬≈—Ќј


    ƒеревь€ гор, € поздравл€ю вас: младенчество листвы - вот ваша прибыль, вас, девушки, зате€вшие вальс, вас, волны, что угодны юным рыбам,
    вас, небеса, - вам весела гроза, теб€, гроза, - тобой полны овраги, и вас, леса, гл€д€щие в глаза расплывчатым зрачком зеленой влаги.
    я поздравл€ю с пчелами луга, € поздравл€ю пчел с избытком меда и эту землю с тем, что велика любви и слез беспечна€ погода.
     ак т€жек труд пристрасти€ к весне, и белый свет так бел, что видеть больно. Ќо заклинаю - не внемлите мне, когда скажу: "я изнемог. ƒовольно".

          √ригол јбашадзе

    ѕјћя“№


    ¬ час, когда осень щедра на дожди и лихорадка осину колотит, гл€нешь - а детство блестит позади кроткой луною, упавшей в колодец.
     ажетс€ - вовсе цела и €сна жизнь, что была же когда-то моею. ’рупкий узор дорогого лица врем€ сносило, как будто монету.
    ћой - только пам€ти пристальный свет, дар обладани€ тем, чего нет.

    x x x


    я сам не знаю, что со мной творитс€: другой красы душа не понимает, и холм чужбины в зрении двоитс€, и √рузию мою напоминает.
    ≈е свеча восходит солнцем малым средь звезд и лун, при ветреной погоде. ≈сть похвала тому, что изумл€ет: о, как это на √рузию похоже.
    ѕрироде только слово соразмерно. —мотрю, от обожани€ немею и все, что в этом мире несравненно, € сравниваю с √рузией моею.

    »« —“»’ќ¬ “”–ћјЌј “ќ–≈Ћ»


    1. Ќј Ѕќ…Ќ≈


    √р€нула бур€. Ќа празднестве боли хаосом крови пролилс€ уют. я, ослепленный, металс€ по бойне, где убивают, пока не убьют.
    ¬ белой рубашке опр€тного детства шел €, теснимый золой и огнем, не понимавший значень€ злодейства и навсегда провинившийс€ в нем.
    я не узнал огнедышащей влаги. ¬ерил: гроза, закусив удила, с алым закатом схватилась в овраге. я - ни при чем, и одежда бела.
     то убиенного слышал ребенка крик поднебесный, - тот прокл€т иль мертв. Ѕольно ль, когда опь€невша€ бойн€ пьет свой багровый и приторный мед?
    я не поддалс€ двуликому ветру. ¬от € - в рубахе, невинной, как снег. Ќу, а душа? ≈е новому цвету нет ни прощень€, ни имени нет.
    Ѕыло, убило, прошло, миновало. —ломаны - но расцвели дерева... „то расплываетс€ гр€зно и ало в черной ночи моего существа?

    2. ≈ƒ»Ќ—“¬≈ЌЌџ… —¬≈“


    √л€дит из бездны прежней жизни остов - ѕотоки крови пестуют ладью. Ќо ждет мен€ обетованный остров, чьи суть и им€: € теб€ люблю.
    Ћишь € - его властитель и географ, знаток его лазури и тепла. “ам - € спасен. “ам - € св€той √еоргий, поправший зми€. я люблю теб€.
    —реди растлень€, гибели и блуда смешна лишь мысль, что губы знали смех. Ќо свет души, каким теб€ люблю €, в былую прелесть красит белый свет.
    Ќочь непрогл€дна, непомерна стужа.  уда мне плыть - не ведомо рулю. Ќо в темноте победно и насущно встает си€нье: € теб€ люблю.
    Ћишь этот луч хранит мен€ от бедствий, и жизнь темна, да не вполне темна. ћеж обреченной плотью и меж бездной есть дух живучий: € люблю теб€.
    “ак € плыву с ослепшими очами. » € еще вдохну и пригублю заветный остров, где уже в начале гр€дущий день и € теб€ люблю.

          »осиф Ќонешвили

    x x x


    ¬от €
          смотрю
          на косы твои грузные, как падают,
          как вьютс€ т€жело... ќ, если б ты была царицей √рузии, - о, как бы тебе это подошло! ќ, как бы подошло тебе приказывать! Ќедаром твои помыслы чисты. “ы говоришь -
          и города прекрасного в пустыне
          намечаютс€
          черты. ¬от ты выходишь в бархате лиловом, печальна€ и бледна€ слегка, и, умудренные твоим прощальным словом, к победе
          устремл€ютс€ войска. ’атгайский шелк пошел бы твоей коже, о, как бы этот шелк тебе пошел, чтоб в белой башне из слоновой кости ступени целовали твой подол. “ы молишьс€ -
          и скорбь молитвы этой так недоступна нам и так светла, и нежно посв€щает  ашуэта тебе одной свои колокола. ќрбелиани пред тобой,
          как в храме, молчит по мановению бровей. ѕотупилс€ седой јмилахвари пред царственной надменностью твоей. —таринна€ ты,
          но не устарели твои черты... —ветло твое чело. “ебе пошла бы нежность –уставели... ќ, как тебе бы это подошло)  ак € прошу...
          “ебе не до прощений, не до прощений
          и не до мен€... “ы отблеск славы вечной и прошедшей и озаренье нынешнего дн€!

          јнна  аландадзе

    ћ–ј¬јЋ∆јћ»≈–


    “воим вершинам, белым и синим, ƒарь€лу и “ереку, рекам твоим, твоим джигитам, статным и сильным, а также женщинам, верным им, - мравалжамиер, многие лета!
    “воим потокам, седым потокам, твоим насупленным ледникам, предкам твоим и твоим потомкам, их песн€м, танцам и смуглым рукам - мравалжамиер, многие лета!
    “воим геро€м, делам их ратным, их вечной пам€ти на земле, твоим €зыкам и наречь€м разным, лету, осени, весне и зиме - мравалжамиер, многие лета!
    √орам и ущель€м, низу и долу, каждому деревцу во дворе, ¬олге твоей, и ƒнепру, и ƒону, —ыр-ƒарье, и јму-ƒарье- мравалжамиер, многие лета!
    “воим строител€м неутомимым, реке, и речке, и каждой струе, тебе, ове€нной светом и миром, тебе, моей дорогой стране, - мравалжамиер, многие лета!

    x x x



          √де же еще √рузи€ друга€?
          √р.ќрбелиани
    ¬се, что видела и читала, все - твое, о тебе, с тобой. ¬ моем сердце растет чинара, ночью ставша€ голубой. » в минуту самую грустную предо мною одна, дорога€, ты, прекрасна€ √рузи€.
    "√де же еще √рузи€ друга€?"
    ќ луга моей  арталинии, олени с большими рогами и такие хрупкие лилии, что страшно потрогать руками. “ы об этом помнить велишь мне. я смотрю на теб€, не меша€, край, ове€нный белым величьем...
    "√де же еще √рузи€ друга€?"
    “равы синие л€гут на плечи. — этих трав € росинки сн€ла. ќ мои виноградные плети! ќ “етнульда большие снега! «ажигаютс€ звезды со звоном, искры белые изверга€. я слежу за далеким их звоном:
    "√де же еще √рузи€ друга€?"
    ѕусть герои твои умирали - слава их разнеслась далеко. ѕр€мо к солнцу взмывает ћерани, и печально звучит "—улико". ∆ивы јлуда и Ћела. ”стал ќнисэ, размышл€€. ќ родина песен и лета!
    "√де же еще √рузи€ друга€?"
    — тихими долгими песн€ми проход€т твои вечера. ѕлачут горийские персики, когда наступает пора. ќни нависают с ветки. ¬етка густа€, больша€. –азве ты не одна на свете?
    "√де же еще √рузи€ друга€?"

    x x x


    “ы такое глубокое, небо грузинское, ты такое глубокое и голубое. Ќикто из тех, кто тебе грозилс€, приюта не обрел под тобою. Ќи турки, ни персы и ни монголы не отдохнули под тобой на траве, не заслонили цветов магнолий, нарисованных на твоей синеве. ќшки, и «арзма, и древний “ао поют о величье твоем, о небо! ѕтицы в тебе летают и тер€ютс€ в тебе, голубом...

    x x x


    ¬от солнце на носки привстало, и город пот€нулс€ сонно. ≈му быть темным не пристало. ¬ходило солнце в город солнца. » воздух был прозрачный, ранний, просвечивающий изнутри. —то€л “билиси, как »раклий, у древней крепости Ќари. “ака€ ли была погода, когда в “ифлис вступали персы и не сдавались им подолгу его воинственные песни?

    ¬ «≈ƒј«≈Ќ»


    Ћето заканчиваетс€ поспешно, лето заканчиваетс€ на дворе. ѕоспела ежевика, ежевика поспела и бо€рышник на горе.
    Ћиствою заметает овраги, здесь эхо такое большое да ломкое. ј небо над ущельем јрагви все такое же синее и далекое.
    ’орошо иметь его, хорошо иметь его в сердце... ќ, как стройна дорога на »меретию, дорога на »меретию пр€ма€, словно струна.
     ак эти места чисты и добры, как быстро здесь дни лет€т. Ќад «едазени шелест€т дубы, дубы шелест€т...

    ¬ Ў»ќћ√¬»ћ≈


    ∆елезный балкон, уютный и ветхий. ќ, люди редко бывают тут. «ато миндаль сюда наклон€етс€ веткой, и липы опадают, когда отцветут.
    Ёти деревь€ намного старше, намного старше, чем € и ты. Ќо неужели этим деревь€м не страшно одиночество келий и темноты?

    ¬’ќƒ»Ћј ¬ √”–»ё  јЋјЌƒј


    я помню изгородь под инеем. —нег падал тихо и светло.  ричит петух - и вспоминаю € мое гурийское село. ѕроламывалась наледь тонка€ под грузом шага моего, и ла€ла устало “оли€, сама не зна€, на кого. ѕохожий на большую букву, один на вековом посту дуб укрывалс€, словно в бурку, в свою дыр€вую листву. √лубокий снег следы марали, тропинка далеко вела, и возле вещего марани был ветер пь€ным от вина. ¬се это - где-то и когда-то, но позабыть о том нельз€... ¬ходила в √урию каланда и чичилаки нам несла.

    ѕќ ƒќ–ќ√≈ ¬ Ѕ≈“јЌ»ё


    Ўиповник, смородина, и черника, и бо€рышник иногда. ƒождь прошел... » привольно и дико по горам сбегает вода.
    ћы идем... » холодные, €сные дуют ветры. ƒеревь€ дрожат. Ќа тропинке- каштановые, €сеневые и дубовые листь€ лежат.
    ћы подходим к ущелью —амадло. —нова дождь нас вводит в обман. я хочу быть с тобою. —ама € - словно горы и словно туман. Ўиповник, смородина, и черника, и бо€рышник иногда. ƒождь прошел... » привольно и дико по горам сбегает вода.

    x x x


    —нег аджаро-гурийских гор, моих гор родных. ќ, какой там большой простор, какой чистый родник! ћаленька€ мельница на √убазоули у ворот моего двора. “ам лавровишни давно уснули, и роса их сладка и добра. ќ родина, уже, наверное, год € не виделась с ней! —нег аджаро-гурийских гор, туман и снег...

    x x x


    ќхотник сумрачно и дерзко раскладывает западни. «десь ходит горна€ индейка - ее подстерегут они. ќ, по опасной той аллее мы пробегаем много дней.  ак годовалые олени, пугаемс€ своих теней. ќ, будь, индейка, осторожна, не проходи по той тропе. “ы слышишь? √орестно, тревожно твой милый плачет о тебе.

    «¬≈«ƒџ


    јпрельска€ тиха€ ночь теперь. “е птицы и эти свои голоса свер€ют. ќ звезды, - невозможно терпеть, как они сверкают, как они сверкают! «емле и небу они воздают благодать и, наруша€ темноту этой ночи, сверкают, сверкают - издалека видать! - мои звезды и твои очи. “еперь апрельска€ тиха€ ночь, и глаза к ней медленно привыкают. ќ звезды - мне это все невмочь, - как они сверкают!  ак они сверкают!

    x x x


    √ромче шелести, осина, громче, мать-земл€, гуди. ∆ивы мы! » зло и сильно сердце прыгает в груди. Ћес! ” нас есть листь€, губы - целоватьс€, говорить. ќ, гуди - пусть эти гуды будут в воздухе бродить!

    –ј«√ќ¬ќ– — „»јћј–»≈…

    ¬ ƒ≈Ќ№ ѕќЅ≈ƒџ


    ќ медлительна€ побелка этих €блоневых лепестков! “ак здравствуй, победа, победа, победа во веки веков! ¬ыходи, чиамари€, празднуй, тонко крылышками труб€. ћои руки совсем не опасны - мои руки ласкают теб€. ¬озмужавшей земле обожженной не управитьс€ с новой травой. √де наш враг? ќн лежит, пораженный справедливой и меткой стрелой. „иамари€, как мы тужили, как мы плакали, горе терп€, но смеетс€ герой ÷ицишвили, защитивший мен€ и теб€. „иамари€, мир, а не горе! », вступа€ в привычки труда, тут степенно пройдетс€ Ќикора, и воскреснет за ним борозда.  ак Ќикора доволен работой!  ак глаза его добро гл€д€т! я стою среди луга р€бого. "√у-гу-гу..." Ёто в€зы гуд€т...

    я —Ћ≈„”, —»–≈Ќ№...


    Ќебо синее, нет у неба предела здесь, близко, и там, далеко. ѕо€вилось облачко и поредело. Ќебу тайну хранить нелегко.
    я прикрою веки, прикрою веки, чтобы мир едва голубел н серел. —лечу € на твои синие ветки, на твои синие ветки слечу, сирень!
    я буду петь твоим мелким цветочкам, о, буду петь, буду только петь- твоим прожилкам, крапинкам, точкам, потому что не смогу утерпеть.
    я буду петь голосисто и тонко.  ак мне хочетс€ петь, сирень! Ќикому так не хочетс€! ћожет быть, только небу хочетс€ так же синеть.
    ќ облака! я догнать их надеюсь. я за ними следую всегда и сейчас. Ќо куда € денусь? ќ, никуда не денусь, сирень, от твоих сиреневых глаз.
    ќ, зачем мне скрывать эту тайну? Ќавеки, навсегда одного хочу. я слечу на твои синие ветки, на твои синие ветки слечу.

    x x x


     огда прохожу по долине росистой, мен€, как ребенка, смешит роса. ÷веты приоткрывают ресницы, к моим глазам обращают глаза. я вижу движение каждого пестика, различаю границу утра и дн€. ¬етер, подай мне цветок персика, травой и листь€ми осыпь мен€! я, эти цветы нашедша€, хочу, чтоб они из земли вылезали. » как сумасшедша€ - о, сумасшедша€ - хохочет трава с растрепанными волосами. ƒеревь€ сн€ли свои драгоценности и левой пригоршней мен€ забросали. ¬от драгоценности - все они в целости. ƒеревь€, вы понимаете сами. я тоже, € тоже сошла с ума. ¬сего мне мало, и все мне мал(! ’охочет, хохочет - не € сама! - хохочет, хохочет сердце мое! » ты на исходе этого дн€ листь€ми и травою прогоркшее осыпь мен€, да, осыпь мен€, но только правой пригоршней!

    x x x


    ќ бабочек взлеты и слеты! ћожет быть, € ошибаюсь. “о слезы, но добрые слезы. я плачу и улыбаюсь.
    я выросла в поле, где средь травинок капли росы навешены. я веточка, полна€ зеленых кровинок, срезанна€ невеждами.
    я стану свирелью, свирелью зеленой! Ќагр€ну к вам трелью, трелью залетной!

    я -

    этого воздуха обитательница, не страшаща€с€ ничего. я - плачуща€ обладательница сердца твоего. — горных пастбищ, дл€ любви наве€на, медленно € поднимаюсь кверху.
    ќ земл€, если б ты мне не верила, - € бы обратилась к ветру: ќ ветер, докажем, докажем скорей, докажем каждому, что € - свирель.
    ƒохни - и медленно и жалобно польетс€ песн€ из зеленого желоба. » прислушаютс€ люди чутко, и улов€т мое дыхание, и поймут они силу чувства, обращенного в это звучание.

    я —ќ¬—≈ћ ћјЋ≈Ќ№ јя ¬≈“ќ„ ј...


    ¬от € стою - ни женщина, ни девочка, и ветер мен€ гладит по плечам. я - маленька€, маленька€ веточка. —адовник, утоли мою печаль.
    —адовник, заслони мен€ от ветра: мои он разор€ет лепестки. „то сделаю € - маленька€ ветка? ¬едь у мен€ ни слова, ни руки.
    ќ, подойди, скажи: не солгала ты, ты - маленька€ веточка, прости. ј ветер - он бу€н и согл€датай, и ты мен€ от ветра защити.

    x x x


     ак пелось мне и бежалось мне, как хотелось петь и бежать!
    Ќедоверчивой и безжалостной мне никогда не бывать.  огда мес€ц встает за крепостной стеной ќрбелиани, там, вдалеке, €, как дудка, следую за тобой и отражаюсь в реке. »дешь ли ты за арбою, или у родника стоишь, - € иду за тобою, и походка мо€ легка. Ќедоверчивой и безжалостной никогда мне не бывать с тобой. ѕоверь, когда заси€ет звезда предрассветна€ во мгле голубой, - это ты мне свой посылаешь привет, просишь помнить, не забывать. Ќедоверчивой и безжалостной- - нет! - мне никогда не бывать!

    ќ ћј√ЌќЋ»я,  ј  я ’ќ„”

    Ѕџ“№ — “ќЅќ…!


    «а листом твоим, листом дорогим, не угнатьс€ - он летит по воде и по суше. “ак и сердце его: другим, другим, другим его сердце послушно.
    ќ мо€ магноли€, лист твой подн€т ветром - не видать тебе твоего листа. Ќаверно, не помнит он мен€, наверно, не помнит, конечно, не помнит он моего лица.
    ƒев€тиглазого солнца и бушующих морей мы несем любовь, только ты и €. Ќо почему он не помнит об этой любви моей, почему, магноли€, он не помнит мен€?
    ” теб€, быть может, был такой же час, и он снова вернетс€, и все это развеетс€?.. Ќет, чтобы южные ветры навеки покинули нас, мне что-то не веритс€, что-то не веритс€.
     ак он горд, магноли€, как он горд. Ќо с нами любовь и цвет голубой прекрасных морей, прекрасных гор. ќ магноли€, как € хочу быть с тобой!

    ћќЋ»“¬ј «ћ≈»


     ак холодна зме€, красива, когда черты ее видны. ¬се крапинки ее курсива так четко распределены. ¬нима€ древнему мотиву, она касаетс€ земли и погружаетс€ в молитву, молитву страшную змеи. «нать, душу грешную свою с надеждой богу повер€ет, в молитве с нею порывает и просит: "Ѕог, прости змею!" ќ, нету, нету больше мочи! - и к скалам приникает грудь, и вдруг таинственна€ грусть змеиные заслонит очи. » будет шепот этот литьс€ с ее двойного €зыка, пока вокруг сухие листь€ толкают руки ветерка. —ейчас пусти ее в пески, не попрекни смертельным делом - с глазами, полными тоски, и к солнцу обращенным телом. ѕусть отстоит свою молитву и чудно полосы свернет, и сквозь просвирник и малину всей кожей крапчатой сверкнет. ѕусть после этих странных таинств она взовьетс€ вдалеке, чтоб отпл€сать свой страшный танец как будто с бубнами в руке. “ак пусть отпл€шет разудало, своими кольцами звен€. Ѕыть может, старый "узундара" сегодн€ выберет зме€...

    “ј“ј– ≈ ƒ≈¬”Ў ≈


    “атарка девушка, сыграй на желтом бубне, здесь, возле рынка, где кричит баран. “атарка девушка, нарушим эти будни, отпразднуем торжественно байрам. ќ, сколько клиньев, красных и сиреневых, в себ€ включает странный твой нар€д. —плетень€ маленьких монет серебр€ных на шее твоей тоненькой гор€т! ¬озьми свой бубен. ѕусть в него вселитс€ вс€ молодость тво€ и удальство. ѕусть .и мо€ душа повеселитс€ ƒа празднике весель€ твоего.

    Ѕ”ЅЌџ


     огда € говорить устану, когда наскучат мне слова, когда € изменю уставу веселости и торжества, - выход€т из подвалов бубны тогда, о, именно тогда, все их движени€ так буйны и песн€ их так молода. ќсенним солнцем залитые, они на площади сид€т, и бьют в ладошки золотые и весело вокруг гл€д€т.
    „то за ночь - по реке и по рощам! „то за ночь окружает мен€! “ы кричишь: "Ёй, паромщик, паромщик!" Ќо вокруг ни души, ни огн€.
     ак далеки и ƒзегви, и ћцхета, и таинственный мес€ц в реке. ќн молчит, но так слышимо это. „то он думает там, вдалеке?

    x x x


    я теб€ увенчаю короной, € тебе жемчугов надарю. «ахочу € - и славой короткой, громкой славой теб€ наделю.
    ј когда ты затихнешь в восторге, € сама засмеюсь, удивлюсь. ƒл€ теб€ € взошла на востоке, дл€ теб€ € на запад склонюсь.

    — ј∆» ћЌ≈, „»јћј–»я...


    „иамари€, чиамари€, отшумел этот дождик сполна. “ы така€ смешна€ и маленька€. „намари€, где ты спала?
    “вои крылышки, верно, простыли, когда капл€ теб€ волокла. я кажусь тебе тенью в пустыне, - так € р€дом с тобой велика.
    „иамари€, в чем тво€ радость? Ёти крапинки кто намечал? „иамари€, в чем наша разность? ¬едь и мне этот дождь не мешал.

    x x x


    —вирель поет печально, стройно, и птица напр€гает мускулы. ќ, как задумчиво и строго акаци€ внимает музыке. ¬злетает птица выше, выше, туда, где солнце и цветенье, а маленька€ ветка вишни хранит ее прикосновенье.

    x x x


    ќн безмолвствует, спит на крышах, но вот он гудеть начинает, и тогда на зеленых крыль€х поднимаютс€ к солнцу чинары. —трах перед ними осил€, плача от т€жкой печали, взмывают мои осины, шевел€ большими плечами.

    x x x



          ћаленькой ¬иоле
     акие розовые щеки, и в каждой светит по костру, и глаз голубенькие щелки еще не клон€тс€ ко сну. ќ девочка, что "ƒеда-эна" тебе расскажет о земле?  ак виноград лисица ела?  ак за€ц белым стал к зиме? — какою трогательной грустью ты плачешь! ¬здрагивают плечики. «ачем лисице с белой грудью попались .маленькие птенчики?! ќ, радость первого незнани€! “ы выговорила едва цветов красивые названи€: "а-и нар-ги-зи, а-и и-а". ¬се в маленьком твоем рассудке запечатлелось, но оп€ть ласкаешь пестрые рисунки. ”стала книжка, хочет спать. ƒень к вечеру переломилс€. ¬от мес€ц вышел и горит, а €зычок не утомилс€. —меетс€ он и говорит. ∆изнь будет сложна€ и долга€. ќ девочка, запомни так: страна тво€ больша€, добра€, она вс€ в реках и цветах. ј ты играешь с мамой в ладушки - тебе ли думать о судьбе! –омашки, маки или ландыши - что больше нравитс€ тебе?

    Ћјƒќ ј—ј“»јЌ»



          ¬спомн€т мен€, как ÷икаду, и наступ€т
          на теплую могилу мою.
          Ћ.јсатиани
    √де-то поблизости солнце и ветры дадут акации зацвести поскорей, и осыплютс€ эти белые ветки, осыплютс€ над могилой твоей. я-то знаю, что под этой елью ты уснул, положив свою голову в маки. ¬збудораженный любовью, наполненный ею, ты лежишь, как лежат все поэты и маги. ј земл€ наполн€етс€ парусами и цветами, которые теб€ так манили... ј ѕиросмани? ќ, ѕиросмани придет к твоей теплой могиле... “ы умер, окончилс€, но снова прокралс€ в эту жизнь. ¬елики твои радость и грусть. ќ весна! ¬згл€ни, сколь она прекрасна! ј цветы все падают и падают тебе на грудь.

    x x x


    ƒолгой жизни тебе, о фиалка! “воим синим и милым глазам. „тобы ветром теб€ не сразило! „тобы градом теб€ не задело! „тоб теб€ не ушибли ногой!

    ќЅЋј ј


    √розы и солнца перемирие, и облака несут утрату дожд€ - над всем: над пирамидами, над ’еттой, ћидией, ”рарту. » радуга - грозы напарница- встает, и пенитс€  ура.  уда теперь они направ€тс€?  уда? Ќе ведаю.  уда?

    x x x


    ќ, пусть ласточки обрадуют нас вестью о по€влении первых роз. ѕусть мотылек поцелуетс€ с €блоневой ветвью и та приоткроет свой маленький рот. ќ, снова март, и снова это деленье на голубое с зеленым с примесью красок других. ÷веты начинаютс€ на земле, поднимаютс€ на деревь€, и март раскрывает их.

    x x x


    “ень €блони живет на красивом лугу. ќна дышит, пугливо мен€ет рисунок. “ам же живет самшит, влюбленный в луну, одетый кольчугой росинок. ÷икады собираютс€ оркестрами. »х музыка достойна удивлень€, и шепчутс€ с деревь€ми окрестными около растущие деревь€. ј к утру затихнет их шепот, погаснет и ветром задунетс€. ќ, есть что-то, безмерно заставл€ющее задуматьс€...

    x x x


    ѕерекликаютс€ куропатки... », рассеива€ аромат, в том парке и в этом парке цветы танцуют и говор€т. ќпь€н€ютс€ ими долины в п€тнах света и темноты, и оп€ть, оп€ть неделимы бабочки и цветы. ¬етры землю проветривают, начина€сь там, у реки. ѕчелы волшебниц проведывают. —плетничают мотыльки.  оторый год, о, который год повтор€ютс€ эти пор€дки. —умерки спускаютс€ с гор... »сступленно перекликаютс€ куропатки.

    “”“ј


    „его, чего же хочет тута? —реди ветвей ее темно. ќна поскрипывает туго, как будто проситс€ в окно. ќна вдоль дома так и ходит, след оставл€ет на траве. ќна мен€ погладить хочет рукой своей- по голове. ќ тута, нужно в дом проникнуть и в темноте его пропасть, и всей корой ко мне приникнуть, и всей листвой ко мне припасть.

    x x x


     огда наступит ночь и вычернит все камни и цветы вокруг, когда на небе мес€ц вычертит свой точный неразрывный круг и склон€тс€ ко сну. все травы, все люди, все живые твари, - луч мес€ца соединитс€ со снегом чистым, молодым, то белым светом озаритс€, то розовым, то голубым. »х поцелуй так тих, отраден и запахом цветов отравлен. Ћишь палочкою-выручалкой там птица вдалеке стучит.  авкасиони величавый все видит, дышит и молчит.

    x x x


    „то делает весна с владени€ми роз? ≈й хочетс€ заботой их порадовать. Ўиповник медленный свой замечает рост, и начинают веточки подрагивать.  ак голос€т влюбленные пернатые над каждою лужайкой и тропой! ј вот цветы, поникшие, прим€тые, перемешанные с травой. »х, верно, парни девушкам дарили. ” тех же, видно, помыслы свои: они сбегают весело в долины, где новые цветы и соловьи.

    x x x


    ќ ты, чинара, взмывша€ высоко, - страшны ли тебе ветер и гроза? Ќа фоне просветлевшего востока ты открываешь медленно глаза. ¬сей кожей на рассвете холоде€, ты распуши листву и так замри, безмолвна€, как “ао и ’алде€, соединеньем неба и земли. Ќазначена дл€ страсти и восторга бровей твоих надменна€ краса... ќ ты, чинара, взмывша€ высоко, - страшны ли тебе ветер и гроза?!

          јрчил —улакаури

    x x x


    ќп€ть нет снега у земли. —нег недоступен " диковин. ѕриемлю солнцепек зимы, облокотись о подоконник.
    ƒымы из труб - как словеса, чей важный смысл-абракадабра, и голубые небеса див€тс€ странности подарка.
    я даровал бы крышам снег, будь € художник иль природа, - иначе совершенства нет в пейзаже с тенью дымохода.

          ћихаил  вливидзе

          » “џ
    ќ, уезжай! »грай, играй в отъезд. ќн нас не разлучает. “ы - это €. » где же грань, что нас с тобою различает? я сам разлуку затевал, но в ней € ничего не пон€л. я никогда не забывал теб€. » о тебе не помнил. ћне кажетс€ игрой смешной мое с тобою расставанье. “ы - это €. ћеж мной и мной не существует рассто€нь€. ќ глупенька€! –ви цветы, спи сладко иль вставай с постели. “ы думаешь, что это ты идешь проспектом –уставели? ј это - €. ћои глаза ты опускаешь, поднимаешь, моих знакомых голоса ты слушаешь и понимаешь... » лишь одно страшит мен€ и угрожает непрестанно: ты - это €. “ы - это €! ј если бы мен€ не стало?

    √ј√–ј


    ћеж деревьев и дач - тишина. ѕодметание улиц. ѕоливка. ћоре... поступь его т€жела.  ипарис... его ветка поникла.
    » вот тонкий, как будто игла, «вук возник и предалс€ огласке, - Ќачинаетс€ в море игра ¬ смену темной и светлой окраски.
    ƒомик около мор€. ќ ты, - “олько ты, только € в этом доме. » неведомой формы цветы “ы приносишь и держишь в ладони.
    » один только вид из окна - ћоре, море вокруг - без предела! —пали мы. » его глубина ѕодступала и в окна гл€дела.
    ћы бежали к нему по утрам, » оно нас в себ€ принимало, » текло по плечам, по рукам, » легко холодком пронимало.
    Ќас вода окружала, вода, - Ћитьс€ ей и вовек не пролитьс€. » тогда знали мы, и тогда, „то недолго все это продлитс€.
    ¬се смешаетс€: море и ты, ¬с€ печаль тво€, тайна и прелесть, » неведомой формы цветы, » травы ув€дающей прелесть.
    ¬ каждом слове твоем - соловьи ѕели, крылышками трепетали. Ѕыли губы твои солоны, “вои волосы низко спадали...
    —нова море. » снова бела  ромка пены. » это извечно. “ы была? ¬ самом деле была? »ли нет? Ёто мне неизвестно.

    ѕјЌ


    —тарый дуб, словно прутик, сгибаю, ƒостаю в синем небе орла. я один колоброжу, гул€ю, √огочу, как лиха€ орда.
    я хоз€ин заброшенных хижин, „то мелькают в лесу кое-где. ќсторожный и стройный, как хищник, ∆адно € припадаю к еде.
    ћне повадно и в стужу и в ветер «десь бродить и ступать т€жело. Ётот лес - словно шкура медвед€, “ак в нем густо, темно и тепло.
    я охотник. — т€желою ношей ѕрихожу и сажусь у огн€. я смеюсь этой темною ночью, я один - и довольно с мен€!
    —казки сказываю до рассвета » пою. ј кому - никому! я себе открываю все это, я-то все рассужу и пойму.
    я по бору хожу. —лава бору! √ород - там, где отроги темны, ћне не видно его. —лава богу! ƒаже ветер с другой стороны!
    “олько облако в небе. ƒа эхо. ƒа рассвет предсто€щего дн€. Ћишь одно только облако это, - Ќет знакомых других у мен€!
    — длинным посохом, долгие годы, ќдинокий и вечный старик, я брожу. » как крепость свободы, ¬ чаще леса мой домик стоит!

    »« Ќ≈ѕќ—ЋјЌЌќ√ќ ѕ»—№ћј


     ак сверкают и брызгают капли! ѕо ћоскве мое тело бредет. ј душа мо€ - в  артли. ќ, в  артли, ќдинока€, клич издает.
    “ам, где персики,
          персики,
          персики, √де си€ет и пахнет земл€, “ам, где держатс€ пчелы за пестики Ѕелоснежных цветов миндал€...
    я такой же, как в прежние годы, —едина мо€ в счет не идет. Ќо душа мо€, вырвавшись в горы, ¬  арталинии
          клич
          издает!

    ¬ ѕќ≈«ƒ≈


    ћежду нами - лишь день рассто€нь€. Ќе прошло еще целого дн€. ќт теб€ - до мен€, до си€нь€ √лаз твоих, провожавших мен€.
    ј за окнами горы и горы. ƒеловое движенье колес. ƒень. ќ господи! √оды и годы я твоих не касалс€ волос!
    я соседа плечом задеваю. "Ёхе-хе!"-€ себе говорю. –азговор о тебе затеваю. ” окошка стою. » курю.

    ѕ–ќƒќЋ∆≈Ќ»≈ —Ћ≈ƒ”≈“


    я говорю вам: научитесь ждать! ≈ще не все! ¬сему дано продлитьс€! Ѕезмерных продолжений благодать не зр€ вам обещает бред провидца: возобновит движение рука, зате€вша€ добрый жест привета, и мысль, невн€тно тлевша€ века, все ж вычислит простую суть предмета, смех округлит улыбку слабых уст, отча€нье взлелеет тень надежды, и бесполезной выгоды искусств возжаждет одичалый ум невежды... Ћишь истина окажетс€ права, в сердцах людей взойдет ее свеченье, н обретут воскресшие слова поступков драгоценное значенье.

    31 ƒ≈ јЅ–я


    Ётот день - как зима, если осень причислить к зиме, и продолжить весной, и прибавить холодное лето. Ётот день - словно год, происходит и длитс€ во мне, и конца ему нет. ќ, не слишком ли долго все это?
    √од и день, равный году. ѕечальна€ прибыль седин. –азвеселый убыток вина, и надежд, и отваги.  ак не мил € себе. я себе т€жело досадил. я не смог приручить одичалость пера и бумаги.
    √од и день угасают. ”же не настолько € слеп, чтоб узреть над собою удачи звезду молодую. Ќо, быть может, в пространстве останетс€ след, или вдруг € уйду - словно слабую свечку задую.
    Ќачинаютс€ новости нового года и дн€. ћир дурачит умы, представл€€сь блистательно новым. Ќовизною своей Ќовый год не отринет мен€ от медлительной вечности меж немотою и словом.

    —ќЅЋёƒјёў»… “»Ў»Ќ”


    ...¬ этом мире, где осень, где розовы детские лица, где слова суеты одинокой душе т€желы, кто-то есть... ќн следит, чтоб летели тишайшие листь€, и вершит во вселенной высокий обр€д тишины.

     ќЌ≈÷ ќ’ќ“Ќ»„№≈√ќ —≈«ќЌј


    ќкт€брь. «имы .и лета перепалка.  ак старый фолиант без переплета- потрепанна€ ветром ветхость парка. » вновь ко мне взывает перепелка
    «овет: - ѕриди, губитель мой родимый. Ѕоюсь € жить в моем пустынном поле. ќхотник милосердный и ретивый, верши судьбу моей последней боли.
    Ќо медлю € в ночи благословенной, украшенной созвездь€ми и тишью. » безнадежно длитс€ во вселенной любовь меж мной и этой странной птицей.

    — “≈’ ѕќ–


    —колько хлопьев с тех пор, сколько капель, сколько малых снежинок в снегу, сколько крапинок вдавлено в камень, что лежит на морском берегу, сколько раз дождик лил по трубе, сколько раз ветерок этот дунул, сколько раз о тебе, о тебе, сколько раз о тебе € подумал!

    x x x


    "ќ мила€!"-так € хотел назвать ту, что мила, но не была мне милой. я возжелал свободы легкокрылой, снедал мен€ ее пустой азарт.
    Ќо кто-то был - в дому, или в толпе, или во мне... ќн брал мен€ за ломоть и прекращал моих движений легкость, повелева€ помнить о тебе.
    ќн был мой враг, он врал: "ѕрекрасна та"- “ы, стало быть. “ы не была прекрасна.  ак мне уйти, € думал, как прокрастьс€ туда, где нет теб€, где пустота?
     ак он любил, как он жалел твою извечную привычку быть любимой! ¬се кончено. ѕобег необходимый € никогда уже не сотворю.
    Ќо кто он был, твоим глазам, слезам столь преданный, поникший пред тобою? я вычисл€л, и мудростью тупою вдруг вычислил, что это был € сам.

    Ћ»–»„≈— »… –≈ѕќ–“ј∆

    — ѕ–ќ—ѕ≈ “ј –”—“ј¬≈Ћ»


    ќшибс€ тот, кто думал, что проспект есть улица. ќн влажный брег стихии страстей и таинств. “уфельки сухие, чтоб вымокнуть, лет€т в его просвет.
    ”ж вымокла  ак т€жек труд ходьбы красавицам! »м стыдно или скушно ходить, как мы. »м ведомо искусство скольжени€ по острию судьбы.
    ѕростое слово чуждо их уму, и плутовства необъ€снимый гений возводит в степень долгих песнопений два слова: "Ќеуже-ели? ѕочему-у?"
    јх, неуже-ели это март настал? Ќо почему-у так жарко? Ёто странно!  расавицы средь стекол ресторана пьют кофе - он угоден их устам.
     ак опрометчив доблестный простак, что не хотел остатьс€ в отдаленьи! ѕод взгл€дом их потусторонней лени он терпит унижение и страх.
    “ак € шутил, так брезговал бедой, покуда на проспекте –уставели кончалс€ день. ѕлатаны розовели. Ўел теплый дождь. я был седым-седой.
    я не умел своей душе помочь. “емнело небо - медленно и сильно... » жаль мне было, жаль невыносимо ≈сенина в ту мартовскую ночь.

    ƒј„Ќјя —ё»“ј


    —таромодные тайны субботы соблюдают свой нежный сюжет. ¬ этот сад, что исполнен свободы н томлень€ полночных существ,
    ты не выйдешь - с таинственным мужем, ты в столовой сидишь допоздна. ѕродлевают ваш медленный ужин две свечи, два бокала вина.
    » в окне золотого горень€ все дыханье, все жесты твои вн€тны сердцу и скрыты от зрень€, как алгетских садов соловьи.
     огда бы €, не веда€ стыда, просил прохожих оказать мне милость иль гени€ нелепа€ звезда во лбу моем причудливо светилась, -
    вовек не огл€нулась бы толпа, снедаема€ суетой слепою. Ќо € хотел поцеловать теб€ и потому был окружен толпою.
    ѕойдем же на вокзал! “ам благодать, там не до нас, там торопливы речи. Ћишь там теб€ смогу € целовать - в честь нашей то ль разлуки, то ли встречи.

    —≈¬≈–Ќјя ЅјЋЋјƒј


    “олько степи и снег. “оржество белизны совершенной. » безвестного путника вдруг оборвавшийс€ след.
     ак отважилс€ он
    фамиль€рничать с бездной вселенной? ¬ чем разгадка строки, ненадолго записанной в снег?
    »ероглиф судьбы,
    наделенный значением крика, - человеческий след, увод€щий сознанье во тьму...
    » си€ет пространство, как будто открыта€ книга, чь€ высока€ мудрость ¬овеки невн€тна уму.

          ќч »

          ѕам€ти —имона „иковани
    ¬от кабинет, в котором больше нет ’оз€ина, но есть его портрет. » мне велит судьбы неотвратимость —квозь ретушь отчуждени€, сквозь дым ”знать в лице пресветлую родимость » суть искусства, €вленную им.
    «амкнул в себе усопших книг тела јквариум из пыли и стекла... «десь длилась книг и разума беседа, Ћюбовь кружила головы в дому. » это все, что кануло бесследна, ѕоэзией приходитс€ уму.
    ћен€ пугают лишь его очки - ≈ще живые, зр€чие почти. »х странный взгл€д глубок и бесконечен, ¬сей слепотой высматрива€ свет, ќни живут, как золотой кузнечик, » ждут того, чего на свете нет.

    x x x


    ¬ ночи непроходимой, беспросветной €вл€лась смерть больной душе моей и говорила мне - «а мною следуй! » € молчал и следовал за ней.
    я шел за ней до рокового кра€. ¬ пустое совершенство глубины вела стена, холодна€, сыра€, - € ос€зал камень€ той стены.
    ѕодумал € - в живой тоске последней, внушающей беспам€тство уму: неужто опыт мудрости посмертной € испытаю раньше, чем умру?
    я видел тайну, и открытье это мне и поныне холодит чело: там не было ни темноты, ни света, ни тишины, ни звука - ничего.

    Ќќ—“јЋ№√»я


    "Ѕегова€", "ќтрадное"... –адость и бег этих мест - не мои, не со мною. „ужеземец, оз€бший, смотрю € на снег, что зате€н чужою зимою.
    Ёлектричества и снегопада труды. Ёлектричка. ѕол€ и овраги.  ак хочу € лежать средь глубокой травы там, где …ори и там, где јрагви.
    —евер€не, € брат ваш, повергнутый в грусть. я ослеп от бесцветь€ метели. Ѕелый цвет-это ласточек бела€ грудь. я хочу, чтобы птицы летели.
    я хочу...  ак пуста за изгибом моста темнота. Ћишь кусты и вороны. "√де ты был и зачем?" - мне готовит ћосква домочадцев пустые вопросы.
    "Ѕегова€", "ќтрадное"...  ладбища дач. Ќеуместных названий таблицы. » душа, ослабев, совершает свой плач, прекращающий мысль о “билиси.

    x x x


    ќн ждал возникновень€ своего из чащ небыти€, из мглы вселенной. «атем он ждал - все ж этому вело то юности, то зрелости степенной.
    ѕечально ждал спасень€ от любви, затем спасень€ от любви печальной. ’валы людей и власти над людьми он ждал, словно удачи чрезвычайной.
     огда он умер, он узнал про смерть, что только в ней есть завершенность жеста. “ак первый раз сумел он преуспеть вполне и навсегда, до совершенства.

    ћј—Ў“јЅџ ∆»«Ќ»


     ак комната была велика! ќна была, как земл€, широка и глубока, как река. я тогда не знал потолка выше ее потолка. » все-таки быстро жизнь потекла, пошвыр€ла мен€, потолкла. я сме€лс€, купалс€ и греб... ќ детских печалей и радостей смесь: каждое здание - как небоскреб, кажда€ обида - как смерть! я играл, и любимой игрой был мир - огромный, завидный: мир меж ћтацминдой и  урой, мир меж  урой и ћтацминдой... я помню: у девушки на плечах загар лежал влажно и ровне, и взгл€д ее, выражавший печаль, звал мен€ властно и робко. я помню: в реке больша€ вода, маленькие следы у реки...  ак были годы длинны тогда, как они сейчас коротки!

    x x x


     огда € целую теб€, ты на цыпочки привстаешь, - ты едва до мен€ достаешь, когда € целую теб€...
     ак € мало еще совершил. я - как путник в далеком пути. —ловно до недоступных вершин, до теб€ мне идти и идти.

    —≈¬≈–Ќџ… ѕ≈…«ј∆


    я видел белый цвет земли, где безым€нный почерк следа водил каракули средь снега и начинал тетрадь зимы.
     ого-то так влекло с крыльца! » снег - уже не лист бесцельный, а рукопись строки бесценной, не доведенной до конца.

    x x x


    –одное - € помню немало родных и лиц, и предметов... Ќо сколько? –одное - всего лишь холодный родник, потрогаешь камень - и скользко, и чисто, и весело, и глубоко. ƒышать там легко, а видать - далеко. ¬ подоле горы, в подоле горы подольше гори, подольше гори... ј он говорит и на солнце горит, и все это так не расскажетс€. ќ сердце, немало ты примешь обид и все же потом не раскаешьс€...

    —“»’ќ“¬ќ–≈Ќ»≈

    — ѕ–ќѕ”ў≈ЌЌќ… —“–ќ ќ…


    «емл€, он мертв. —ебе его возьми. “ебе одной принадлежит он ныне.  ак се€тели горестной весны, хлопочут о цветах его родные.
    „ем обернетс€ мертвость мертвеца? ÷ветком? ¬иденьем? ’олодком по коже? ∆ивых людей усталые сердца чего-то ждут от мертвых. Ќо чего же?
     ака€ св€зь меж теми, кто сейчас лежит во тьме, насыщенной веками, и теми, кто заплаканностью глаз вникает в надпись на могильном камне?
    . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . „то толку в наших помыслах умнейших? ¬зывает к нам: - Ќе забывайте нас! - бессмертное тщеславие умерших.

    ѕ≈—Ќя


    я, как гора, угрюм. ј ты горда, как город, превзошедший города красой и славой, светом и стеклом. » вр€д ли ты займешьс€ пуст€ком души моей. —егодн€, как всегда, уход€т из “билиси поезда.
    ”ход€т годы. Ѕодрствует беда в душе моей, котора€ тверда. в своей привычке узнавать в луне твое лицо, ниспосланное мне. Ќо что луне невзрачна€ звезда! ”ход€т из “билиси поезда!
    ”ходит жизнь - не ведаю куда. “ы не умрешь. “ы будешь молода. ¬овеки оставайс€ весела. “руд двух смертей возьму € на себ€- ќ, не грусти в час сумерек, когда уход€т из “билиси поезда.

    x x x


     огда б € не любил теб€ - угрюмым, огромным бредом сердца и ума, - € б ждал теб€, и предавалс€ думам, н созерцал деревь€ и дома.
    я бы с родней досужей препиралс€, и притвор€лс€ пь€ницей в пивной, и алгебра ночного преферанса клубилась бы и висла надо мной.
    я полюбил бы тихие обеды в кругу семьи, у скромного стола, и развлекалс€ скудостью беседы и в€лым звоном трезвого стекла...
    Ќо € любил теб€, и эту муку € не умел претерпевать один. ќ, сколько раз в мою с тобой разлуку € бедствие чужой души вводил.
    я целовал красу лица чужого, в нем цвел зрачок - печальный, голубой, провид€щий величие ожога, в мой разум привнесенного тобой.
    “ак длилось это т€жкое, большое, безбожное чудачество любви... “ак € любил. » на лицо чужое родные теки горечи легли.

    x x x


    я, человек, уехавший из √рузии, боготвор€щий свой родимый край, колена преклонив, просить берусь €: дай, боже, мне умень€, силы дай- такое написать стихотворенье, чтобы оно, над скалами звен€, спасло бы не от смерти - от забвень€ на родине возлюбленной мен€!

    ѕќ—¬яў≈Ќ»≈


    “ы - маленька€ ростом. я - высок. “ы - весела, но € зато - печален. Ќа цыпочки ты встанешь - и висок с моими поравн€етс€ плечами.
    ¬от так мы и встречаем каждый день, и разница сближает нас глубоко... ќ ты, мо€ коротенька€ тень! я тень тво€, но павша€ далеко.

    Ѕ≈√—“¬ќ ќ“ “≈Ѕя ¬ ћ÷’≈“”


    ќ, как дожди в то лето лили! ј € бежал от нас двоих. я помню мертвенные лики старух мол€щихс€, до них - о, не было до них мне дела, их вид мен€ не поражал. я помню лишь, как ты гл€дела, как улыбалась... я бежал! » здесь, в старинной ћцхете вещей, сме€лс€ €, от солнца слеп, но в этой клинописи вечной твоей руки € видел след, ты здесь играла, рисовала, ты и тогда была умна и камн€м этим раздавала иероглифы и имена.
    √ора лежала, словно буйвол, - так т€жела и высока, у ног ее, в движенье буйном, текла и падала река. » ворот неба был распахнут, и синевою обжигал, и луг был заново распахан... ј € - все от теб€ бежал! «еленые, как у рыбачки, глаза мне виделись твои, - € словно в каменной рубашке спасалс€ от твоей любви. я помню плач и конский храп.  ак долго мной ты помыкала! я гордо превращалс€ в храм, но... это мне не помогало!

    x x x


    ƒомик около мор€. ќ, ты - только ты, только € в этом доме. » невидимой формы цветы ты приносишь и держишь в ладони. » один только вид из окна- море, море вокруг без предела. —пали мы. » его глубина подступала и в окна гл€дела. ћы бежали к нему по утрам, и оно нас в себ€ принимало. » текло по плечам, по рукам и легко холодком пронимало. Ќас вода окружала, вода, литьс€ ей и вовек не пролитьс€. » тогда знали мы и тогда, что недолго все это продлитс€. ¬се смешаетс€: море, и ты, вс€ печаль тво€, тайна, " прелесть, и неведомой формы цветы, н травы ув€дающей прелесть. ¬ каждом слове твоем соловьи пели, крылышками трепетали.. Ѕыли губы твои солоны, твои волосы низко спадали... —нова море. » снова бела кромка пены. » это извечно. “ы была! ¬ самом деле была или нет! Ёто мне неизвестно.

    Ќј —ћ≈–“№ Ё. ’≈ћ»Ќ√”Ёя


    ќхотник непреклонный! ÷ел€сь, ученого ты был точней. ¬есь мир оплакал драгоценность последней точности твоей.

    “»…ё


    „ужой страны познал € речь, и было в ней одно лишь слово, одно - дл€ проводов и встреч, одно - дл€ птиц и птицелова.
    ќ “ийю! Ётих двух слогов достанет дл€ "прощай" ;и "здравствуй", в них - знак немилости, и зов, п "не за что", и "благодарствуй"...
    ќ “ийю! ¬ слове том слегка будто посвистывает что-то, в нем €вственны акцент стекла разбитого н птичь€ нота.
    „тоб "“ийю" молвить, по утрам мы все прот€гивали губы.  ак в балагане - тарарам, в том имени - звонки и трубы.
    ќ слово "“ийю"! »м одним, единственно знакомым словом, прощалс€ € с лицом твоим и с берегом твоим сосновым.
    “ийю! ( ак голова седа!) “ийю! (Ќе плачь, кака€ польза!) “ийю! (ѕрощай!) “ийю (¬сегда!)  ак скоро все это... как поздно...

          “амаз „иладзе

    —ќЋЌ≈„Ќџ… «»ћЌ»… ƒ≈Ќ№


    ¬от паруса жива€ тень зрачок прозревший осен€ет, и звон стоит, и зимний день крахмалом праздничным си€ет.
    ѕроснутьс€, выйти на порог и наблюдать, как в дни былые, тот белый свет, где бел платок и мал€ра белы белила,
    где мальчик ходит у стены и, рисовальщик неученый, средь известковой белизны выводит свой рисунок черный.
    » сумма нежна€ штрихов живет и головой качает, смеетс€ из-за пуст€ков и девочку обозначает.
    “ак, в сердце мальчика проспав, она вступает в пробужденье, стоит, на цыпочки привстав, вс€ жизненность и вс€ движенье.
    ≈ще дит€, еще намек, еще в походке ошиба€сь, приходит в мир, как в свой чертог, погоде странной улыба€сь.
    ќ Ѕуратино, ты влюблен! ќт невлюбленных нас отличен! Ќескладностью своей смешон и бледностью своей трагичен.
    ”жель в младенчестве твоем, догадкой осенен мгновенной, ты слышишь в €сном небе гром любви и верности неверной?
    ƒано предчувствовать плечам, как т€жела ты, т€жесть зла€, и предсто€ща€ печаль печальна, как печаль была€...

    ѕ≈“≈–√ќ‘


    ќп€ть благословенный ѕетергоф дожд€м своим повелевает литьс€ и бронзовых героев и богов младенческие умывает лица.
    я здесь затем, чтоб не остатьс€ там, в позоре том, в его тоске и в Ќеге. Ќо здесь ли €? » сам € - как фонтан, нет места мне ни на земле, ни в небе.
    ”жель навек € пред тобой в долгу- оп€ть погибнуть и оп€ть родитьс€, чтоб описать смертельную дугу и в золотые дребезги разбитьс€!
    ќ ѕетергоф, свежи твои сады! ≈ще рассвет, еще под сенью древа, лику€ и не веда€ беды, на грудь јдамову лицо склон€ет ≈ва.
    «десь жди чудес: из тьмы, из соловьев, из зелени, из вымысла ѕетрова, того гл€ди, прогл€нет —аваоф, покажет лик и растворитс€ снова.
    Ќет лишь теб€. » все же есть лишь ты. ¬о всем твои пор€дки и туманы, и парк €вл€ет лишь твои черты, и лишь к тебе обращены фонтаны.

    x x x


    ƒа не услышишь ты, да не сорветс€ упрек мой опрометчивый, когда уродливое населит сиротство глаза мои, как два пустых гнезда.
    ¬се прочь лететь - о, птичий долг прокл€тый! “а птица, что здесь некогда жила, исполнила его, - так пусть прохладой потешит заскучавшие крыла.
    Ќо без теб€ - что делать мне со мною? „ем приукрасить эту пустоту? ¬пер€ю €, как зеркало ночное, серебр€ные очи в темноту.
    Ћюбимых книг целебны переплеты, здесь € хитрей, и € проникну к ним - чтоб их найти пустыми. ¬ переплеты взвились с тобою души-этих книг.
    Ќу, что же, в милосердии обманном на пам€ть мне де оброни пера. ¬се кончено! Ќо с п€тнышком туманным стоит бокал - ты из него пила.
    ¬се кончено! Ќо в скважине замочной свеж след ключа. » много лет спуст€ € буду слушать голос твой замолкший, как раковину слушает дит€.
    ѕрощай же! я с злорадством затаенным твой бледный лоб € вижу за стеклом, и красит его красным и зеленым навстречу пробегающим огнем.
    » в высь колен твое несетс€ платье, и встречный ветер бьет, и в пустыр€х тво€ фигура, как фигура ѕлача, си€ет в ослепительных двер€х.
    ѕроводники флажками осен€ют твой поезд, как иные поезда, и долог путь, и в вышине зи€ют глаза мои, как два пустых гнезда.

    x x x


     олокола звон€т, и старомодной печалью осен€ют небеса, и холодно, и в вышине холодной двух жаворонков плачут голоса.
    Ќо кто здесь был, кто одарил уликой траву в саду, и полегла трава? » ма€лс€, и в нежности великой оливковые трогал дерева?
    ≈ще так рано в небе, и дл€ пень€ певец еще не разомкнул уста, а здесь уже из слез, из нетерпень€ возникла чьей-то песни чистота.
    Ќо в этой тайне все светло и цельно, в ней только этой речки берега, и ты стоишь одна, и драгоценно си€ет тво€ медна€ серьга.
     олокола звон€т, и эти звуки . всей т€жестью своею, на€ву, лет€т в твои прот€нутые руки, как золотые желуди в траву.

          ќтар „иладзе

    —Ќ≈√


     ак обычно, как прежде, встречали мы ночь, и рассказывать было бы неинтересно, что недобрых гостей отсылали мы прочь остальным предлагали бокалы и кресла.
    ¬ эту ночь, что была нечиста и пуста, он вошел с выраженьем любви и сиротства, как приход€т к другим, кто другим не чета, и стыд€тс€ вины своего превосходства.
    ќн неча€нно был так велик и робел, что его белизну посчитают упреком всем, кто волей судьбы не велик и не бел, не научен тому, не обласкан уроком.
    ќн был - снег. » звучало у всех на устах им€ снега, что стало известно повсюду. - ѕой! - велели ему. Ќо он пел бы и так, по естественной склонности к пенью и чуду.
    ѕесн€ снега была высоко сложена дл€ прощень€ земле, дл€ ее утешень€, и, отважна€, длилась и пела струна, и страшна была тонкость ее нат€жень€.
    √олос снега печально витал над толпой. - ѕой! - кричали ему. - ”тешай и советуй! я один закричал: - “ы устал и не пой! “вое горло не выдержит музыки этой.
    Ќа рассвете все люди забыли певца, занима€сь заботами плача и смеха. “ень упала с небес и коснулась лица - то летел самолет там, где не было снега.

    x x x


    ¬ быт стола, состо€щий из €ств и гостей, в круг стаканов и лиц, в их пор€док насущный € привел твою тень. » дл€ тени твоей - вот стихи, чтобы слушала. ¬прочем, не слушай.
     ак бы все упростилось, когда бы не снег! Ѕелый снег увеличилс€. Ѕела€ птица преуспела в полете. » этот успех сам не прост и не даст ничему упроститьс€.
    Ќет, не сам по себе этот снег так велик! ѕотому он от прочего снега отличен, что студеным пробелом отсутствий твоих его цвет был усилен и преувеличен.
    ’олод теплого снега € вытерпеть мог - но в прохладу его, волей слабого жеста, привнесен всех молчаний твоих холодок, дабы стужа зимы обрела совершенство.
    Ётом снегом, как гневом твоим, не любим, € сказал своей тени: - ƒовольно! Ќе надо! ќглушен € молчаньем н смехом твоим и лицом, что белее, чем лик снегопада.
    “ы - во всем. »з всего - как теб€ мне извлечь? «апретить твоей тени всех сказок чрезмерность. твое тело услышать, как вн€тную речь, где прекрасен не вымысел, а достоверность?
    —нег идет и не знает об этом. Ћетит и об этом не ведает бела€ птица. Ётот день лицемерит и делает вид, что один, без теб€ он сумеет продлитьс€.
    ќ, € помню! я сам был огромен, как снег. —нега не было. Ѕыли огромны и странны возле зрень€ и слуха -твой свет и твой смех, возле губ и ладоней - вино и стаканы.
    Ќо не мне быть судьей твоих слов и затей! “ы прекрасна. » тень тво€ тоже прекрасна. ƒа хранит мо€ тень твою слабую тень там, превыше всего, в неуюте пространства.

    x x x


    я попросил подать вина и пил. Ѕыл холоден не в меру мой напиток. ¬ пустынном зале € делил мой пир со сквозн€ком и запахом опилок.
    Ќесмелый локоть горестной зимы из тьмы, снаружи лег на подоконник. »з сумрачных берлог, из мглы земли, наверно, многих, но не знаю, скольких,
    рев паровозов вышел и звучал. Ќе ведаю, что делалось со мною, но мне казалось - плач их означал то, что моею было тишиною.
    ¬ходили люди, супа, папирос себе просили, поступали просто и упрощали разнобой сиротств до одного и общего сиротства.
    ќни молчали, к помыслам своим подн€в многозначительные лица, как будто что-то, ведомое им, намеревалось гр€нуть и случитьс€.
    »х тайна дл€ мен€ была темна. я не спешил расспрашивать об этом. ∆еланием моим или вина было - увидеть снег перед рассветом.
    —нег начиналс€ около крыльца, и двор был неестественно опр€тен, словно постель умершего жильца, где новый штрих уже неверо€тен.
    —вою печаль € укротил вином, но в трезвых небесах неукрощенных звучала встреча наших двух имен предсмертным звоном двух клинков скрещенных.

    Ў≈Ћ ƒќ∆ƒ№...


    Ўел дождь-это чь€-то проста€ душа пеклась о платане, чернеющем сухо. я знал о дожде. Ќо чрезмерность дожд€ была впечатленьем не тела, а слуха.
    Ќе помнило тело про сырость одежд, но слух оценил этой влаги избыток.  ак громко!  ак звонко!  ак долго! ќ, где ж спасенье от капель, о землю разбитых!
    я видел: процессии горестный горб влачитс€, и струи небесные льютс€, и в сумерках скромных сверкающий гроб взошел, как огромна€ черна€ люстра.
    Ѕыть может, затем малый шорох земной казалс€ мне грубым и острым предметом, что тот, кто терпел его вместе со мной, теперь не умел мне способствовать в этом.
    Ќе знаю, кто был он, кого он любил, но как же в награду за сходство, за странность, что жил он, со мною дыханье делил, не умер € - с ним разделить бездыханность!
    » € не покаран был, а покорен той малостью, что мимолетна на свете. ≈сть в плаче над горем чужих похорон слеза о родимости собственной смерти.
    Ѕессмерть€ желала душа и лгала, хитросплетень€ дожд€ расплетала, и капли, созревшие в колокола, раскачивались и срывались с платана.

    ѕ»÷”Ќƒј


    Ёта зелень чрезмерна дл€ €ви. Ёто - сон, разумеетс€, сон о зеленом...
    ¬етру не терпитс€ в€лую дрему тумана вывести, выволочь, вытолкнуть из сосн€ка, и туман,
    как и подобает большому сонному животному, понуро следует за ветром, и потому - все вокруг зеленое: стена, лестница, балкон, скамь€ и книга - та книга, котора€ всю ночь впустую взывала к состраданию, жела€ разгласить заключенную в ней боль (словно старуха, ощутивша€ дыхание смерти, столь же острое и важное, как дыханье того, о, того, кто когда-то впервые говорил ей о любви, и вот теперь - к отупевшему лицу, замкнутому, как клетка, которой нечего держать взаперти, изнутри подступила страсть).
    Ёто - сон, разумеетс€, длинный сон... Ўаги по сосновому полу ничем не вред€т тишине. ¬оздух, вобранный птичьей гортанью, вскоре возвращаетс€ в виде зеленого свиста, то есть не слышно, а видно, как клюв исторгает зеленую трель, ибо туман забрал себе и присвоил все звуки- в обмен на право прогуливатьс€ среди ветвей в зеленых шлепанцах... »зва€нна€, как жеребенок, закинув голову, нюхает воздух маленька€ девочка.

    Ѕ≈——ќЌЌ»÷ј


    Ѕыло темно. я вгл€делс€: лишь это и было. «римым отсутствием неба € счел бы незримость небес, если бы в них не разверзлась белеса€ щель, - в€лое облако втиснулось в эту ловушку. «начит, светает... ¬есь черный и в черном, циркач вновь покидает арену дл€ темных кулис. Ѕелому в белом - иные готовы подмостки. я ощущал в себе власть приневолить твой слух вн€ть моей речи и этим твой сон озадачить, мысль обо мне привнести в бессознанье твое, - но предварительно намеревалс€ покинуть эти т€желые и одноцветные стены. “ак € по улицам шел, не избрав направлень€, и злоде€нье свое совершал добродетельный свет, не почитавший останков погубленной ночи: вот они - там или с€м, где лежат, где вис€т - разъединенной, растерзанной плотью дракона. Ћужи у ног моих были багрового цвета. ”тренней сырости белые мокрые руки терли лицо мое, мысли стира€ со лба, и пустота заменила мне брем€ рассудка. ќсвобожденный от помыслов и ощущений, € беспреп€тственно вышел из призрачных стен огорода, пам€ти и моего существа. Ќебо вернулось, и в небо вернулась вершина - из темноты, из отлучки. ѕри виде мен€ тыс€чу раз облака изменились в лице. я был им ровн€ и вовсе от них не отличен. ѕуст и свободен, € облаком шел к облакам, нет, как они, € был движим стороннею волей: нес мое чучело вдаль неизвестный носильщик. я испугалс€ бессмысленной этой ходьбы: нет ли в ней смысла ухода от бледных ночей, надобных мне дл€ страстей, дл€ надежд и страданий, дл€ созерцань€ луны, дл€ терпень€ и мук, свет возжигающих в тайных укрыть€х души.
    я обернулс€ на стены всего, что покинул. “ам - мен€ не было. » в небеса посылала, в честь бесконечности, дым заводска€ труба.

    x x x


    Ѕог пам€ти, бог забывань€! ќжог вчерашнего пылань€ залечен алчностью слепою. » та, чьего лица не помню, была ль, покуда не ушла?
    Ќо все надеетс€ душа, зи€€ €щиком ѕандоры, на повторень€ и повторы.

    ѕ≈–¬џ… ƒ≈Ќ№ ќ—≈Ќ»


    3 вижу день и даже вижу взор, которым € недвижно и в упор гл€жу на все, на что гл€жу сейчас, что ныне - €вь, а будет - пам€ть глаз, на все, что € хвалил и проклинал, пока любил и слезы проливал. ѕокуда августовска€ листва горит в огне сент€брьского костра, € отвергаю этот мед иль €д, дл€ всех неотвратимый, говор€т, и предвкушаю этот €д иль мед. ј жизнь мо€ еще идет, идет...

     ќћЌј“ј


    ѕоступок неба - снегопад. ѕоступок женщины - рыданье.  апризов двух и двух услад вот совпаденье и свиданье.
    —нег, осыпа€сь с дальних лун, похож на плач, и сходство это тревожит непрогл€дный ум и душу темную предмета.
    —леза соде€на зрачком, но плач-зан€тье губ и тела. «емл€ и женщина ничком лежали, и метель летела.

    —ќЌ


    «емл€ мерещитс€ иль есть. „то с ней? ќна бела от снега. √де ты? ¬се остальное есть. ¬от ночь - дл€ тьмы, фонарь - дл€ света.
    ¬от € - дл€ твоего суда, безропотно, бесповоротно. ¬от голос твой.  ак он сюда €вилс€, боже и природа?
    Ћуна, оставшись начеку, циклопов взор втесн€ет в щелку. я в комнату ее влеку, и ты на ней покоишь щеку.

    Ѕ≈Ћќ≈ ѕќЋ≈


    я крепко спал при дереве в окне и знал, что тень его дрожащей ветви - и есть мой сон. ѕоверх теб€ во сне смотрели мои сомкнутые веки. я мучилс€ без твоего лица! ¬ нем ни одна черта не про€снилась. Ќе подлежала ты обзору сна и ты не снилась мне. ћне вот что снилось:
    на белом поле сто€ли кони. ѕокачива€сь, качали поле. » все раскачивалось в природе.  ачанье знают точно такое шары, прив€занные к неволе, а также водоросли на свободе.
    —вет исс€кал. —моркались небеса. “вой облик ускользал от очевидна. ѕопав в силки безвыходного сна, до разрывань€ сердца пела птица. Ўла женщина - не ты! - прим€в траву ступн€ми, да, но почему твоими? » так она звалась, как на€ву зовут одну теб€. ќ, твое им€! Ќа лестнице неведомых чужбин, чей темный свод угрюм и непробуден, непоправимо одинок € был, то близорук, то вовсе слеп и скуден. Ќа каменном полу души моей сто€ла ты - безгласна, безым€нна, как тень во тьме иль камень меж камней. ћо€ душа теб€ не узнавала.

          ћорис ѕоцхишвили

    ‘≈–«≈¬џ… √јћЅ»“


    —леди хоть день-деньской за шахматной доской- все будет пешку жаль.
          „то делать с бедной пешкой? ќна обречена.
          ≈е удел такой. ѕора зан€ть уста молитвой иль усмешкой.
    ћен€ет свой венец на непреклонный шлем наш доблестный король, как долг и честь велели. ќ, только пригубить текущий мимо шлейф - и сладко умереть во славу королевы.
    ”стали игроки.
          ¬се кончено. ”ра! » пешка, и король лет€т в одну коробку. ƒл€ этого, увы, не надобно ума, и тщетно брать туда и шапку, и корону.
    ѕретерпеваем рознь в честь славы и войны, но в крайний час-
          навек один другому равен. „ей неусыпный глаз гл€дит со стороны? » кто играет в нас, покуда мы играем?
    «ачем испещрена квадратами доска? „то под конец узнал солдатик дерев€нный? ¬осходит к небесам велика€ тоска - последний малый вздох фигурки безым€нной.


    Home | UK Shop Center |Contact | Buy Domain | Directory | Web Hosting | Resell Domains


    Copyleft 2005 ruslib.us